191 фраза на тему «Жизненные цитаты на тему «семья»» для дневника

Тема «Жизненные цитаты на тему «семья»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 191 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Любая болезнь — это лакмусовая бумажка.

   Любая болезнь — это лакмусовая бумажка.

   — Дарья Донцова
2. «

   ... Не понимаю, что такого святого в семье. Это как один большой цикл, понимаешь? Ты как твой отец, он, в свою очередь, как его отец... Я ругался с матерью, теперь ругаюсь с сестрой. Это ж скука. А знаешь, что ещё хуже, чем семья? Это работа. Ни тут, ни там ты ничего не решаешь. Для меня это просто загадка: как люди всё это терпят? Ты целый день горбатишься, все указывают тебе, что надо делать, и, несмотря ни на что, тебя могут просто взять и вышвырнуть! Понимаешь, о чём я? Просто вышвырнуть и всё!

   ... Не понимаю, что такого святого в семье. Это как один большой цикл, понимаешь? Ты как твой отец, он, в свою очередь, как его отец... Я ругался с матерью, теперь ругаюсь с сестрой. Это ж скука. А знаешь, что ещё хуже, чем семья? Это работа. Ни тут, ни там ты ничего не решаешь. Для меня это просто загадка: как люди всё это терпят? Ты целый день горбатишься, все указывают тебе, что надо делать, и, несмотря ни на что, тебя могут просто взять и вышвырнуть! Понимаешь, о чём я? Просто вышвырнуть и всё!

   — Ричард Гэдисс · фильм
3. «

   Бабушка говорила маме: «Быть одной плохо». Мама повторяла Ханне: «Быть одной плохо». Потому Ханна всю жизнь и цеплялась за что попало, лишь бы убежать от одиночества, из своей пустыни.

   Бабушка говорила маме: «Быть одной плохо». Мама повторяла Ханне: «Быть одной плохо». Потому Ханна всю жизнь и цеплялась за что попало, лишь бы убежать от одиночества, из своей пустыни.

   — Мария Фариса · книга
4. «

   — Все это для меня неожиданно, — продолжал Николай Николаевич. — Жили рядом, а я толком в тебе ничего не понял. Не проник в твою душу, — вот что обидно.

   — Все это для меня неожиданно, — продолжал Николай Николаевич. — Жили рядом, а я толком в тебе ничего не понял. Не проник в твою душу, — вот что обидно.

   — Владимир Железников · книга
5. «

   Ты счастлива, возлюбленная жена, скажи мне? Почему я замечаю в твоих глазах печаль и усталость? Знаешь, просто хочется счастья, и я иду на работу, чтобы ты могла съездить на море, ты так давно хочешь на море. Я иду на работу, день за днем оставляя тебя в одиночестве, в путанице проблем и забот, о которых ты научилась молчать, чтобы не портить то короткое время, отведенное нам побыть вдвоем. Но иногда мне становится очень страшно, что на долгожданное море в итоге приедут два чужих и малознакомых друг другу человека.

   Ты счастлива, возлюбленная жена, скажи мне? Почему я замечаю в твоих глазах печаль и усталость? Знаешь, просто хочется счастья, и я иду на работу, чтобы ты могла съездить на море, ты так давно хочешь на море. Я иду на работу, день за днем оставляя тебя в одиночестве, в путанице проблем и забот, о которых ты научилась молчать, чтобы не портить то короткое время, отведенное нам побыть вдвоем. Но иногда мне становится очень страшно, что на долгожданное море в итоге приедут два чужих и малознакомых друг другу человека.

   — Аль Квотион · книга
6. «

   Нет, вы его не знаете, потому что живете рядом с ним. Хуже всего мы знаем своих близких... Мы доходим до того, что перестаем видеть тех, кто нас окружает.

   Нет, вы его не знаете, потому что живете рядом с ним. Хуже всего мы знаем своих близких... Мы доходим до того, что перестаем видеть тех, кто нас окружает.

   — Франсуа Мориак · книга
7. «

   ... Не кровные узы выплетают ткань семейных отношений, а одна только любовь.

   ... Не кровные узы выплетают ткань семейных отношений, а одна только любовь.

   — Гийом Мюссо · книга
8. «

   Семья — это если по звуку угадываешь, кто именно моется в душе.

   Семья — это если по звуку угадываешь, кто именно моется в душе.

   — Сергей Довлатов · книга
9. «

   Шейх где-то украл ту женщину, потому что из дворца её не выпускали. Я тоже не выходил после нашей встречи. Игривая, чистая, неуловимая — дождь из фиников благословлял меня, когда она приближалась, а чёрный свет её глаз ввергал меня в изумление.

   Шейх где-то украл ту женщину, потому что из дворца её не выпускали. Я тоже не выходил после нашей встречи. Игривая, чистая, неуловимая — дождь из фиников благословлял меня, когда она приближалась, а чёрный свет её глаз ввергал меня в изумление.

   — Мария Фариса · книга
10. «

    — Это не моя победа, а отца. Но, похоже, других побед мне и не видать. — О чём ты? Фэллон, ты сидишь в своем собственном издательстве. — Которое никогда не будет настоящей империей, потому что я слишком занята тушением папиных пожаров. И каждый раз, когда мне кажется, что я подышала свежим воздухом, я задыхаюсь от его дыма.

    — Это не моя победа, а отца. Но, похоже, других побед мне и не видать. — О чём ты? Фэллон, ты сидишь в своем собственном издательстве. — Которое никогда не будет настоящей империей, потому что я слишком занята тушением папиных пожаров. И каждый раз, когда мне кажется, что я подышала свежим воздухом, я задыхаюсь от его дыма.

    — Лиам Ридли · сериал
11. «

    Гражданский брак — это сожительство мужчины и женщины. Это ещё не брак, а всего лишь генеральная репетиция. Главное, чтобы она не затянулась на десятилетия.

    Гражданский брак — это сожительство мужчины и женщины. Это ещё не брак, а всего лишь генеральная репетиция. Главное, чтобы она не затянулась на десятилетия.

    — Александр Куберский · книга
12. «

    — Я устал прятаться. Я хочу делать что-то полезное в своей жизни. — А быть фермером, кормить людей — по-твоему это плохо? — Я этого не говорил. — Пять поколений нашей семьи были фермерами. — Твоей семьи. Не моей. Я... Я не знаю, зачем я вообще слушаю тебя, ты ведь мне не отец. Ты нашел меня в поле. — Кларк! — Ничего, Марта. Он прав. Кларк всё точно подметил. Мы не твои родители. Но мы делали всё, что было в наших силах. И ты всегда мог рассчитывать на нас. Но теперь, может теперь тебе этого стало недостаточно. — Слушай, пап... просто... — Постой...

    — Я устал прятаться. Я хочу делать что-то полезное в своей жизни. — А быть фермером, кормить людей — по-твоему это плохо? — Я этого не говорил. — Пять поколений нашей семьи были фермерами. — Твоей семьи. Не моей. Я... Я не знаю, зачем я вообще слушаю тебя, ты ведь мне не отец. Ты нашел меня в поле. — Кларк! — Ничего, Марта. Он прав. Кларк всё точно подметил. Мы не твои родители. Но мы делали всё, что было в наших силах. И ты всегда мог рассчитывать на нас. Но теперь, может теперь тебе этого стало недостаточно. — Слушай, пап... просто... — Постой...

    — Кларк Кент / Супермен · фильм
13. «

    Род — это всегда загадка. Твой смех, твои мечты и сны — не случайность. Это всё от кого-то тебе досталось. И твоя судьба — не твоих рук дело, она выкована в кузнице твоего рода. Страдания завязывают узлы на нитях кровных связей. Кому-то из потомков придётся эти нити распутать.

    Род — это всегда загадка. Твой смех, твои мечты и сны — не случайность. Это всё от кого-то тебе досталось. И твоя судьба — не твоих рук дело, она выкована в кузнице твоего рода. Страдания завязывают узлы на нитях кровных связей. Кому-то из потомков придётся эти нити распутать.

    — Мария Фариса · книга
14. «

    Что мне все время бросается в глаза: в нашем мире любовная лодка разбивается не о волны быта, а об отсутствие тем для разговора. Пары могут говорить о фильме «Трансформеры» и двусмысленных шедеврах Тарантино, сплетничать о соседях или обсуждать перспективы развития цивилизации. Но они должны беседовать, анализировать и сравнивать, делать умозаключения и обмениваться впечатлениями. Говорить только на темы, где купить, что сделать для детей, как и чем заплатить, это смерть любви и брака.

    Что мне все время бросается в глаза: в нашем мире любовная лодка разбивается не о волны быта, а об отсутствие тем для разговора. Пары могут говорить о фильме «Трансформеры» и двусмысленных шедеврах Тарантино, сплетничать о соседях или обсуждать перспективы развития цивилизации. Но они должны беседовать, анализировать и сравнивать, делать умозаключения и обмениваться впечатлениями. Говорить только на темы, где купить, что сделать для детей, как и чем заплатить, это смерть любви и брака.

    — Аркадий Панц · книга
15. «

    Плевал я на то, что люди говорят. Если есть однополая пара, или мужчина и женщина, или одинокий человек, который обеспечит ребенку дом, любовь и заботу, то никто не должен стоять на пути усыновления.

    Плевал я на то, что люди говорят. Если есть однополая пара, или мужчина и женщина, или одинокий человек, который обеспечит ребенку дом, любовь и заботу, то никто не должен стоять на пути усыновления.

    — Джон Барроумен
16. «

    Семья — основа всей нравственности, это тебе всякий скажет. А основа семьи — любовь, это я тебе говорю! Если бы не было семьи, люди попросту пожирали бы друг друга и в мире вообще не существовало бы приличных отношений. Как мы ни стараемся, мы не можем постоянно вести себя так, как нам хочется, — даже в области религии, но семью нужно оставить в покое. Оттого-то она и является крепчайшим оплотом, и женщина никогда не забудет первого мужчину, которому она принадлежала.

    Семья — основа всей нравственности, это тебе всякий скажет. А основа семьи — любовь, это я тебе говорю! Если бы не было семьи, люди попросту пожирали бы друг друга и в мире вообще не существовало бы приличных отношений. Как мы ни стараемся, мы не можем постоянно вести себя так, как нам хочется, — даже в области религии, но семью нужно оставить в покое. Оттого-то она и является крепчайшим оплотом, и женщина никогда не забудет первого мужчину, которому она принадлежала.

    — Бертольд Брехт · книга
17. «

    — Мои братья не будут делить владения, убивая друг друга! — возмущенно продолжала Елисава. — Все так говорят и даже думают, пока отец жив. А когда он умрет, каждый наследник помнит только то, что он — сын своего отца, но не помнит, что он еще и брат своего брата. Разница очень большая.

    — Мои братья не будут делить владения, убивая друг друга! — возмущенно продолжала Елисава. — Все так говорят и даже думают, пока отец жив. А когда он умрет, каждый наследник помнит только то, что он — сын своего отца, но не помнит, что он еще и брат своего брата. Разница очень большая.

    — Елизавета Дворецкая · книга
18. «

    — Как думаешь, отчего люди... то есть, что их удерживает в рамках? — Талант, может... Если ты одарён — есть к чему стремиться. Ты можешь с головой погрузиться в это. — Хороший ответ. Но если у тебя нет талантов? — Тогда, отношения. — Понятно. Вполне внятный ответ. А для меня ответом стала семья. Пока есть близкие — держишь себя в руках. — Не всегда. Бывают случаи, когда от близких хоть на стенку лезь! — Та семья, о которой я говорю, не обязательно означает обычную семью, ей могут стать даже друзья. Под ней подразумеваются люди, ставшие тебе семьёй.

    — Как думаешь, отчего люди... то есть, что их удерживает в рамках? — Талант, может... Если ты одарён — есть к чему стремиться. Ты можешь с головой погрузиться в это. — Хороший ответ. Но если у тебя нет талантов? — Тогда, отношения. — Понятно. Вполне внятный ответ. А для меня ответом стала семья. Пока есть близкие — держишь себя в руках. — Не всегда. Бывают случаи, когда от близких хоть на стенку лезь! — Та семья, о которой я говорю, не обязательно означает обычную семью, ей могут стать даже друзья. Под ней подразумеваются люди, ставшие тебе семьёй.

    — Томоё Сакагами · аниме
19. «

    Есть дырки в душе, которые ничем не заделать. Есть узлы в нашей семейной истории, которые не развязать. Есть предел наших возможностей. Не потому, что мы плохие или безвольные. Просто потому, что весь наш род, вся наша семья во многих поколениях живет внутри нас, в наших генах, в нашей памяти, в Бессознательном. И как ты ни старайся, ты всё равно будешь частью своего родового древа. И оно обязательно втюхает тебе от корней к ветвям по множеству веночек и прожилочек пару-тройку десятков стереотипов, с которыми ты всю жизнь будешь сталкиваться. И бывают моменты, когда твоя свобода заключается вовсе не в том, чтобы изобрести нечто новое, срубить дерево и порубить его на дрова, а скорее в том, как приспособиться к старому, как извлечь из него пользу, как принять его и модернизировать. Как уговорить птиц петь в ветвях этого дерева.

    Есть дырки в душе, которые ничем не заделать. Есть узлы в нашей семейной истории, которые не развязать. Есть предел наших возможностей. Не потому, что мы плохие или безвольные. Просто потому, что весь наш род, вся наша семья во многих поколениях живет внутри нас, в наших генах, в нашей памяти, в Бессознательном. И как ты ни старайся, ты всё равно будешь частью своего родового древа. И оно обязательно втюхает тебе от корней к ветвям по множеству веночек и прожилочек пару-тройку десятков стереотипов, с которыми ты всю жизнь будешь сталкиваться. И бывают моменты, когда твоя свобода заключается вовсе не в том, чтобы изобрести нечто новое, срубить дерево и порубить его на дрова, а скорее в том, как приспособиться к старому, как извлечь из него пользу, как принять его и модернизировать. Как уговорить птиц петь в ветвях этого дерева.
20. «

    Семья — замечательная вещь, а хорошая семья — это просто прекрасно. Когда семья создаётся, она стоит очень близко от понятия «любовь». Практически вплотную. Но это изначально разные вещи... Разные вещи существуют по разным законам, они по-разному возникают, по-разному развиваются и по-разному умирают. Они идут разными путями. Просто в какой-то момент их дороги пересеклись, и двое любящих друг друга людей создают семью... Семья начинает жить и развиваться по своим законам, любовь же идёт собственной дорогой. Иногда, если сильно повезёт, эти дороги совпадают на протяжении всей жизни. Но это не правило, а исключение... Когда дороги расположены на близком расстоянии, человек может идти одновременно по обеим, как по параллельным доскам. Но если эти дороги расходятся слишком далеко, приходится делать выбор... Это не катастрофа, это нормальное положение вещей.

    Семья — замечательная вещь, а хорошая семья — это просто прекрасно. Когда семья создаётся, она стоит очень близко от понятия «любовь». Практически вплотную. Но это изначально разные вещи... Разные вещи существуют по разным законам, они по-разному возникают, по-разному развиваются и по-разному умирают. Они идут разными путями. Просто в какой-то момент их дороги пересеклись, и двое любящих друг друга людей создают семью... Семья начинает жить и развиваться по своим законам, любовь же идёт собственной дорогой. Иногда, если сильно повезёт, эти дороги совпадают на протяжении всей жизни. Но это не правило, а исключение... Когда дороги расположены на близком расстоянии, человек может идти одновременно по обеим, как по параллельным доскам. Но если эти дороги расходятся слишком далеко, приходится делать выбор... Это не катастрофа, это нормальное положение вещей.

    — Александра Маринина · книга