65 цитат на тему «смысл жизни» со смыслом» — читать онлайн

65 цитат про «смысл жизни» со смыслом»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Если жизнь вообще имеет смысл, то имеет смысл и страдание. Страдание является частью жизни, точно так же, как судьба и смерть. Страдание и смерть придают бытию цельность.

   Если жизнь вообще имеет смысл, то имеет смысл и страдание. Страдание является частью жизни, точно так же, как судьба и смерть. Страдание и смерть придают бытию цельность.

   — Виктор Франкл · книга
2. «

   Смысл жизни не в том, чтобы повторять то, что уже сделано, или сожалеть о том, как ты это сделал. Он состоит в том, чтобы идти дальше, двигаться вперед. И оставаться собой.

   Смысл жизни не в том, чтобы повторять то, что уже сделано, или сожалеть о том, как ты это сделал. Он состоит в том, чтобы идти дальше, двигаться вперед. И оставаться собой.

   — Скотт Карпентер (Scott Carpenter) · сериал
3. «

   ... тайна человеческого бытия не в том, чтобы только жить, а в том, для чего жить.

   ... тайна человеческого бытия не в том, чтобы только жить, а в том, для чего жить.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
4. «

   Именно потому, что смерть уносит с собой всё — она придаёт жизни смысл.

   Именно потому, что смерть уносит с собой всё — она придаёт жизни смысл.

   — Вентрикосус · аниме
5. «

   Человек должен уметь не просто подниматься, но подниматься над самим собой, над своими личными повседневными заботами и думать о смысле своей жизни – оглядывать прошлое и заглядывать в будущее.

   Человек должен уметь не просто подниматься, но подниматься над самим собой, над своими личными повседневными заботами и думать о смысле своей жизни – оглядывать прошлое и заглядывать в будущее.

   — Дмитрий Сергеевич Лихачёв · книга
6. «

   Жизнь сама по себе является смыслом и сутью существования.

   Жизнь сама по себе является смыслом и сутью существования.

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   — Эй, Джерри, а можно узнать, в чём призвание 22? — Простите? — Ну, её искра, смысл жизни. В музыке? Биологии? Гулянии? — Мы не прививаем увлечений, тем более призваний. — Моё вот — фортепьяно, то, для чего я живу, моя искра! — Искра — это другое. Совершенно! Вам бы, наставникам, всё усложнять. Призвание, предназначение… Всё куда проще.

   — Эй, Джерри, а можно узнать, в чём призвание 22? — Простите? — Ну, её искра, смысл жизни. В музыке? Биологии? Гулянии? — Мы не прививаем увлечений, тем более призваний. — Моё вот — фортепьяно, то, для чего я живу, моя искра! — Искра — это другое. Совершенно! Вам бы, наставникам, всё усложнять. Призвание, предназначение… Всё куда проще.

   — Джерри · мультфильм
8. «

   Счастье — жестокое, безумное чудовище, держатель вселенского притона, — усмехаясь, тасует карты. Это оно подбирает крапленую колоду для шулерской игры жизни. Здесь нет места справедливости. Беспомощных, слабых младенцев даже не спрашивают, хотят ли они участвовать в игре. Им не оставляют выбора. Счастье бросает их в жизнь, припирает к карточному столу и говорит: «Играйте, черт вас возьми, играйте!» И они, бедняги, стараются вовсю. Для одних игра кончается моторными яхтами и особняками, для других — богадельней или койкой в больнице для неимущих. Одни снова и снова ходят с той же карты и до конца дней своих делают вино в безлюдных зарослях, надеясь сколотить денег на вставную челюсть и на гроб. Другие рано выходят из игры, потому что доставшиеся им карты привели к самоубийству, к голодной смерти, к длительному, тяжелому недугу. Кое-кому карты приносят королевский сан, неограниченную и незаслуженную власть; иным они сулят высокие чины, несметное богатство, другим — позор и поношение, третьим — вино и женщин. Что до него, то ему повезло, он вытянул хорошую карту. Правда, еще неизвестно, чем это кончится. Вдруг кто-нибудь или что-нибудь испортит ему игру. Счастье, сумасшедший бог, может быть, нарочно заманивает его, роковое стечение обстоятельств — и через месяц шайка грабителей будет отплясывать воинственный танец на развалинах его финансовой империи. Сегодня же он может попасть под трамвай или с какого-нибудь здания свалится вывеска и размозжит ему голову. А вечно подстерегающие нас болезни — одна из самых коварных прихотей Счастья? Кто знает? Микроб трупного яда или один из тысяч других микробов нападет на него и погубит. Вот доктор Баском, Ли Баском, который только на прошлой неделе стоял рядом с ним, болтал, смеялся, — воплощение молодости, здоровья, жизненной силы, — и вот в три дня его скрутило: воспаление легких, ревматизм сердца и невесть что еще. И как он мучился перед смертью! Крики его были слышны за целый квартал. Ужасно! Харниш и сейчас не мог вспомнить об этом без дрожи. Когда придет его черед? Кто знает! Что ж, покамест остается только разыгрывать карты, которые у него на руках, карт этих три: драка, месть и коктейли. А Счастье смотрит на его игру и скалит зубы.

   Счастье — жестокое, безумное чудовище, держатель вселенского притона, — усмехаясь, тасует карты. Это оно подбирает крапленую колоду для шулерской игры жизни. Здесь нет места справедливости. Беспомощных, слабых младенцев даже не спрашивают, хотят ли они участвовать в игре. Им не оставляют выбора. Счастье бросает их в жизнь, припирает к карточному столу и говорит: «Играйте, черт вас возьми, играйте!» И они, бедняги, стараются вовсю. Для одних игра кончается моторными яхтами и особняками, для других — богадельней или койкой в больнице для неимущих. Одни снова и снова ходят с той же карты и до конца дней своих делают вино в безлюдных зарослях, надеясь сколотить денег на вставную челюсть и на гроб. Другие рано выходят из игры, потому что доставшиеся им карты привели к самоубийству, к голодной смерти, к длительному, тяжелому недугу. Кое-кому карты приносят королевский сан, неограниченную и незаслуженную власть; иным они сулят высокие чины, несметное богатство, другим — позор и поношение, третьим — вино и женщин. Что до него, то ему повезло, он вытянул хорошую карту. Правда, еще неизвестно, чем это кончится. Вдруг кто-нибудь или что-нибудь испортит ему игру. Счастье, сумасшедший бог, может быть, нарочно заманивает его, роковое стечение обстоятельств — и через месяц шайка грабителей будет отплясывать воинственный танец на развалинах его финансовой империи. Сегодня же он может попасть под трамвай или с какого-нибудь здания свалится вывеска и размозжит ему голову. А вечно подстерегающие нас болезни — одна из самых коварных прихотей Счастья? Кто знает? Микроб трупного яда или один из тысяч других микробов нападет на него и погубит. Вот доктор Баском, Ли Баском, который только на прошлой неделе стоял рядом с ним, болтал, смеялся, — воплощение молодости, здоровья, жизненной силы, — и вот в три дня его скрутило: воспаление легких, ревматизм сердца и невесть что еще. И как он мучился перед смертью! Крики его были слышны за целый квартал. Ужасно! Харниш и сейчас не мог вспомнить об этом без дрожи. Когда придет его черед? Кто знает! Что ж, покамест остается только разыгрывать карты, которые у него на руках, карт этих три: драка, месть и коктейли. А Счастье смотрит на его игру и скалит зубы.

   — Джек Лондон · книга
9. «

   Каждый получит по заслугам. Не нужно никому мстить. Жизнь может отомстить ещё жёстче.

   Каждый получит по заслугам. Не нужно никому мстить. Жизнь может отомстить ещё жёстче.

   — Катрина Вальдес · книга
10. «

    Безмерная полнота любви – это и есть полноценность жизни.

    Безмерная полнота любви – это и есть полноценность жизни.

    — Пауло Коэльо · книга
11. «

    Какой смысл жить долго, если не надеяться увидеть новые времена?

    Какой смысл жить долго, если не надеяться увидеть новые времена?

    — Игорь Фарбаржевич · книга
12. «

    — Простите пожалуйста, я корреспондент радио. Если можно, один вопрос. Это моя первая программа. Ответьте пожалуйста искренне: Зачем вы живёте? — Зачем я живу?... Ну, вероятно, в какой-то степени, для того, чтобы самому себе ответить на этот вопрос. Ну и потом... Мне отмщение, и аз воздам... Любопытно. Хочется дожить до того времени, когда всё будет называться своим настоящим именем. Когда никто не будет утверждать, что чёрное — это белое, что серое — это светло-зелёное... Ну и когда каждый получит по заслугам. Каждый. Вы удовлетворены?

    — Простите пожалуйста, я корреспондент радио. Если можно, один вопрос. Это моя первая программа. Ответьте пожалуйста искренне: Зачем вы живёте? — Зачем я живу?... Ну, вероятно, в какой-то степени, для того, чтобы самому себе ответить на этот вопрос. Ну и потом... Мне отмщение, и аз воздам... Любопытно. Хочется дожить до того времени, когда всё будет называться своим настоящим именем. Когда никто не будет утверждать, что чёрное — это белое, что серое — это светло-зелёное... Ну и когда каждый получит по заслугам. Каждый. Вы удовлетворены?

    — Максим (корреспондент радио) · фильм
13. «

    Удивления достойны поступки Творца! Переполнены горечью наши сердца: Мы уходим из этого мира, не зная Ни начала, ни смысла его, ни конца.

    Удивления достойны поступки Творца! Переполнены горечью наши сердца: Мы уходим из этого мира, не зная Ни начала, ни смысла его, ни конца.

    — Омар Хайям
14. «

    – Папа, но бывает же так, когда люди занимаются по жизни «не тем» делом, и при этом всё равно им занимаются. И это может длиться годами. Как с этим? – Поверь, не на «своих местах» они тоже долго не задерживаются. «Северный ветер» гонит их в спину дальше. – Разве? Но есть ведь куча историй, когда люди всю жизнь прозябают на ненавистной работе! – Значит, это их работа... У них «всё хорошо», поверь. Если они ничего не хотят изменить в своей жизни, значит «то» – их работа, и «всё» у них – «да». В смысле, окей. – Даже если они страдают? – Да. Тем более, если страдают! Если это не твоё дело и ты страдаешь – тогда ищи другое. Нет энергии искать? Нет энергии меняться? Есть страхи? Работай над собой. Не хочешь работать над собой? Тебя всё устраивает? Пахай, жалуйся, что это не твоё дело, не твоё предназначение, бойся и работай.

    – Папа, но бывает же так, когда люди занимаются по жизни «не тем» делом, и при этом всё равно им занимаются. И это может длиться годами. Как с этим? – Поверь, не на «своих местах» они тоже долго не задерживаются. «Северный ветер» гонит их в спину дальше. – Разве? Но есть ведь куча историй, когда люди всю жизнь прозябают на ненавистной работе! – Значит, это их работа... У них «всё хорошо», поверь. Если они ничего не хотят изменить в своей жизни, значит «то» – их работа, и «всё» у них – «да». В смысле, окей. – Даже если они страдают? – Да. Тем более, если страдают! Если это не твоё дело и ты страдаешь – тогда ищи другое. Нет энергии искать? Нет энергии меняться? Есть страхи? Работай над собой. Не хочешь работать над собой? Тебя всё устраивает? Пахай, жалуйся, что это не твоё дело, не твоё предназначение, бойся и работай.

    — Юрий Ильичёв · книга
15. «

    Разумеется, я не смею сказать, что стал лучше: знаю только, что стал счастливее, ибо нашел какой-то смысл в моей совершенно остывшей жизни, смысл, для которого не нахожу другого слова, кроме слова: самая жизнь.

    Разумеется, я не смею сказать, что стал лучше: знаю только, что стал счастливее, ибо нашел какой-то смысл в моей совершенно остывшей жизни, смысл, для которого не нахожу другого слова, кроме слова: самая жизнь.

    — Стефан Цвейг · книга
16. «

    Счастье есть смысл и назначение жизни, единственная цель человеческого существования.

    Счастье есть смысл и назначение жизни, единственная цель человеческого существования.

    — Аристотель
17. «

    Чтобы считаться замечательной, жизнь не должна быть ни лёгкой, ни беспроблемной. И смысл ей придаёт единственно моя манера её воспринимать.

    Чтобы считаться замечательной, жизнь не должна быть ни лёгкой, ни беспроблемной. И смысл ей придаёт единственно моя манера её воспринимать.

    — Бернар Вербер · книга
18. «

    Когда любая из возможных таблеток-смыслов на рынке судеб оказывается тебе впору, вопрос о смысле жизни снова отпадает. Но когда ты не находишь иллюзии под стать себе, он становится основным. И даже не потому, что тебе важно, чтобы была где-то там, за горизонтом событий, какая-то конечная цель. Нет, чтобы знать, как именно жить сейчас. Как делать выбор каждого дня. На что опираться в нем. Если я иду к Богу, я буду молиться сейчас, если я здесь ради красивой жизни, мне надо искать на нее средства, если родился ради самоотдачи, я найду возможность. А если я не знаю? Что мне делать? Что мне делать сегодня? Это великое распутье тысяч дорог.

    Когда любая из возможных таблеток-смыслов на рынке судеб оказывается тебе впору, вопрос о смысле жизни снова отпадает. Но когда ты не находишь иллюзии под стать себе, он становится основным. И даже не потому, что тебе важно, чтобы была где-то там, за горизонтом событий, какая-то конечная цель. Нет, чтобы знать, как именно жить сейчас. Как делать выбор каждого дня. На что опираться в нем. Если я иду к Богу, я буду молиться сейчас, если я здесь ради красивой жизни, мне надо искать на нее средства, если родился ради самоотдачи, я найду возможность. А если я не знаю? Что мне делать? Что мне делать сегодня? Это великое распутье тысяч дорог.

    — Аль Квотион · книга
19. «

    Наша жизнь коротка. Вот почему так важно находить в ней смысл. Мы ищем его в улыбке дочери, в тепле наших друзей или в утешении, которое даёт вера. Но есть и те, кто наполняет свою жизнь смыслом, принося великую жертву…

    Наша жизнь коротка. Вот почему так важно находить в ней смысл. Мы ищем его в улыбке дочери, в тепле наших друзей или в утешении, которое даёт вера. Но есть и те, кто наполняет свою жизнь смыслом, принося великую жертву…

    — Мэри Элис Янг · сериал
20. «

    — Мне отвратительны ваши идеалы. — Почему? — В основном, по одной причине — главной и вечной, независимо от того, сколько ваша партия обещает совершить, независимо от того, какой рай она планирует подарить человечеству. Какими бы ни были ваши остальные утверждения, есть одно, которого вы не можете избежать, одно, которое превращает ваш рай в самый неописуемый ад: ваше утверждение о том, что человек должен жить для государства. — Ради чего же еще он должен жить? — Вы не знаете? — ее голос неожиданно задрожал в страстной мольбе, которую она была не в силах скрыть. — Вы не знаете, что в лучших из нас есть нечто такое, до чего ни одна рука извне не должна посметь дотронуться? Нечто священное, потому и только потому, что можно сказать: «Это мое». Вы не знаете, что люди живут только для самих себя, по крайней мере, лучшие из них, те, кто этого достоин? Вы не знаете, что в нас есть нечто, к чему не должны прикасаться никакое государство, никакой коллектив, никакие миллионы? — Нет, — ответил он. — Товарищ Таганов, как многому вам предстоит еще научиться!

    — Мне отвратительны ваши идеалы. — Почему? — В основном, по одной причине — главной и вечной, независимо от того, сколько ваша партия обещает совершить, независимо от того, какой рай она планирует подарить человечеству. Какими бы ни были ваши остальные утверждения, есть одно, которого вы не можете избежать, одно, которое превращает ваш рай в самый неописуемый ад: ваше утверждение о том, что человек должен жить для государства. — Ради чего же еще он должен жить? — Вы не знаете? — ее голос неожиданно задрожал в страстной мольбе, которую она была не в силах скрыть. — Вы не знаете, что в лучших из нас есть нечто такое, до чего ни одна рука извне не должна посметь дотронуться? Нечто священное, потому и только потому, что можно сказать: «Это мое». Вы не знаете, что люди живут только для самих себя, по крайней мере, лучшие из них, те, кто этого достоин? Вы не знаете, что в нас есть нечто, к чему не должны прикасаться никакое государство, никакой коллектив, никакие миллионы? — Нет, — ответил он. — Товарищ Таганов, как многому вам предстоит еще научиться!

    — Айн Рэнд · книга