22 цитаты «Жизненные цитаты на тему «рутина»» — избранное

Собрали 22 цитаты на тему «Жизненные цитаты на тему «рутина»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Теперь тут царили скука и рутина – враги дисциплины.

   Теперь тут царили скука и рутина – враги дисциплины.

   — Джордж Мартин · книга
2. «

   сплетни, новости, шутки. снова и снова. от разговора до разговора.

   сплетни, новости, шутки. снова и снова. от разговора до разговора.
3. «

   – …Слишком все это однообразно: сегодня то же, что и вчера, завтра то же, что и сегодня. – Мне думается, – сказала я, – что это недостаток, свойственный любой деятельности… даже самой жизни, если только она не протекает в каких-то необыкновенных условиях.

   – …Слишком все это однообразно: сегодня то же, что и вчера, завтра то же, что и сегодня. – Мне думается, – сказала я, – что это недостаток, свойственный любой деятельности… даже самой жизни, если только она не протекает в каких-то необыкновенных условиях.

   — Чарльз Диккенс · книга
4. «

   В доме мужа я каждый миг должна была что-то делать. Словно кто-то подстроил, чтобы дела не кончались. Всё, на что я тратила жизнь, снова пачкалось, рвалось и съедалось. Дни проходили перед моими глазами, а я оставалась на том же месте.

   В доме мужа я каждый миг должна была что-то делать. Словно кто-то подстроил, чтобы дела не кончались. Всё, на что я тратила жизнь, снова пачкалось, рвалось и съедалось. Дни проходили перед моими глазами, а я оставалась на том же месте.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   Время не продаётся, но мы его продаём. Вешаем себе цену, на работу идём, Вкладываем ресурсы, ставим себя на кон, Делаем странный выбор: честность или комфорт?

   Время не продаётся, но мы его продаём. Вешаем себе цену, на работу идём, Вкладываем ресурсы, ставим себя на кон, Делаем странный выбор: честность или комфорт?
6. «

   Когда-то я читал, что свой выбор мы совершаем каждый день. Может и так, но когда течешь по инерции в бытовой рутине, когда шлепаешь босыми ногами по лужам мелочей, когда вечером нужно спать, утром нужно на работу, выбора нет. Точнее, в чем-то он наверняка есть, но мы его не чувствуем. Мы просто живем, делая то, что уже привыкли, то, что вросло в нас между обязанностью и привычкой. А ведь если мы чего-то не чувствуем, то оно уже почти не существует.

   Когда-то я читал, что свой выбор мы совершаем каждый день. Может и так, но когда течешь по инерции в бытовой рутине, когда шлепаешь босыми ногами по лужам мелочей, когда вечером нужно спать, утром нужно на работу, выбора нет. Точнее, в чем-то он наверняка есть, но мы его не чувствуем. Мы просто живем, делая то, что уже привыкли, то, что вросло в нас между обязанностью и привычкой. А ведь если мы чего-то не чувствуем, то оно уже почти не существует.

   — Аль Квотион · книга
7. «

   Тот человек, вся жизнь которого уходит на выполнение нескольких простых операций, последствия которых, возможно, всегда одинаковы или почти одинаковы и который не имеет возможности проявить свое понимание или использовать свою изобретательность, чтобы найти способы устранения трудностей, которые никогда не возникают, естественно, теряет привычку к таким нагрузкам и, как правило, становится настолько глупым и невежественным, насколько это возможно для человеческого существа.

   Тот человек, вся жизнь которого уходит на выполнение нескольких простых операций, последствия которых, возможно, всегда одинаковы или почти одинаковы и который не имеет возможности проявить свое понимание или использовать свою изобретательность, чтобы найти способы устранения трудностей, которые никогда не возникают, естественно, теряет привычку к таким нагрузкам и, как правило, становится настолько глупым и невежественным, насколько это возможно для человеческого существа.

   — Адам Смит
8. «

   В одиночестве Рубен наблюдал за зверьём, за птицами, за жуками. Понял, что люди — те же барашки: идут, куда направят, ищут еду, рожают детёнышей, умирают. И после этих мыслей так со стадом сроднился, что, когда осенью спустился с гор и пришёл проведать мать, сказал: — Я теперь навсегда с ними. У меня шерстяное сердце. Они научили меня из простоты добывать радость.

   В одиночестве Рубен наблюдал за зверьём, за птицами, за жуками. Понял, что люди — те же барашки: идут, куда направят, ищут еду, рожают детёнышей, умирают. И после этих мыслей так со стадом сроднился, что, когда осенью спустился с гор и пришёл проведать мать, сказал: — Я теперь навсегда с ними. У меня шерстяное сердце. Они научили меня из простоты добывать радость.

   — Мария Фариса · книга
9. «

   Люди жалуются на то, что им приходиться делать одно и то же, изо дня в день кушать одно и то же, носить одну и ту же одежду, но думать об одном и том же они считают вполне нормальным.

   Люди жалуются на то, что им приходиться делать одно и то же, изо дня в день кушать одно и то же, носить одну и ту же одежду, но думать об одном и том же они считают вполне нормальным.

   — Тибор Фишер · книга
10. «

    Если вы думаете, что приключения опасны, попробуйте рутину — это смертельно.

    Если вы думаете, что приключения опасны, попробуйте рутину — это смертельно.

    — Пауло Коэльо
11. «

    День за днём, декада за декадой бродим по шею в тоскливых мелочах...

    День за днём, декада за декадой бродим по шею в тоскливых мелочах...

    — Аркадий Стругацкий · книга
12. «

    Потому что это и значит быть живыми: потеть, когда жарко, плавать, когда грустно, смеяться, когда радостно; идти вниз по улице и взбираться по ступеням. Дни, пролетающие мимо, обычная рутина, — именно они доказывают, что мы живы.

    Потому что это и значит быть живыми: потеть, когда жарко, плавать, когда грустно, смеяться, когда радостно; идти вниз по улице и взбираться по ступеням. Дни, пролетающие мимо, обычная рутина, — именно они доказывают, что мы живы.

    — Асано Ацуко · книга
13. «

    Женщина села в любимое кресло и сразу почувствовала себя зажатой между пыльным ковром и забитым вещами шкафом. Раздвинуть стены, как обычно, помог телевизор.

    Женщина села в любимое кресло и сразу почувствовала себя зажатой между пыльным ковром и забитым вещами шкафом. Раздвинуть стены, как обычно, помог телевизор.

    — Мария Фариса · книга
14. «

    Жизнь — это впечатления, и длительность её измеряется воспоминаниями, а те, кто может рассказать тысячи историй, живут гораздо дольше людей, придерживающихся привычной рутины.

    Жизнь — это впечатления, и длительность её измеряется воспоминаниями, а те, кто может рассказать тысячи историй, живут гораздо дольше людей, придерживающихся привычной рутины.

    — Роберт Сальваторе · книга
15. «

    Снова все та же рутина: сон, метро, работа, дом.

    Снова все та же рутина: сон, метро, работа, дом.

    — Анна Гавальда · книга
16. «

    Годы становились короче, мелькали, один от другого не отличаясь. Вертелось колесо одинаковой жизни. Люди помоложе перенимали у людей постарше многолетние ритуалы. Дети выросли, с родительской помощью обустроили свои жизни. Под землю ушли все, кто твердил Зариме и Нариману «надо». Теперь их держали вместе лишь стены.

    Годы становились короче, мелькали, один от другого не отличаясь. Вертелось колесо одинаковой жизни. Люди помоложе перенимали у людей постарше многолетние ритуалы. Дети выросли, с родительской помощью обустроили свои жизни. Под землю ушли все, кто твердил Зариме и Нариману «надо». Теперь их держали вместе лишь стены.

    — Мария Фариса · книга
17. «

    В любых катаклизмах выживает и побеждает прежде всего тот человек, который способен прописывать себе эффективную рутину и ей следовать.

    В любых катаклизмах выживает и побеждает прежде всего тот человек, который способен прописывать себе эффективную рутину и ей следовать.
18. «

    Удивительно, но лет через пять, десять, пятнадцать У меня будет глупая и симпатичная, может не первая жена Я буду по графику есть, по графику напиваться Дни будут для работы, ночи для сна

    Удивительно, но лет через пять, десять, пятнадцать У меня будет глупая и симпатичная, может не первая жена Я буду по графику есть, по графику напиваться Дни будут для работы, ночи для сна
19. «

    Как странно: то, чего мы так страстно желаем и к чему стремимся, так быстро приедается и становится рутиной.

    Как странно: то, чего мы так страстно желаем и к чему стремимся, так быстро приедается и становится рутиной.

    — Маргарита Гришаева · книга
20. «

    Все боятся каждодневности, как будто она несет в себе фатальную неизбежность, чреватую скукой, привычкой; я в эту неизбежность не верю...

    Все боятся каждодневности, как будто она несет в себе фатальную неизбежность, чреватую скукой, привычкой; я в эту неизбежность не верю...

    — Марк Леви · книга