Подборка «рутина» — 60 цитат

Тема «рутина» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 60 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Проблема с крысиными бегами в том, что даже если вы и выиграете, все равно остаетесь крысой.

   Проблема с крысиными бегами в том, что даже если вы и выиграете, все равно остаетесь крысой.

   — Уильям Слоун Коффин
2. «

   Говорят, люди непредсказуемы, но на самом деле мы держимся за привычное.

   Говорят, люди непредсказуемы, но на самом деле мы держимся за привычное.

   — Дилан Брэнсон · фильм
3. «

   Рутина — души твоей любимая картина.

   Рутина — души твоей любимая картина.
4. «

   Дональд Флоренц женат и имеет двух детей. Он работает регистратором в крупной фирме. Каждый его день похож на предыдущий. Он встает в 6.40 утра, завтракает, садится в автобус, едет на работу, проводит день в рутинной деятельности, возвращается на автобусе домой в 5.37, ужинает, смотрит телевизор, а затем ложится спать в 11.15 — как раз после первой части выпуска новостей. В какой степени он на самом деле жив? Должно быть, его способность прислушиваться к своему внутреннему опыту минимальна.

   Дональд Флоренц женат и имеет двух детей. Он работает регистратором в крупной фирме. Каждый его день похож на предыдущий. Он встает в 6.40 утра, завтракает, садится в автобус, едет на работу, проводит день в рутинной деятельности, возвращается на автобусе домой в 5.37, ужинает, смотрит телевизор, а затем ложится спать в 11.15 — как раз после первой части выпуска новостей. В какой степени он на самом деле жив? Должно быть, его способность прислушиваться к своему внутреннему опыту минимальна.

   — Джеймс Бьюдженталь · книга
5. «

   В них горит пламя молодости, но за ними уже пляшет невидимая тень – тень мещанства и тех десяти кило, которые они вскоре прибавят; тень семейной скуки, мелочного честолюбия и мелких целей, душевной усталости и самоуспокоенности, бесконечного однообразия и медленно приближающейся старости.

   В них горит пламя молодости, но за ними уже пляшет невидимая тень – тень мещанства и тех десяти кило, которые они вскоре прибавят; тень семейной скуки, мелочного честолюбия и мелких целей, душевной усталости и самоуспокоенности, бесконечного однообразия и медленно приближающейся старости.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   Как и в Гомере, в нем было что-то настоящее, неиспорченое, что поднимало его над обыденностью и позволяло торжествовать там, где менее сильные перемалывались в муку в мучительном однообразии житейской суеты.

   Как и в Гомере, в нем было что-то настоящее, неиспорченое, что поднимало его над обыденностью и позволяло торжествовать там, где менее сильные перемалывались в муку в мучительном однообразии житейской суеты.

   — Гвен Купер · книга
7. «

   Ритм человеческой жизни — это рутина, перемежаемая оргиями.

   Ритм человеческой жизни — это рутина, перемежаемая оргиями.

   — Олдос Хаксли
8. «

   Жизнь — это впечатления, и длительность её измеряется воспоминаниями, а те, кто может рассказать тысячи историй, живут гораздо дольше людей, придерживающихся привычной рутины.

   Жизнь — это впечатления, и длительность её измеряется воспоминаниями, а те, кто может рассказать тысячи историй, живут гораздо дольше людей, придерживающихся привычной рутины.

   — Роберт Сальваторе · книга
9. «

   В одиночестве Рубен наблюдал за зверьём, за птицами, за жуками. Понял, что люди — те же барашки: идут, куда направят, ищут еду, рожают детёнышей, умирают. И после этих мыслей так со стадом сроднился, что, когда осенью спустился с гор и пришёл проведать мать, сказал: — Я теперь навсегда с ними. У меня шерстяное сердце. Они научили меня из простоты добывать радость.

   В одиночестве Рубен наблюдал за зверьём, за птицами, за жуками. Понял, что люди — те же барашки: идут, куда направят, ищут еду, рожают детёнышей, умирают. И после этих мыслей так со стадом сроднился, что, когда осенью спустился с гор и пришёл проведать мать, сказал: — Я теперь навсегда с ними. У меня шерстяное сердце. Они научили меня из простоты добывать радость.

   — Мария Фариса · книга
10. «

    Пара дней поярче серый тон не сменит.

    Пара дней поярче серый тон не сменит.
11. «

    Хочешь во дворце жить, значит, работать надо любить. Значит, рутина — тебе должна РОДНЫМ домом стать, потому что любое достижение, любая красная дорожка, вспышки и «ах боже, вы так бесподобны!» на РУТИНЕ строятся. На ПЕРЕШАГИВАНИИ всех своих «не хочу, не комфортно, скучно, не могу, ой идиоты», и самое главное — на выдавливании из себя обезьяны. <...>

    Хочешь во дворце жить, значит, работать надо любить. Значит, рутина — тебе должна РОДНЫМ домом стать, потому что любое достижение, любая красная дорожка, вспышки и «ах боже, вы так бесподобны!» на РУТИНЕ строятся. На ПЕРЕШАГИВАНИИ всех своих «не хочу, не комфортно, скучно, не могу, ой идиоты», и самое главное — на выдавливании из себя обезьяны. <...>

    — Франц Вертфоллен · книга
12. «

    Каждый пойман в клетку своего уютного мира. Рядом с ними ты чувствуешь себя особенно зрячей. Пытаешься их разбудить, но они лишь делают вид, что слушают тебя: в их головах только шум их собственных мыслей. Единицы из них смогут проснуться, остальные умрут, так себя настоящих и не увидев.

    Каждый пойман в клетку своего уютного мира. Рядом с ними ты чувствуешь себя особенно зрячей. Пытаешься их разбудить, но они лишь делают вид, что слушают тебя: в их головах только шум их собственных мыслей. Единицы из них смогут проснуться, остальные умрут, так себя настоящих и не увидев.

    — Мария Фариса · книга
13. «

    Женщина села в любимое кресло и сразу почувствовала себя зажатой между пыльным ковром и забитым вещами шкафом. Раздвинуть стены, как обычно, помог телевизор.

    Женщина села в любимое кресло и сразу почувствовала себя зажатой между пыльным ковром и забитым вещами шкафом. Раздвинуть стены, как обычно, помог телевизор.

    — Мария Фариса · книга
14. «

    Кто говорит об учебе, говорит и о работе, Кто говорит о работе, говорит о бабках, Кто говорит о деньгах, говорит и о расходах, Кто говорит о кредитах, говорит и о долгах Кто говорит о долгах, говорит и о суде, Да, он говорит тебе сесть в кучу дер*ма. Тот, кто говорит о любви, говорит и о детях, А тот, кто говорит «Навеки», говорит и о разводе.

    Кто говорит об учебе, говорит и о работе, Кто говорит о работе, говорит о бабках, Кто говорит о деньгах, говорит и о расходах, Кто говорит о кредитах, говорит и о долгах Кто говорит о долгах, говорит и о суде, Да, он говорит тебе сесть в кучу дер*ма. Тот, кто говорит о любви, говорит и о детях, А тот, кто говорит «Навеки», говорит и о разводе.
15. «

    Но когда нетривиальности и откровенные странности становятся обычным делом, начинаешь тосковать по банальному.

    Но когда нетривиальности и откровенные странности становятся обычным делом, начинаешь тосковать по банальному.

    — Джаспер Ффорде · книга
16. «

    Если Вы об­ща­е­тесь с людь­ми, ко­то­рые не чи­та­ют, не име­ют хоб­би, не за­ни­ма­ют­ся сво­им здо­ро­вьем, ве­ро­ят­нее все­го, они бу­дут тор­мо­зить Вас сво­им ру­тин­ным под­хо­дом к жиз­ни.

    Если Вы об­ща­е­тесь с людь­ми, ко­то­рые не чи­та­ют, не име­ют хоб­би, не за­ни­ма­ют­ся сво­им здо­ро­вьем, ве­ро­ят­нее все­го, они бу­дут тор­мо­зить Вас сво­им ру­тин­ным под­хо­дом к жиз­ни.

    — Валентина Паевская · книга
17. «

    Рутина это тоже своего рода смерть.

    Рутина это тоже своего рода смерть.

    — Рик Янси · книга
18. «

    Только представьте себе такую любовь, которой не страшна повседневная рутина.

    Только представьте себе такую любовь, которой не страшна повседневная рутина.

    — Тайна в его глазах (El secreto de sus ojos) · фильм
19. «

    Вот так круговорот привычных дел Становится смертельной паутиной.

    Вот так круговорот привычных дел Становится смертельной паутиной.
20. «

    Обездвиженный, вялый, с пузом обвисшим и дряблым днищем, прирос к дивану. В окружении пищи и лакомств, в плену телепрограмм, допинга и виртуальных порталов. А ведь был спортягой, гири тягал, бегал и плавал! Теперь взглядом еретика миру подвижных и здравых, Тех, кто день ото дня двигает салом, делая за день то, что я сделаю минимум за год!

    Обездвиженный, вялый, с пузом обвисшим и дряблым днищем, прирос к дивану. В окружении пищи и лакомств, в плену телепрограмм, допинга и виртуальных порталов. А ведь был спортягой, гири тягал, бегал и плавал! Теперь взглядом еретика миру подвижных и здравых, Тех, кто день ото дня двигает салом, делая за день то, что я сделаю минимум за год!