109 цитат «Красивые цитаты про счастье» на каждый день

Тема «Красивые цитаты про счастье» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 109 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   В жизни не бывает — и об этом прекрасно знает каждый дирижер — двух одинаковых концертов. Даже если партитура одна и та же, если оркестр состоит из тех же самых музыкантов, а концерт состоялся в том же самом концертном зале. Каждый концерт другой: иногда у нас от счастья на глазах выступают слезы, иногда нам хочется кричать от счастья, а иногда счастье лишает нас дара речи.

   В жизни не бывает — и об этом прекрасно знает каждый дирижер — двух одинаковых концертов. Даже если партитура одна и та же, если оркестр состоит из тех же самых музыкантов, а концерт состоялся в том же самом концертном зале. Каждый концерт другой: иногда у нас от счастья на глазах выступают слезы, иногда нам хочется кричать от счастья, а иногда счастье лишает нас дара речи.

   — Януш Леон Вишневский · книга
2. «

   Любовь к ребенку, чудесному существу, которое собрало и воплотило в себе и твои черты, и черты дорогого тебе человека — это, наверное, самый лучший, самый светлый, добрый и чистый вид любви. Наши дети станут нашим продолжением, а это значит, что наша любовь, которая принесла нам столько радости и светлой красивой грусти, будет жить вечно, и после того, когда нас самих уже не станет.

   Любовь к ребенку, чудесному существу, которое собрало и воплотило в себе и твои черты, и черты дорогого тебе человека — это, наверное, самый лучший, самый светлый, добрый и чистый вид любви. Наши дети станут нашим продолжением, а это значит, что наша любовь, которая принесла нам столько радости и светлой красивой грусти, будет жить вечно, и после того, когда нас самих уже не станет.

   — Олег Рой
3. «

   Судьба расставляет фигуры, крапит карты, стреляет в упор и в спину. А мы бежим, каждый по своему замкнутому кругу, надеясь, что именно у нашей сказки окажется счастливый конец. Но моя женщина спит рядом со мной, бросив недочитанный журнал на тумбочку возле кровати, и беззащитным ребенком прижимает к себе пушистое одеяло. А утром она проснется, потянется солнечной кошкой возле открытого окна и улыбнется мне. И глядя в нее, больше всего мне хочется, чтобы вопреки всем законам жанра, исключением из всех существующих правил у нашей общей сказки, сказки о женщине, сказки о любви, не было конца.

   Судьба расставляет фигуры, крапит карты, стреляет в упор и в спину. А мы бежим, каждый по своему замкнутому кругу, надеясь, что именно у нашей сказки окажется счастливый конец. Но моя женщина спит рядом со мной, бросив недочитанный журнал на тумбочку возле кровати, и беззащитным ребенком прижимает к себе пушистое одеяло. А утром она проснется, потянется солнечной кошкой возле открытого окна и улыбнется мне. И глядя в нее, больше всего мне хочется, чтобы вопреки всем законам жанра, исключением из всех существующих правил у нашей общей сказки, сказки о женщине, сказки о любви, не было конца.

   — Аль Квотион · книга
4. «

   Не важно, что случится завтра или послезавтра, сейчас — я счастлив, потому что я люблю тебя.

   Не важно, что случится завтра или послезавтра, сейчас — я счастлив, потому что я люблю тебя.

   — Фил Коннорс · фильм
5. «

   Счастье невозможно поймать: как только вы его поймали — у вас в руках пыль от крыльев бабочки. Счастье ощутимо только в воспоминаниях.

   Счастье невозможно поймать: как только вы его поймали — у вас в руках пыль от крыльев бабочки. Счастье ощутимо только в воспоминаниях.

   — Реваз Габриадзе
6. «

   А счастье, по-моему, просто Бывает разного роста: От кочки и до Казбека, В зависимости от человека!

   А счастье, по-моему, просто Бывает разного роста: От кочки и до Казбека, В зависимости от человека!

   — Эдуард Аркадьевич Асадов
7. «

   Любовь — это вещь, которую отдаёшь, не ожидая ничего взамен. Это любовь, у которой нет правил. Просто смотреть издалека — этого достаточно, чтобы сделать меня счастливым.

   Любовь — это вещь, которую отдаёшь, не ожидая ничего взамен. Это любовь, у которой нет правил. Просто смотреть издалека — этого достаточно, чтобы сделать меня счастливым.
8. «

   Они сидели на ступенях собора, смотрели на раскинувшийся внизу Монмартр, ели багет и были безмерно счастливы тем особым счастьем, когда знаешь, что небо ясное, птицы поют, а впереди жизнь без конца и без края.

   Они сидели на ступенях собора, смотрели на раскинувшийся внизу Монмартр, ели багет и были безмерно счастливы тем особым счастьем, когда знаешь, что небо ясное, птицы поют, а впереди жизнь без конца и без края.

   — Ирина Богданова · книга
9. «

   — Как это называется, когда у тебя внутри тепло, ты всем доволен и хочешь, чтобы все оставалось так, как есть? — Полагаю, это называется счастьем.

   — Как это называется, когда у тебя внутри тепло, ты всем доволен и хочешь, чтобы все оставалось так, как есть? — Полагаю, это называется счастьем.

   — Терри Пратчетт · книга
10. «

    Нам подарили случай синие небеса. Наш диалог беззвучен, только горят глаза. То, что в душе ненастье, как объяснить часам? Я за минуты счастья, кажется, жизнь отдам.

    Нам подарили случай синие небеса. Наш диалог беззвучен, только горят глаза. То, что в душе ненастье, как объяснить часам? Я за минуты счастья, кажется, жизнь отдам.
11. «

    После нашей первой ночи я ехала домой с выражением лица, за которое в метро могут побить. Восемь утра, толпа, разъярённая самим фактом своего существования, а у меня разнузданное блаженство на физиономии и счастливо расслабленное тело, по которому изредка пробегает сладострастная судорога.

    После нашей первой ночи я ехала домой с выражением лица, за которое в метро могут побить. Восемь утра, толпа, разъярённая самим фактом своего существования, а у меня разнузданное блаженство на физиономии и счастливо расслабленное тело, по которому изредка пробегает сладострастная судорога.

    — Марта Кетро · книга
12. «

    Тот счастлив, кто прошел среди мучений, Среди тревог и страсти жизни шумной, Подобно розе, что цветет бездумно, И легче по водам бегущей тени.

    Тот счастлив, кто прошел среди мучений, Среди тревог и страсти жизни шумной, Подобно розе, что цветет бездумно, И легче по водам бегущей тени.

    — Анна Андреевна Ахматова
13. «

    Чтобы быть счастливым в любви, не нужно быть слепым; достаточно время от времени закрывать глаза.

    Чтобы быть счастливым в любви, не нужно быть слепым; достаточно время от времени закрывать глаза.

    — Марсель Ашар
14. «

    Счастливым можно быть в любое время года. Счастье — это вообще такой особый пятый сезон, который наступает, не обращая внимания на даты, календари и всё такое прочее. Оно как вечная весна, которая всегда с тобой, за тонкой стеклянной стенкой оранжереи. Только стенка эта так странно устроена, что иногда её непрошибить и из пулемёта, а иногда она исчезает — и ты проваливаешься в эту оранжерею, в это счастье, в эту вечную весну. Но стоит тебе забыться, как приходит сторож — и выдворяет тебя на улицу. А на улице все строго по календарю. Зима — так зима. Осень — так осень. Обычная весна с авитаминозом и заморозками — так обычная весна. Но оранжерея-то никуда не исчезла, в неё можно вернуться в любой момент, главное — поверить в то, что стеклянная стенка исчезла, без притворства, без показной бодрости и долгой подготовки, непроизвольно, чтобы она и в самом деле исчезла.

    Счастливым можно быть в любое время года. Счастье — это вообще такой особый пятый сезон, который наступает, не обращая внимания на даты, календари и всё такое прочее. Оно как вечная весна, которая всегда с тобой, за тонкой стеклянной стенкой оранжереи. Только стенка эта так странно устроена, что иногда её непрошибить и из пулемёта, а иногда она исчезает — и ты проваливаешься в эту оранжерею, в это счастье, в эту вечную весну. Но стоит тебе забыться, как приходит сторож — и выдворяет тебя на улицу. А на улице все строго по календарю. Зима — так зима. Осень — так осень. Обычная весна с авитаминозом и заморозками — так обычная весна. Но оранжерея-то никуда не исчезла, в неё можно вернуться в любой момент, главное — поверить в то, что стеклянная стенка исчезла, без притворства, без показной бодрости и долгой подготовки, непроизвольно, чтобы она и в самом деле исчезла.

    — Ольга Лукас · книга
15. «

    Неважно, в какой точке земного шара находишься, потому что главное — где ты обитаешь в своих мыслях... Там я счастлива.

    Неважно, в какой точке земного шара находишься, потому что главное — где ты обитаешь в своих мыслях... Там я счастлива.

    — Сесилия Ахерн · книга
16. «

    Держась за руки, и нежно обнимая друг друга, влюбленные прячутся в созданном ими самими мыльном пузыре счастья и не замечают ничего вокруг.

    Держась за руки, и нежно обнимая друг друга, влюбленные прячутся в созданном ими самими мыльном пузыре счастья и не замечают ничего вокруг.

    — Олег Рой · книга
17. «

    В течение целой недели они любили друг друга все ночи подряд. Страсть к цыганке никак не становилась привычною, и Гаспар всякий раз находил свою подругу еще более необычной, не такой, как накануне, и от этого любил её все больше, и с каждым разом наслаждение их было всё острее, а объятья — всё требовательнее и крепче, и по-прежнему она после отталкивала его и погружалась в свой одинокий сон, дышавший эгоизмом и пресыщением, и опять он смотрел на неё, спящую, взором, полным тревоги и нежности, сознавая хрупкость их счастья и самого их бытия. Благодаря ей весь мир вокруг преобразился: солнце было вольно сиять или не сиять, всходить или заходить, трава дерзко пробивалась к свету, цветы распускались, а люди кричали или улыбались. Отныне всё было единственным и неповторимым, а Гаспар становился всего лишь восхищенным зрителем несравненной картины мира. Понемногу он это постигал. Вся его философия растаяла в объятиях цыганки, он это понимал и нисколько об этом не печалился, ибо он был счастлив. Он вновь рождался на свет...

    В течение целой недели они любили друг друга все ночи подряд. Страсть к цыганке никак не становилась привычною, и Гаспар всякий раз находил свою подругу еще более необычной, не такой, как накануне, и от этого любил её все больше, и с каждым разом наслаждение их было всё острее, а объятья — всё требовательнее и крепче, и по-прежнему она после отталкивала его и погружалась в свой одинокий сон, дышавший эгоизмом и пресыщением, и опять он смотрел на неё, спящую, взором, полным тревоги и нежности, сознавая хрупкость их счастья и самого их бытия. Благодаря ей весь мир вокруг преобразился: солнце было вольно сиять или не сиять, всходить или заходить, трава дерзко пробивалась к свету, цветы распускались, а люди кричали или улыбались. Отныне всё было единственным и неповторимым, а Гаспар становился всего лишь восхищенным зрителем несравненной картины мира. Понемногу он это постигал. Вся его философия растаяла в объятиях цыганки, он это понимал и нисколько об этом не печалился, ибо он был счастлив. Он вновь рождался на свет...

    — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга
18. «

    – Я понял, – зажмурился малыш. – Не надо ходить далеко, чтобы принести счастье тем, кого любишь.

    – Я понял, – зажмурился малыш. – Не надо ходить далеко, чтобы принести счастье тем, кого любишь.

    — Наталия Немцова · книга
19. «

    Не бывает совершенно чистого и безоблачного счастья, если его здание воздвигнуто на грубом фундаменте. Всегда есть камни, за которые нет-нет да и зацепишься, как и всегда найдется деталь, которая омрачает жизнь и меняет первоначальный сценарий, созданный с надеждой на светлое будущее.

    Не бывает совершенно чистого и безоблачного счастья, если его здание воздвигнуто на грубом фундаменте. Всегда есть камни, за которые нет-нет да и зацепишься, как и всегда найдется деталь, которая омрачает жизнь и меняет первоначальный сценарий, созданный с надеждой на светлое будущее.

    — Самия Шарифф · книга
20. «

    Жизнь вообще очень короткая штука, если тебе дорог человек, надо вот так хватать обеими руками и держать сильно-сильно, а то завтра обернешься и никого нет.

    Жизнь вообще очень короткая штука, если тебе дорог человек, надо вот так хватать обеими руками и держать сильно-сильно, а то завтра обернешься и никого нет.

    — Василий Геннадьевич Фролов (ВазГен) · сериал