198 лучших мыслей на тему «система»

Тема «система» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 198 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Это не система. Это люди. Это я, это мы, это вы, это все. Это не система. Это люди. Все люди каждым своим вздохом хотят заслуживать одобрения малодушной дряни. Это мы строим на себе вот такие системы, которыми потом возмущаемся. А нет системы в реальности. Построить себе идола и поклоняться, построить себе дьявола и скидывать все на него. Но строитель-то один — мы. Нет системы, есть подлость. Во мне, в тебе, во всех, в каждом. Озлобленная малодушная подлость, отводящая глаза от своих отражений и с пеной у рта старающаяся заслужить себе оправдание. Одобрение заслужить, галочку. Влепите мне галочку, господин следователь, что я хорошая. Погладьте меня по голове и отпустите. Вот она «система».

   Это не система. Это люди. Это я, это мы, это вы, это все. Это не система. Это люди. Все люди каждым своим вздохом хотят заслуживать одобрения малодушной дряни. Это мы строим на себе вот такие системы, которыми потом возмущаемся. А нет системы в реальности. Построить себе идола и поклоняться, построить себе дьявола и скидывать все на него. Но строитель-то один — мы. Нет системы, есть подлость. Во мне, в тебе, во всех, в каждом. Озлобленная малодушная подлость, отводящая глаза от своих отражений и с пеной у рта старающаяся заслужить себе оправдание. Одобрение заслужить, галочку. Влепите мне галочку, господин следователь, что я хорошая. Погладьте меня по голове и отпустите. Вот она «система».

   — Франц Вертфоллен · книга
2. «

   Еще одно преимущество: позиция человека, находящегося вне процесса, делает более острым его взгляд на недостатки и противоречия, характерные для господствующей системы, — а у членов «клуба» уже давно «глаз замылился» и образовалось «слепое пятно». Аутсайдеры смотрят глубже, поэтому их критика современного статус-кво не поверхностна, а фундаментальна.

   Еще одно преимущество: позиция человека, находящегося вне процесса, делает более острым его взгляд на недостатки и противоречия, характерные для господствующей системы, — а у членов «клуба» уже давно «глаз замылился» и образовалось «слепое пятно». Аутсайдеры смотрят глубже, поэтому их критика современного статус-кво не поверхностна, а фундаментальна.

   — Рольф Добелли · книга
3. «

   Какие-то шуты на потешном столбе висят. Тут нечего ловить, не задерживай беглый взгляд. Ты лучше посмотри, как там реет победный стяг, Веселый кинофильм просто великолепно снят!

   Какие-то шуты на потешном столбе висят. Тут нечего ловить, не задерживай беглый взгляд. Ты лучше посмотри, как там реет победный стяг, Веселый кинофильм просто великолепно снят!
4. «

   Модульность — фундаментальный аспект всех успешно работающих крупных систем.

   Модульность — фундаментальный аспект всех успешно работающих крупных систем.

   — Бьярне Строуструп
5. «

   Тот самый случай: за сто истекших лет ничего не поняли и ничему не научились все эти люди. Отчего и восстанавливают систему со всеми её пороками. Ровно в том же состоянии, в каком она пребывала перед тем, как рухнуть. Берут у царской России, советской власти и Запада в равной пропорции всё то, чего оттуда брать не стоит. Оставляя за бортом всё, что надо было брать. А если оно, которое имело смысл брать, случайно проросло, притаптывают всей толпой. Пока оно, не дай Бог, не укрепилось — в подростковом состоянии.

   Тот самый случай: за сто истекших лет ничего не поняли и ничему не научились все эти люди. Отчего и восстанавливают систему со всеми её пороками. Ровно в том же состоянии, в каком она пребывала перед тем, как рухнуть. Берут у царской России, советской власти и Запада в равной пропорции всё то, чего оттуда брать не стоит. Оставляя за бортом всё, что надо было брать. А если оно, которое имело смысл брать, случайно проросло, притаптывают всей толпой. Пока оно, не дай Бог, не укрепилось — в подростковом состоянии.

   — Евгений Янович Сатановский · книга
6. «

   Ведь какие идиоты вокруг. Они полагают, что система — это Путин. Или Обама. А если очень уверены, будто система — это ФРС и Йеллен-шмелен. А система — это светящийся экран на расстоянии шестидесяти сантиметров от глаз. С которым мы трахаемся, советуемся и интересуемся, какие для нас сегодня будут новости. Путин, Обама, Йеллен — это на нём просто разные картинки. А экран один и тот же... Мы думаем, что экраном управляем наполовину мы, а на другую половину спецслужбы, но на самом деле сам экран уже давно управляет и нами, и спецслужбами. Вот что такое система. И как, спрашивается, с ней бороться, если про борьбу с ней мы читаем на том же экране?

   Ведь какие идиоты вокруг. Они полагают, что система — это Путин. Или Обама. А если очень уверены, будто система — это ФРС и Йеллен-шмелен. А система — это светящийся экран на расстоянии шестидесяти сантиметров от глаз. С которым мы трахаемся, советуемся и интересуемся, какие для нас сегодня будут новости. Путин, Обама, Йеллен — это на нём просто разные картинки. А экран один и тот же... Мы думаем, что экраном управляем наполовину мы, а на другую половину спецслужбы, но на самом деле сам экран уже давно управляет и нами, и спецслужбами. Вот что такое система. И как, спрашивается, с ней бороться, если про борьбу с ней мы читаем на том же экране?

   — Виктор Пелевин · книга
7. «

   — Систему просто так не проведёшь. — Что ж, придётся побороться с системой.

   — Систему просто так не проведёшь. — Что ж, придётся побороться с системой.

   — Сэмми Джо · сериал
8. «

   Любая социальная система может существовать только в том случае, если в ней выполняются определенные жизненно важные функции: адаптация к среде, постановка целей, регулирование внутренних конфликтов и т. д.

   Любая социальная система может существовать только в том случае, если в ней выполняются определенные жизненно важные функции: адаптация к среде, постановка целей, регулирование внутренних конфликтов и т. д.

   — Юрий Николаевич Давыдов · книга
9. «

   Основные ценности любой общественной системы редко формируются простыми людьми. Чаще всего, они представляют систему взглядов «основной управляющей группы», такой как церковь, армия, банки, корпорации, правящая элита, или же их комбинацией. Эти группы разрабатывают скрытую программу развития общества, суды, налоги и др. структуры, служащие на благо их собственных интересов и поддерживающих вечную иллюзию того, что общественные ценности определяются самим обществом. Кроме того, правительства подавляют любые отклонения от заданного курса, которые могут им навредить.

   Основные ценности любой общественной системы редко формируются простыми людьми. Чаще всего, они представляют систему взглядов «основной управляющей группы», такой как церковь, армия, банки, корпорации, правящая элита, или же их комбинацией. Эти группы разрабатывают скрытую программу развития общества, суды, налоги и др. структуры, служащие на благо их собственных интересов и поддерживающих вечную иллюзию того, что общественные ценности определяются самим обществом. Кроме того, правительства подавляют любые отклонения от заданного курса, которые могут им навредить.

   — Жак Фреско · книга
10. «

    Теорию терапевтической общины я слышал столько раз, что могу рассказывать спереди назад и задом наперед – и что человек должен научиться жить в группе, прежде чем сможет функционировать в нормальном обществе, и что группа в состоянии помочь ему, показывая, где у него непорядок, и кто нормальный, а кто нет, общество само решает, а ты уж изволь соответствовать. И всякая такая штука. Стоит только появиться новому больному, доктор сразу – на свою теорию, и поехали; только тут он, кажется, и бывает главным, сам ведет собрание. Рассказывает, что цель терапевтической общины – демократическое отделение, полностью управляемое пациентами, их голосами, и стремится оно выпустить нас обратно на улицу, во внешний мир, достойными гражданами. Всякое мелкое недовольство, всякую жалобу, все, что тебе хотелось бы изменить, надо высказывать перед группой и обсуждать, а не гноить в себе. И ты должен чувствовать себя свободно среди окружающих до такой степени, чтобы без утайки обсуждать эмоциональные проблемы с больными и медицинским персоналом. Беседуйте, говорит он, обсуждайте, признавайтесь. А если друг что-то сказал в обычном разговоре – запишите в вахтенный журнал, чтобы знали врачи и сестры. Это не стук, как выражаются на жаргоне, это помощь товарищу. Извлеките старые грехи на свет божий, чтобы омыться в глазах людей. И участвуйте в групповом обсуждении. Помогите себе и друзьям проникнуть в тайны подсознательного. От друзей не должно быть секретов. Кончает он обыкновенно тем, что их задача – сделать отделение похожим на те свободные демократические места, где вы жили: пусть внутренний мир станет масштабной моделью большого внешнего, куда в один прекрасный день вам предстоит вернуться.

    Теорию терапевтической общины я слышал столько раз, что могу рассказывать спереди назад и задом наперед – и что человек должен научиться жить в группе, прежде чем сможет функционировать в нормальном обществе, и что группа в состоянии помочь ему, показывая, где у него непорядок, и кто нормальный, а кто нет, общество само решает, а ты уж изволь соответствовать. И всякая такая штука. Стоит только появиться новому больному, доктор сразу – на свою теорию, и поехали; только тут он, кажется, и бывает главным, сам ведет собрание. Рассказывает, что цель терапевтической общины – демократическое отделение, полностью управляемое пациентами, их голосами, и стремится оно выпустить нас обратно на улицу, во внешний мир, достойными гражданами. Всякое мелкое недовольство, всякую жалобу, все, что тебе хотелось бы изменить, надо высказывать перед группой и обсуждать, а не гноить в себе. И ты должен чувствовать себя свободно среди окружающих до такой степени, чтобы без утайки обсуждать эмоциональные проблемы с больными и медицинским персоналом. Беседуйте, говорит он, обсуждайте, признавайтесь. А если друг что-то сказал в обычном разговоре – запишите в вахтенный журнал, чтобы знали врачи и сестры. Это не стук, как выражаются на жаргоне, это помощь товарищу. Извлеките старые грехи на свет божий, чтобы омыться в глазах людей. И участвуйте в групповом обсуждении. Помогите себе и друзьям проникнуть в тайны подсознательного. От друзей не должно быть секретов. Кончает он обыкновенно тем, что их задача – сделать отделение похожим на те свободные демократические места, где вы жили: пусть внутренний мир станет масштабной моделью большого внешнего, куда в один прекрасный день вам предстоит вернуться.

    — Кен Кизи · книга
11. «

    Система учит, о чем думать, свободные люди учат, как думать.

    Система учит, о чем думать, свободные люди учат, как думать.

    — Дэвид Лэйн
12. «

    Стресс не является естественной частью вашей жизни. Стресс появляется оттого, что вы не в состоянии справиться со своей собственной системой.

    Стресс не является естественной частью вашей жизни. Стресс появляется оттого, что вы не в состоянии справиться со своей собственной системой.

    — Садхгуру
13. «

    Общество же, вместо того чтобы признать опасность подобного явления, поощряет его, так как заинтересовано в увеличении количества послушных потребителей, питающих систему, а люди не понимают, какая расплата их ждет: их индивидуальность так и останется недоразвитой или вообще погибнет.

    Общество же, вместо того чтобы признать опасность подобного явления, поощряет его, так как заинтересовано в увеличении количества послушных потребителей, питающих систему, а люди не понимают, какая расплата их ждет: их индивидуальность так и останется недоразвитой или вообще погибнет.

    — Дарио Салас Соммэр · книга
14. «

    — Система должна погибнуть. — А почему? — Потому что всякая система должна погибнуть. Лучшая система — это отсутствие системы.

    — Система должна погибнуть. — А почему? — Потому что всякая система должна погибнуть. Лучшая система — это отсутствие системы.

    — Дом Солнца · фильм
15. «

    Постарайтесь быть реалистом. Мы создали Утопию для людей, а не для святых, которым она не нужна. Мы должны считаться с недостатками человеческой натуры, а не притворяться, что их не существует. На наш взгляд, полицейский аппарат и законодательная система имеют тенденцию создавать атмосферу, порождающую преступность и допустимость преступлений. Поверьте мне, лучше не признавать возможности совершения преступлений вообще. Подавляющее большинство народа поддержит эту точку зрения.

    Постарайтесь быть реалистом. Мы создали Утопию для людей, а не для святых, которым она не нужна. Мы должны считаться с недостатками человеческой натуры, а не притворяться, что их не существует. На наш взгляд, полицейский аппарат и законодательная система имеют тенденцию создавать атмосферу, порождающую преступность и допустимость преступлений. Поверьте мне, лучше не признавать возможности совершения преступлений вообще. Подавляющее большинство народа поддержит эту точку зрения.

    — Роберт Шекли · книга
16. «

    Самое главное — стоит напоминать нашим согражданам, которые в неге своей размышлений у «Первого канала» ТВ, сидят, и ждут, собственно говоря, манны небесной и когда же появится какая-то великая пилюля, которая вдруг ни с того ни с сего поменяет проклятую Набиулину на кого-нибудь хорошего. Кто вам нравится? Шойгу, Рогозин? Нет проблем. Дорогие мои хорошие, вы ждёте великой кнопки. Великой кнопки, которая называется «сделайте мне хорошо», потому что каждый раз задается вопрос «а шо же делать?» Начинать надо с базового, начинать надо с размышления, начинать с вашего муниципального уровня и, сколько бы я это не повторял, система не поменяется сама. Не будет такой великой кнопки из разряда «Сжечь Кремль, посадить всех хороших». Всё это уже проходилось и не один раз. Сажаете точно таких же упырей, как и сажали ранее. Потому что кровь от плоти и плоть от плоти — власть такова, какова мы.

    Самое главное — стоит напоминать нашим согражданам, которые в неге своей размышлений у «Первого канала» ТВ, сидят, и ждут, собственно говоря, манны небесной и когда же появится какая-то великая пилюля, которая вдруг ни с того ни с сего поменяет проклятую Набиулину на кого-нибудь хорошего. Кто вам нравится? Шойгу, Рогозин? Нет проблем. Дорогие мои хорошие, вы ждёте великой кнопки. Великой кнопки, которая называется «сделайте мне хорошо», потому что каждый раз задается вопрос «а шо же делать?» Начинать надо с базового, начинать надо с размышления, начинать с вашего муниципального уровня и, сколько бы я это не повторял, система не поменяется сама. Не будет такой великой кнопки из разряда «Сжечь Кремль, посадить всех хороших». Всё это уже проходилось и не один раз. Сажаете точно таких же упырей, как и сажали ранее. Потому что кровь от плоти и плоть от плоти — власть такова, какова мы.

    — Дмитрий Потапенко
17. «

    Yes I've been through it They know I do it for the people I'm fighting so we be equal For my son and my sequel And anybody who listenin' In they system like venom I get in 'em and spread visciously This is me.

    Yes I've been through it They know I do it for the people I'm fighting so we be equal For my son and my sequel And anybody who listenin' In they system like venom I get in 'em and spread visciously This is me.
18. «

    Ошибка ваша, что, живя в гнилом обществе, вы решили лично сражаться с ним, не подчиняться. Возможно ли отгородиться от всей экономической системы? Невозможно.

    Ошибка ваша, что, живя в гнилом обществе, вы решили лично сражаться с ним, не подчиняться. Возможно ли отгородиться от всей экономической системы? Невозможно.

    — Джордж Оруэлл · книга
19. «

    Когда-то имелись классовая система, и расовая система, и половая система. Этих трех систем больше нет или скоро не будет. А теперь у нас имеется возрастная система. Те, кому от двадцати восьми до тридцати пяти, идеально свежие — это супер элита, цари и царицы; те, кому от восемнадцати до двадцати восьми, плюс те, кому от тридцати пяти до сорока пяти, — это бояре, аристократия; все остальные, кому меньше шестидесяти, составляют буржуазию; все, кому от шестидесяти до семидесяти, представляют собой пролетариат, массы; а все, кто еще старше, — это крепостные и призраки рабов.

    Когда-то имелись классовая система, и расовая система, и половая система. Этих трех систем больше нет или скоро не будет. А теперь у нас имеется возрастная система. Те, кому от двадцати восьми до тридцати пяти, идеально свежие — это супер элита, цари и царицы; те, кому от восемнадцати до двадцати восьми, плюс те, кому от тридцати пяти до сорока пяти, — это бояре, аристократия; все остальные, кому меньше шестидесяти, составляют буржуазию; все, кому от шестидесяти до семидесяти, представляют собой пролетариат, массы; а все, кто еще старше, — это крепостные и призраки рабов.

    — Мартин Эмис · книга
20. «

    Бежать было некуда. У вас ничего не оставалось своего, разве что несколько кубических сантиметров внутри черепной коробки.

    Бежать было некуда. У вас ничего не оставалось своего, разве что несколько кубических сантиметров внутри черепной коробки.

    — Джордж Оруэлл · книга