38 цитат на тему «смирение со смыслом» — читать онлайн

38 цитат про «смирение со смыслом»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Смирение не в том, чтобы ходить согнувшись, а в том, чтобы все свои успехи приписывать Богу, а в себе видеть лишь немощь.

   Смирение не в том, чтобы ходить согнувшись, а в том, чтобы все свои успехи приписывать Богу, а в себе видеть лишь немощь.

   — Феофан Затворник
2. «

   Помни: хороши пост и бдение, но лучше всего – смирение.

   Помни: хороши пост и бдение, но лучше всего – смирение.

   — Архимандрит Кирилл (Иван Дмитриевич Павлов)
3. «

   Для причастия необходимо хотябы немного искренне смириться.

   Для причастия необходимо хотябы немного искренне смириться.

   — Протоиерей Димитрий Смирнов
4. «

   Перестаньте думать о себе, о нуждах своего угасающего тела. Не судите людей. Не требуйте ничего и ни от кого, но старайтесь научиться смирению и радости, живя в своём «сейчас», и не на словах только благословляйте людей, а любите их на деле. Путь к Учителю идёт только через любовь к людям. Запомните это.

   Перестаньте думать о себе, о нуждах своего угасающего тела. Не судите людей. Не требуйте ничего и ни от кого, но старайтесь научиться смирению и радости, живя в своём «сейчас», и не на словах только благословляйте людей, а любите их на деле. Путь к Учителю идёт только через любовь к людям. Запомните это.

   — Конкордия Антарова · книга
5. «

   Смирение не означает трусливого бегства от проблем реальной жизни. Наоборот, подлинное смирение призвано помочь мобилизовать все свои силы на то, чтобы преодолеть любые трудности, не поступаясь своими идеалами, не теряя уважения, благодарности и любви, и таким образом стать, насколько это вообще возможно, инструментом божественного промысла. В настоящем смирении куда больше величия, чем в нашей прискорбной потребности ставить себя выше других. Смирение оберегает нас от высокомерия и презрительного отношения к тем, кого мы привыкли считать ниже себя. Оно же защищает нас от зависти к тем, кто в чем-то превосходит нас. Смиренный человек не приписывает себе никаких заслуг — за все свои достижения он благодарит Бога и тех, от кого получал поддержку. Смиренное сердце позволяет легко признавать свои ошибки и открывает сердце навстречу новому. Взращивая в себе смирение, мы не уничтожаем наше «я», вечно излучающее любовь к Богу и всему сущему.

   Смирение не означает трусливого бегства от проблем реальной жизни. Наоборот, подлинное смирение призвано помочь мобилизовать все свои силы на то, чтобы преодолеть любые трудности, не поступаясь своими идеалами, не теряя уважения, благодарности и любви, и таким образом стать, насколько это вообще возможно, инструментом божественного промысла. В настоящем смирении куда больше величия, чем в нашей прискорбной потребности ставить себя выше других. Смирение оберегает нас от высокомерия и презрительного отношения к тем, кого мы привыкли считать ниже себя. Оно же защищает нас от зависти к тем, кто в чем-то превосходит нас. Смиренный человек не приписывает себе никаких заслуг — за все свои достижения он благодарит Бога и тех, от кого получал поддержку. Смиренное сердце позволяет легко признавать свои ошибки и открывает сердце навстречу новому. Взращивая в себе смирение, мы не уничтожаем наше «я», вечно излучающее любовь к Богу и всему сущему.

   — Радханатх Свами · книга
6. «

   Смирение – это не опустившиеся руки или бездействие, а тихая Вера в то, что непременно наступит утро, когда проснешься и поймёшь, что больше не болит. Отпустило.

   Смирение – это не опустившиеся руки или бездействие, а тихая Вера в то, что непременно наступит утро, когда проснешься и поймёшь, что больше не болит. Отпустило.

   — Эльчин Сафарли · книга
7. «

   Тягчайшие брани помысла: блуд, уныние. Надо смиряться. Смирение привлекает помощь Божию. Растлевающее действие блудных помыслов от услаждения ими — надолго отступает благодать Божия, привлечь которую опять можно только покаянием искренним и воздержанием от этих помыслов.

   Тягчайшие брани помысла: блуд, уныние. Надо смиряться. Смирение привлекает помощь Божию. Растлевающее действие блудных помыслов от услаждения ими — надолго отступает благодать Божия, привлечь которую опять можно только покаянием искренним и воздержанием от этих помыслов.

   — Никон Оптинский
8. «

   Чтобы понять некоторые вещи, иногда человеку нужна целая жизнь. Искренность, честность, смирение — вся жизнь, чтобы это понять. А наш худший враг — гордыня. Особенно когда она рядится в одежды благородства.

   Чтобы понять некоторые вещи, иногда человеку нужна целая жизнь. Искренность, честность, смирение — вся жизнь, чтобы это понять. А наш худший враг — гордыня. Особенно когда она рядится в одежды благородства.

   — Тьерри Коэн · книга
9. «

   О памяти Иисусовой ты пишешь, что не имеешь ее всегда и не имеешь чувств, какие имела прежде, об этом я выше тебе писал, а молитва Иисусова, когда будет со смирением проходима, то водрузится, а чуть увлечется ум во мнение, то или от нее отпадает, или обольщается. При молитве подвизайся на заповеди, а не ищи теплоты: эта возвышает, а заповеди смиряют. «Прежде времени бедственно искать высоких».

   О памяти Иисусовой ты пишешь, что не имеешь ее всегда и не имеешь чувств, какие имела прежде, об этом я выше тебе писал, а молитва Иисусова, когда будет со смирением проходима, то водрузится, а чуть увлечется ум во мнение, то или от нее отпадает, или обольщается. При молитве подвизайся на заповеди, а не ищи теплоты: эта возвышает, а заповеди смиряют. «Прежде времени бедственно искать высоких».

   — Макарий Оптинский
10. «

    — Мой клан был вырезан во время войны Ледяных Когтей. Ифгар тогда командовал наступлением. Это было дикое, ничем не оправданное убийство. <..> — И после всего этого вы столько лет ухаживали за ним? — удивилась Гильфи. — После гибели моего клана я стала Глауксовой сестрой (монашкой) и узнала, что прощение врагов есть высший долг каждой совы. Прошло много времени, прежде чем я смогла простить. Но когда наконец это произошло, мне стало легче. — Но посмотри к чему это привело! Ифгар ничуточку не изменился, он так и остался предателем... — Это неважно. Я изменилась. Исцелилась. Он — нет.

    — Мой клан был вырезан во время войны Ледяных Когтей. Ифгар тогда командовал наступлением. Это было дикое, ничем не оправданное убийство. <..> — И после всего этого вы столько лет ухаживали за ним? — удивилась Гильфи. — После гибели моего клана я стала Глауксовой сестрой (монашкой) и узнала, что прощение врагов есть высший долг каждой совы. Прошло много времени, прежде чем я смогла простить. Но когда наконец это произошло, мне стало легче. — Но посмотри к чему это привело! Ифгар ничуточку не изменился, он так и остался предателем... — Это неважно. Я изменилась. Исцелилась. Он — нет.

    — Кэтрин Ласки · книга
11. «

    Самое важное в жизни — это научиться принимать вещи, которые не можешь изменить.

    Самое важное в жизни — это научиться принимать вещи, которые не можешь изменить.

    — Жан-Клод ван Дамм
12. «

    Никто не спасся без смирения. Помни, что до конца жизни ты будешь впадать в грехи, тяжкие или легкие, гневаться, хвастаться, лгать, тщеславиться, обижать других, жадничать. Вот это-то сознание и будет держать тебя в смирении. Чем тут гордиться, если ежедневно грешишь и обижаешь ближнего. Но на всякий грех есть покаяние. Согрешил и покайся... и так до конца. Делая так, никогда не будешь отчаиваться, а постепенно придешь в мирное устроение.

    Никто не спасся без смирения. Помни, что до конца жизни ты будешь впадать в грехи, тяжкие или легкие, гневаться, хвастаться, лгать, тщеславиться, обижать других, жадничать. Вот это-то сознание и будет держать тебя в смирении. Чем тут гордиться, если ежедневно грешишь и обижаешь ближнего. Но на всякий грех есть покаяние. Согрешил и покайся... и так до конца. Делая так, никогда не будешь отчаиваться, а постепенно придешь в мирное устроение.

    — Иеросхимонах Михаил Питкевич
13. «

    К смер­ти мы всег­да долж­ны го­то­вить­ся по­ка­я­ни­ем, действи­тель­ность ко­е­го из­ме­ря­ет­ся не чис­лом пок­ло­нов, а сер­деч­ным усер­ди­ем. Пом­ни, что жерт­ва Бо­гу дух сок­ру­шен: серд­це сок­ру­шен­но и сми­рен­но Бог не уни­чи­жит (Пс. 50, 19), и по­то­му, ког­да не ис­пол­нишь пра­ви­ла, по сла­бос­ти ли сил или по дру­гой ка­кой при­чи­не, за­ме­няй сей не­дос­та­ток са­мо­у­ко­ре­ни­ем и сми­ре­ни­ем.

    К смер­ти мы всег­да долж­ны го­то­вить­ся по­ка­я­ни­ем, действи­тель­ность ко­е­го из­ме­ря­ет­ся не чис­лом пок­ло­нов, а сер­деч­ным усер­ди­ем. Пом­ни, что жерт­ва Бо­гу дух сок­ру­шен: серд­це сок­ру­шен­но и сми­рен­но Бог не уни­чи­жит (Пс. 50, 19), и по­то­му, ког­да не ис­пол­нишь пра­ви­ла, по сла­бос­ти ли сил или по дру­гой ка­кой при­чи­не, за­ме­няй сей не­дос­та­ток са­мо­у­ко­ре­ни­ем и сми­ре­ни­ем.

    — Макарий Оптинский
14. «

    Кротость и смирение сердца — такие добродетели, без которых не только Царства Небесного исследовать, но ни счастливым быть на земле, ни душевного спокойствия ощущать в себе невозможно.

    Кротость и смирение сердца — такие добродетели, без которых не только Царства Небесного исследовать, но ни счастливым быть на земле, ни душевного спокойствия ощущать в себе невозможно.

    — Амвросий Оптинский
15. «

    Перемены, пусть и к лучшему, порой трудно принять. На то, чтобы привыкнуть, требуется время.

    Перемены, пусть и к лучшему, порой трудно принять. На то, чтобы привыкнуть, требуется время.

    — Ника Остожева · книга
16. «

    Уже смирилась, что есть вещи, познать которые удастся лишь к определённому часу. Пробил он или нет – решать зачастую не мне.

    Уже смирилась, что есть вещи, познать которые удастся лишь к определённому часу. Пробил он или нет – решать зачастую не мне.

    — Ксения Власова · книга
17. «

    ... Пишешь, что ты недостойна! Хорошо смиряться с толком, и если сознаешь свое недостоинство, то в других случаях и следует, сообразно с этим, вести себя и держаться смиренного образа мыслей и действования. Но по причине недостоинства своего не должно отказываться от принятия монашеского образа. Святой Иоанн Лествичник пишет: «Никто не должен… называть себя недостойным монашеского обета... Где много гнилости, там нужно и сильное врачевание... Ибо здоровые не требуют врача и не поступают в больницу». Если не желаешь принять пострижение, то зачем поступала в монастырь? Впрочем, вольному воля, а спасенному рай. Но если и в болезни будешь отказываться от монашества, то рассуждение твое весьма ошибочно, и внушение это явно с шуией стороны.

    ... Пишешь, что ты недостойна! Хорошо смиряться с толком, и если сознаешь свое недостоинство, то в других случаях и следует, сообразно с этим, вести себя и держаться смиренного образа мыслей и действования. Но по причине недостоинства своего не должно отказываться от принятия монашеского образа. Святой Иоанн Лествичник пишет: «Никто не должен… называть себя недостойным монашеского обета... Где много гнилости, там нужно и сильное врачевание... Ибо здоровые не требуют врача и не поступают в больницу». Если не желаешь принять пострижение, то зачем поступала в монастырь? Впрочем, вольному воля, а спасенному рай. Но если и в болезни будешь отказываться от монашества, то рассуждение твое весьма ошибочно, и внушение это явно с шуией стороны.

    — Амвросий Оптинский
18. «

    Теренций писал: «Я человек, и ничто человеческое мне не чуждо». Если вы хотя бы частично это усвоите, то никогда не сможете сказать о преступлении: «Я бы этого не совершил.» Каким бы гнусным не было преступление, если его совершил человек, мы должны сказать: «Во мне то же, что есть в ней/нем; я намерен использовать свои силы во благо, а не во вред.» Если вы можете сказать так о плохом, только представьте, что будет если сказать так о хорошем; если человек мечтает о великом, осмеливается любить кого-то, если человек отваживается быть Мартином Лютером Кингом, Матерью Терезой или Малькольмом Икс, если человек превозмогает условия, в которых родился, это значит, что вы тоже можете, а значит вы можете попробовать стать шире.

    Теренций писал: «Я человек, и ничто человеческое мне не чуждо». Если вы хотя бы частично это усвоите, то никогда не сможете сказать о преступлении: «Я бы этого не совершил.» Каким бы гнусным не было преступление, если его совершил человек, мы должны сказать: «Во мне то же, что есть в ней/нем; я намерен использовать свои силы во благо, а не во вред.» Если вы можете сказать так о плохом, только представьте, что будет если сказать так о хорошем; если человек мечтает о великом, осмеливается любить кого-то, если человек отваживается быть Мартином Лютером Кингом, Матерью Терезой или Малькольмом Икс, если человек превозмогает условия, в которых родился, это значит, что вы тоже можете, а значит вы можете попробовать стать шире.

    — Майя Энджелоу
19. «

    Видишь эту траву? Она рада служить всем, занимая самое незавидное положение — у нас под ногами. Всякий раз, когда на неё наступают, она распрямляется, чтобы служить вновь. У неё нужно учиться смирению. Видишь это дерево? Оно терпеливо сносит палящий летний зной, а само дает нам тень. Оно терпит лютый холод, снабжая нас дровами, чтобы мы согрелись, оно может простоять несколько месяцев без капли влаги, одновременно принося людям сочные плоды, чтобы они утоляли жажду, — и всё это без единой жалобы! Нам надо учиться терпению у дерева. Надо стать смиреннее травинки, терпеливее дерева, выказывать искреннее уважение другим и не ожидать никакого уважения в ответ.

    Видишь эту траву? Она рада служить всем, занимая самое незавидное положение — у нас под ногами. Всякий раз, когда на неё наступают, она распрямляется, чтобы служить вновь. У неё нужно учиться смирению. Видишь это дерево? Оно терпеливо сносит палящий летний зной, а само дает нам тень. Оно терпит лютый холод, снабжая нас дровами, чтобы мы согрелись, оно может простоять несколько месяцев без капли влаги, одновременно принося людям сочные плоды, чтобы они утоляли жажду, — и всё это без единой жалобы! Нам надо учиться терпению у дерева. Надо стать смиреннее травинки, терпеливее дерева, выказывать искреннее уважение другим и не ожидать никакого уважения в ответ.

    — Радханатх Свами · книга
20. «

    Между верой теоретической, и той верой, что предстоит обрести, когда оказываешься лицом к лицу с материализовавшимся гипотетическим допущением, лежит непреодолимая пропасть.

    Между верой теоретической, и той верой, что предстоит обрести, когда оказываешься лицом к лицу с материализовавшимся гипотетическим допущением, лежит непреодолимая пропасть.

    — Ника Остожева · книга