562 цитаты «счастье со смыслом» на каждый день

Тема «счастье со смыслом» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 562 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Почему то, что составляет счастье человеку, должно вместе с тем быть источником его страданий?

   Почему то, что составляет счастье человеку, должно вместе с тем быть источником его страданий?

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
2. «

   Любой человек, который равнодушен к благополучию других людей и безразличен к причинам их будущего счастья, может лишь закладывать почву для собственного несчастья.

   Любой человек, который равнодушен к благополучию других людей и безразличен к причинам их будущего счастья, может лишь закладывать почву для собственного несчастья.

   — Далай-лама XIV · книга
3. «

   Мысли определяют, поступим мы правильно или неправильно, а также то, каким мы станем человеком. Как только наши мысли стали правильными, поступки просто не смогут не последовать за умом и остаться дурными.

   Мысли определяют, поступим мы правильно или неправильно, а также то, каким мы станем человеком. Как только наши мысли стали правильными, поступки просто не смогут не последовать за умом и остаться дурными.

   — Рингу Тулку Ринпоче · книга
4. «

   Счастье — вещь тяжелая, и когда оно сваливается на слабого, то в лучшем случае, оно с него скатится, в худшем — раздавит.

   Счастье — вещь тяжелая, и когда оно сваливается на слабого, то в лучшем случае, оно с него скатится, в худшем — раздавит.

   — Михаил Литвак · книга
5. «

   Если хочешь, чтобы люди вокруг были счастливы, сначала сам стань счастливым. Быть эгоистом не всегда плохо. Это нормально.

   Если хочешь, чтобы люди вокруг были счастливы, сначала сам стань счастливым. Быть эгоистом не всегда плохо. Это нормально.

   — Нам Джу Ри · сериал
6. «

   После медшколы я вернулась домой, в Мистик-Фоллс. Это казалось правильным. Это то место, где я хотела состариться, так я и сделала. И это моя жизнь: странная, запутанная и сложная, грустная, замечательная, удивительная, и, прежде всего, эпичная. И всё это благодаря Стефану. Когда я встретила его, я потеряла своих родителей и была мертва внутри, но он вернул меня к жизни и я собираюсь прожить её настолько хорошо, насколько смогу, так долго, как смогу. Даже после нашей долгой и счастливой совместной жизни Деймон волнуется, что он никогда не увидит Стефана вновь, что он никогда не обретёт покой. Но я знаю, что он не прав, потому что покой существует. Он живёт во всём, что нам дорого. Это обещание мира, что в один день, после долгих лет жизни, мы найдём друг друга вновь.

   После медшколы я вернулась домой, в Мистик-Фоллс. Это казалось правильным. Это то место, где я хотела состариться, так я и сделала. И это моя жизнь: странная, запутанная и сложная, грустная, замечательная, удивительная, и, прежде всего, эпичная. И всё это благодаря Стефану. Когда я встретила его, я потеряла своих родителей и была мертва внутри, но он вернул меня к жизни и я собираюсь прожить её настолько хорошо, насколько смогу, так долго, как смогу. Даже после нашей долгой и счастливой совместной жизни Деймон волнуется, что он никогда не увидит Стефана вновь, что он никогда не обретёт покой. Но я знаю, что он не прав, потому что покой существует. Он живёт во всём, что нам дорого. Это обещание мира, что в один день, после долгих лет жизни, мы найдём друг друга вновь.

   — Елена Гилберт (Elena Gilbert) · сериал
7. «

   Счастье — это вытеснение страдания и беспокойства.

   Счастье — это вытеснение страдания и беспокойства.

   — Эпикур
8. «

   Невозможно найти счастье в себе, не попробовав его в объятиях хотя бы одного человека.

   Невозможно найти счастье в себе, не попробовав его в объятиях хотя бы одного человека.

   — Эльчин Сафарли · книга
9. «

   Он придерживался своей собственной примитивной теории, что все на свете — азартная игра. Бог — это нечто неощутимое, своенравное, взбалмошное, именуемое Счастьем. Риск начинается с самого появления на свет: кем суждено родиться — дураком или грабителем? Карты сдает Счастье, и невинные младенцы изберут в руки сданные им карты. Возмущаться, жаловаться бесполезно. Вот твои карты, и хочешь не хочешь, а играй, — все равно, горбат ты или строен, урод или красавец, кретин или умница. Тщетно искать справедливости. Большинство играющих попадает в разряд дураков; немногие, благодаря хорошей карте, становятся грабителями. Розыгрыш карт — это и есть жизнь. Скопище игроков — общество. Карточный стол — земля. Ставка — земные блага, от куска хлеба до больших красных автомобилей. А в конечном счете и счастливых игроков и несчастливых ждет одно — смерть и забвение. Тяжело, конечно, глупым и обездоленным — их проигрыш заранее предрешен. Но чем лучше он узнавал других, тех, кто казался в выигрыше, тем чаще его брало сомнение: так ли уж велик их выигрыш? Ведь они тоже обречены на смерть и забвение, а жизнь их немногого стоит. Это грызня диких зверей между собой: сильные топчут слабых, а сильные, — как он убедился на примере Даусета, Леттона и Гугенхаммера, — отнюдь не наилучшее. Он вспоминал своих скромных товарищей по Арктике. Они-то и были глупые и обездоленные — те, кто трудится в поте лица и у кого отнимают плоды его труда, как у той старухи, которая делает вино в горах Сонома; а ведь они куда правдивее, честнее, благороднее, чем люди, которые грабят их. Выходит так, что выигрывают-то как раз жулики, предатели, мерзавцы. Но даже и они не хозяева своей судьбы, они только играют картами, которые им достались.

   Он придерживался своей собственной примитивной теории, что все на свете — азартная игра. Бог — это нечто неощутимое, своенравное, взбалмошное, именуемое Счастьем. Риск начинается с самого появления на свет: кем суждено родиться — дураком или грабителем? Карты сдает Счастье, и невинные младенцы изберут в руки сданные им карты. Возмущаться, жаловаться бесполезно. Вот твои карты, и хочешь не хочешь, а играй, — все равно, горбат ты или строен, урод или красавец, кретин или умница. Тщетно искать справедливости. Большинство играющих попадает в разряд дураков; немногие, благодаря хорошей карте, становятся грабителями. Розыгрыш карт — это и есть жизнь. Скопище игроков — общество. Карточный стол — земля. Ставка — земные блага, от куска хлеба до больших красных автомобилей. А в конечном счете и счастливых игроков и несчастливых ждет одно — смерть и забвение. Тяжело, конечно, глупым и обездоленным — их проигрыш заранее предрешен. Но чем лучше он узнавал других, тех, кто казался в выигрыше, тем чаще его брало сомнение: так ли уж велик их выигрыш? Ведь они тоже обречены на смерть и забвение, а жизнь их немногого стоит. Это грызня диких зверей между собой: сильные топчут слабых, а сильные, — как он убедился на примере Даусета, Леттона и Гугенхаммера, — отнюдь не наилучшее. Он вспоминал своих скромных товарищей по Арктике. Они-то и были глупые и обездоленные — те, кто трудится в поте лица и у кого отнимают плоды его труда, как у той старухи, которая делает вино в горах Сонома; а ведь они куда правдивее, честнее, благороднее, чем люди, которые грабят их. Выходит так, что выигрывают-то как раз жулики, предатели, мерзавцы. Но даже и они не хозяева своей судьбы, они только играют картами, которые им достались.

   — Джек Лондон · книга
10. «

    Счастье есть смысл и назначение жизни, единственная цель человеческого существования.

    Счастье есть смысл и назначение жизни, единственная цель человеческого существования.

    — Аристотель
11. «

    — Истинная любовь в моём королевстве в опасности. Испытание состоит из трёх невыполнимых заданий. Первое – преодолеть непреодолимое препятствие. Второе – избежать неизбежную гибель. И третье – сокрушить несокрушимого монстра. — На редкость утомительно. — А я про что. Всё же, это лучше, чем воровать и прятать сокровища. — Может это – моя настоящая любовь? — Не может быть. Сокровища не могут любить тебя и не сделают тебя счастливым. — Почему? Они подходят под все твои требования. — Не все. Есть четвёртое и последнее требование: влюблённые должны совершить прыжок слепой веры ради друг друга. А поскольку золотые монеты и побрякушки не могут этого сделать, если, в итоге, остаёшься только ты и твои сокровища, то ты одинок.

    — Истинная любовь в моём королевстве в опасности. Испытание состоит из трёх невыполнимых заданий. Первое – преодолеть непреодолимое препятствие. Второе – избежать неизбежную гибель. И третье – сокрушить несокрушимого монстра. — На редкость утомительно. — А я про что. Всё же, это лучше, чем воровать и прятать сокровища. — Может это – моя настоящая любовь? — Не может быть. Сокровища не могут любить тебя и не сделают тебя счастливым. — Почему? Они подходят под все твои требования. — Не все. Есть четвёртое и последнее требование: влюблённые должны совершить прыжок слепой веры ради друг друга. А поскольку золотые монеты и побрякушки не могут этого сделать, если, в итоге, остаёшься только ты и твои сокровища, то ты одинок.

    — Филипп Распрекрасный · мультфильм
12. «

    Счастлив человек или несчастлив, он может только пытаться; без попыток ничего не сделаешь...разве только лечь и умереть.

    Счастлив человек или несчастлив, он может только пытаться; без попыток ничего не сделаешь...разве только лечь и умереть.

    — Чарльз Диккенс · книга
13. «

    Счастье должно ускользать, но в то же время быть дразнящим и близким, чтобы руки не опустились и не появилось желание отказаться от него. Во всех же случаях передоза удовольствие становится привычкой, а то и переходит в свою полную противоположность. Правило, что луше недоесть, чем переесть, действует и тут.

    Счастье должно ускользать, но в то же время быть дразнящим и близким, чтобы руки не опустились и не появилось желание отказаться от него. Во всех же случаях передоза удовольствие становится привычкой, а то и переходит в свою полную противоположность. Правило, что луше недоесть, чем переесть, действует и тут.

    — Дмитрий Емец · книга
14. «

    Нет пути к счастью, путь и есть счастье.

    Нет пути к счастью, путь и есть счастье.

    — Не/смотря ни на что (Mein Blind Date mit dem Leben) · фильм
15. «

    Но не ясно ли: блаженство и зависть — это числитель и знаменатель дроби, именуемой счастьем.

    Но не ясно ли: блаженство и зависть — это числитель и знаменатель дроби, именуемой счастьем.

    — Евгений Замятин · книга
16. «

    Если в вас зародится подлинное чувство, спрячьте его, как драгоценность, чтобы никто даже и не подозревал о его существовании, иначе вы погибли. Перестав быть палачом, вы превратитесь в жертву. Если вы полюбите, храните свято вашу тайну! Не поверяйте ее, пока вы не узнаете по-настоящему того, кому раскроете вы сердце.

    Если в вас зародится подлинное чувство, спрячьте его, как драгоценность, чтобы никто даже и не подозревал о его существовании, иначе вы погибли. Перестав быть палачом, вы превратитесь в жертву. Если вы полюбите, храните свято вашу тайну! Не поверяйте ее, пока вы не узнаете по-настоящему того, кому раскроете вы сердце.

    — Оноре де Бальзак · книга
17. «

    — Я тебе дам одну волшебную вещь... — Хе-хе-хе! Миллион пиявок за одну вещь! — Эта же вещь приносит счастье... — Ты что! Хочешь что бы я променял деньги на какое-то счастье?!

    — Я тебе дам одну волшебную вещь... — Хе-хе-хе! Миллион пиявок за одну вещь! — Эта же вещь приносит счастье... — Ты что! Хочешь что бы я променял деньги на какое-то счастье?!

    — черепаха Тортила · фильм
18. «

    В глубине его сознания неумолчно звучал искушающий голос самой жизни, настойчиво твердившей ему о своем могуществе, о том, что он может достигнуть большего, нежели другие, что ему суждено победить там, где они терпят поражение, преуспеть там, где их ждет гибель. То была самовлюбленная жизнь, гордая избытком здоровья и сил, отрицающая бренность и тление, опьяненная святой верой в себя, зачарованная своей дерзновенной мечтой. И неотступно, то неясным шепотом, то внятно и отчетливо, как звук трубы, этот голос внушал ему, что где-то, когда-то, как-то он настигнет Счастье, овладеет им, подчинит своей воле, наложит на него свою печать.

    В глубине его сознания неумолчно звучал искушающий голос самой жизни, настойчиво твердившей ему о своем могуществе, о том, что он может достигнуть большего, нежели другие, что ему суждено победить там, где они терпят поражение, преуспеть там, где их ждет гибель. То была самовлюбленная жизнь, гордая избытком здоровья и сил, отрицающая бренность и тление, опьяненная святой верой в себя, зачарованная своей дерзновенной мечтой. И неотступно, то неясным шепотом, то внятно и отчетливо, как звук трубы, этот голос внушал ему, что где-то, когда-то, как-то он настигнет Счастье, овладеет им, подчинит своей воле, наложит на него свою печать.

    — Джек Лондон · книга
19. «

    Поскольку нет никого, кто бы не испытал иногда яpость, мы по собственному опыту в состоянии понять, что злость не выpастит уpожай счастья.

    Поскольку нет никого, кто бы не испытал иногда яpость, мы по собственному опыту в состоянии понять, что злость не выpастит уpожай счастья.

    — Далай-лама XIV · книга
20. «

    Отчаяние в счастье. Слышали о таком? Одна из побочных реакций воздушно порхающего состояния. Проявляется, наверное, не у всех, но у многих. У меня, в частности. Отчаяние в счастье – это страх потерять с трудом найденное. Боязнь новой волны одиночества. Отчаяние в счастье – это не постоянно омрачающее его чувство страха. Отнюдь. Больше похоже на ощущение, когда в подушечку пальца вонзается мелкая заноза: сильно не беспокоит, но напоминает о себе неожиданными вспышками.

    Отчаяние в счастье. Слышали о таком? Одна из побочных реакций воздушно порхающего состояния. Проявляется, наверное, не у всех, но у многих. У меня, в частности. Отчаяние в счастье – это страх потерять с трудом найденное. Боязнь новой волны одиночества. Отчаяние в счастье – это не постоянно омрачающее его чувство страха. Отнюдь. Больше похоже на ощущение, когда в подушечку пальца вонзается мелкая заноза: сильно не беспокоит, но напоминает о себе неожиданными вспышками.

    — Эльчин Сафарли · книга