769 цитат на тему «Родина»

Собрали 769 цитат на тему «Родина» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   – ... Ведь эта Фландрия в самом деле прекрасная страна. – Не слишком прекрасная, брат, не слишком! – О, я говорю о стране, какой её создал господь, а не о людях, – они-то всегда портят его творения.

   – ... Ведь эта Фландрия в самом деле прекрасная страна. – Не слишком прекрасная, брат, не слишком! – О, я говорю о стране, какой её создал господь, а не о людях, – они-то всегда портят его творения.

   — Александр Дюма · книга
2. «

   Гитлер полагал, что он будет воевать со сталинским режимом? Глупец! Наивный глупец, повторивший ошибку куда более талантливого человека – Наполеона. Воевать ему пришлось не с режимом, а с Народом. Народом, который защищал не государство, а Родину, Отечество. А когда наш народ защищает Отечество, победить его можно, только уничтожив в принципе. Поголовно. В этом, наверное, самая большая наша тайная сила. Такая Россия странная страна. Ей можно нанести ряд поражений, можно даже выиграть у нее военную компанию, а может, — и целую войну. Но только до той поры, пока эту войну ведет государство. Пока она, как сказал бы Ленин, «не перерастает»…только не из империалистической в гражданскую, а из обычной войны – в Отечественную. Вот такую войну у России выиграть нельзя. Никакой ценой.

   Гитлер полагал, что он будет воевать со сталинским режимом? Глупец! Наивный глупец, повторивший ошибку куда более талантливого человека – Наполеона. Воевать ему пришлось не с режимом, а с Народом. Народом, который защищал не государство, а Родину, Отечество. А когда наш народ защищает Отечество, победить его можно, только уничтожив в принципе. Поголовно. В этом, наверное, самая большая наша тайная сила. Такая Россия странная страна. Ей можно нанести ряд поражений, можно даже выиграть у нее военную компанию, а может, — и целую войну. Но только до той поры, пока эту войну ведет государство. Пока она, как сказал бы Ленин, «не перерастает»…только не из империалистической в гражданскую, а из обычной войны – в Отечественную. Вот такую войну у России выиграть нельзя. Никакой ценой.

   — Владимир Мединский · книга
3. «

   Является ли любовь родины к своим сыновьям корыстной?

   Является ли любовь родины к своим сыновьям корыстной?

   — Авессалом Подводный · книга
4. «

   Я неправо роптал на Владыку Небес, вижу теперь со стыдом: В каком прекрасном краю он велел мне поставить дом.

   Я неправо роптал на Владыку Небес, вижу теперь со стыдом: В каком прекрасном краю он велел мне поставить дом.

   — Илья Смирнов · книга
5. «

   Служить искренне на благо своего Отечества — есть больше, чем верное служение своей Родине, это есть верное служение себе, прошлому, настоящему и будущему своего народа

   Служить искренне на благо своего Отечества — есть больше, чем верное служение своей Родине, это есть верное служение себе, прошлому, настоящему и будущему своего народа
6. «

   Где бы ни был я, где бы ты не была, я вернусь. Ночью или днем, я в объятия твои окунусь. Расскажу о том, где бывал, и о том, кем я был, И о том, что так никого никогда не любил. Расскажу о том, что скучал и хотел поскорей, Чтоб меня к груди прижимал город жизни моей. Чтобы после тысячи лет у родного окна, В сотый раз понять, в мире нет мне милей, чем она.

   Где бы ни был я, где бы ты не была, я вернусь. Ночью или днем, я в объятия твои окунусь. Расскажу о том, где бывал, и о том, кем я был, И о том, что так никого никогда не любил. Расскажу о том, что скучал и хотел поскорей, Чтоб меня к груди прижимал город жизни моей. Чтобы после тысячи лет у родного окна, В сотый раз понять, в мире нет мне милей, чем она.
7. «

   Спешите домой не только затем, что дома вы нужны, но и затем, что вам нужен дом. Спешите домой не только драться за Израиль, но драться за себя. Спешите домой, потому что народ без дома — не народ, как человек без дома не человек. Спешите домой не затем, что согласны со всеми шагами Израиля, не затем, что считаете Израиль безупречной, или лучшей из стран. Спешите домой не затем, что Израиль таков, каким вы его хотите видеть, а затем, что он ваш. Спешите домой затем, что история запомнит, какой выбор сделал каждый из нас сегодня.

   Спешите домой не только затем, что дома вы нужны, но и затем, что вам нужен дом. Спешите домой не только драться за Израиль, но драться за себя. Спешите домой, потому что народ без дома — не народ, как человек без дома не человек. Спешите домой не затем, что согласны со всеми шагами Израиля, не затем, что считаете Израиль безупречной, или лучшей из стран. Спешите домой не затем, что Израиль таков, каким вы его хотите видеть, а затем, что он ваш. Спешите домой затем, что история запомнит, какой выбор сделал каждый из нас сегодня.

   — Джонатан Сафран Фоер · книга
8. «

   0001614. Теперь человек думает, что патриотическая гибель за родину лишит его возможности зарабатывать деньги на рынке ценных бумаг, а раньше человек думал, что погибая за родину, ему нечего терять, кроме жизни на одну зарплату.

   0001614. Теперь человек думает, что патриотическая гибель за родину лишит его возможности зарабатывать деньги на рынке ценных бумаг, а раньше человек думал, что погибая за родину, ему нечего терять, кроме жизни на одну зарплату.
9. «

   Никогда не думал, что тот, кому доверяешь, может обернуться против тебя. Наши земли не просто были опустошены — они стали доступны к полномасштабному вторжению. Наши новые враги надвигались с юга экватора, разоряя обескровленную страну. Но я хорошо вас натренировал. И вы не будете одни. Человек, который по настоящему любит свою Родину, не только отдаёт за неё свою жизнь. Он даёт ей и новых сыновей. Время заслужить маску.

   Никогда не думал, что тот, кому доверяешь, может обернуться против тебя. Наши земли не просто были опустошены — они стали доступны к полномасштабному вторжению. Наши новые враги надвигались с юга экватора, разоряя обескровленную страну. Но я хорошо вас натренировал. И вы не будете одни. Человек, который по настоящему любит свою Родину, не только отдаёт за неё свою жизнь. Он даёт ей и новых сыновей. Время заслужить маску.

   — Элиас Уокер · игра
10. «

    Всякая благородная личность глубоко сознает свое кровное родство, свои кровные связи с отечеством.

    Всякая благородная личность глубоко сознает свое кровное родство, свои кровные связи с отечеством.

    — Виссарион Григорьевич Белинский
11. «

    Родина — это алтарь, а не пьедестал.

    Родина — это алтарь, а не пьедестал.

    — Хосе Марти
12. «

    Страна, где камень и ветра, страна, где воздух так прозрачен, свеж и чист, где стены белы, а земля черна;

    Страна, где камень и ветра, страна, где воздух так прозрачен, свеж и чист, где стены белы, а земля черна;

    — София де Мелло Брейнер
13. «

    Что сердце? Сердце — воск. Когда ему блеснет Огонь сочувственный, огонь родного края, Растопиться оно и, медленно сгорая, Навстречу жизни радостно плывет.

    Что сердце? Сердце — воск. Когда ему блеснет Огонь сочувственный, огонь родного края, Растопиться оно и, медленно сгорая, Навстречу жизни радостно плывет.

    — Николай Алексеевич Заболоцкий
14. «

    Вы не можете понять, но вне России я ни в чем не нахожу смысл. Ваш язык сухой, он царапает мне рот. Здесь я не человек, здесь я — клоун, никто, чья-то игрушка...

    Вы не можете понять, но вне России я ни в чем не нахожу смысл. Ваш язык сухой, он царапает мне рот. Здесь я не человек, здесь я — клоун, никто, чья-то игрушка...

    — Айрис Мёрдок · книга
15. «

    Любовь к родине должна быть взаимной.

    Любовь к родине должна быть взаимной.

    — Андрей Кнышев · книга
16. «

    И всем армянам я того желаю, Вернуться к самому родному краю.

    И всем армянам я того желаю, Вернуться к самому родному краю.
17. «

    Ни одной пяди чужой земли не хотим. Но и своей земли, ни одного вершка не отдадим никому.

    Ни одной пяди чужой земли не хотим. Но и своей земли, ни одного вершка не отдадим никому.

    — Иосиф Виссарионович Сталин
18. «

    Рану, нанесенную родине, каждый из нас ощущает в глубине своего сердца.

    Рану, нанесенную родине, каждый из нас ощущает в глубине своего сердца.

    — Виктор Гюго
19. «

    Счастливей под луною доли нет, чем смерть за Родину!

    Счастливей под луною доли нет, чем смерть за Родину!

    — Дмитрий Ржевский · фильм
20. «

    Вот скоро и мне умирать. Что погибну – сомнений в этом никаких нет. Только вот думается, что опоздал я с этим лет этак на двадцать пять. Надо было тогда, в Крыму… Но всему своё время. Значит, суждено погибнуть здесь, на берегах Одера, в бессмысленной атаке на плацдарм Красной армии. Просто ещё одна проигранная война. Как же забавно повторяется история! Помню, как сейчас, как уходили из Крыма, и многие из нас не могли сдержать слёз, и многие обещали: “Я вернусь, обязательно вернусь”. И я обещал это себе. Но не удастся вернуться никогда. А смерти я не боюсь. Плена – вот чего боюсь по-настоящему, вот что будет хуже смерти. Ох и отыграются они на мне! Я же для них предатель, это хуже врага. И плевать, что я не давал присягу Советам. Лучше уж застрелиться, чем в плен. И да, я боюсь. Мне страшно оказаться в сталинских лагерях и быть замученным красной сволочью. Я представляю, как будут меня пытать, вырывать ногти, прижигать калёным железом, резать ножом по живому… Но одно не могу понять. Каждый день думаю я о природе этого страха и всё равно не могу понять. Как так вышло, что я, родившийся и выросший в России, теперь до смерти боюсь собственной Родины? Как так вышло, что слово “Родина” теперь означает для меня слово “Смерть”? Правильно ли это? Нет! Должно ли такое быть, чтобы не стало у человека России? Нет! Разве так можно жить? Почему у тех, против кого воюем, есть Родина, а у меня нет? Где она, эта Родина? Не в Германии, не во Франции: она там, за километр отсюда, на Одерском плацдарме… Здесь и сейчас, пожалуй, стоит признаться хотя бы самому себе: да, я сделал неверный выбор. Но тем более не отступлюсь от него.

    Вот скоро и мне умирать. Что погибну – сомнений в этом никаких нет. Только вот думается, что опоздал я с этим лет этак на двадцать пять. Надо было тогда, в Крыму… Но всему своё время. Значит, суждено погибнуть здесь, на берегах Одера, в бессмысленной атаке на плацдарм Красной армии. Просто ещё одна проигранная война. Как же забавно повторяется история! Помню, как сейчас, как уходили из Крыма, и многие из нас не могли сдержать слёз, и многие обещали: “Я вернусь, обязательно вернусь”. И я обещал это себе. Но не удастся вернуться никогда. А смерти я не боюсь. Плена – вот чего боюсь по-настоящему, вот что будет хуже смерти. Ох и отыграются они на мне! Я же для них предатель, это хуже врага. И плевать, что я не давал присягу Советам. Лучше уж застрелиться, чем в плен. И да, я боюсь. Мне страшно оказаться в сталинских лагерях и быть замученным красной сволочью. Я представляю, как будут меня пытать, вырывать ногти, прижигать калёным железом, резать ножом по живому… Но одно не могу понять. Каждый день думаю я о природе этого страха и всё равно не могу понять. Как так вышло, что я, родившийся и выросший в России, теперь до смерти боюсь собственной Родины? Как так вышло, что слово “Родина” теперь означает для меня слово “Смерть”? Правильно ли это? Нет! Должно ли такое быть, чтобы не стало у человека России? Нет! Разве так можно жить? Почему у тех, против кого воюем, есть Родина, а у меня нет? Где она, эта Родина? Не в Германии, не во Франции: она там, за километр отсюда, на Одерском плацдарме… Здесь и сейчас, пожалуй, стоит признаться хотя бы самому себе: да, я сделал неверный выбор. Но тем более не отступлюсь от него.

    — Александр Пелевин · книга