368 фраз про «сомнения» с глубоким смыслом

368 цитат про «сомнения»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Единственным препятствием для реализации наших планов на завтра являются наши сегодняшние сомнения.

   Единственным препятствием для реализации наших планов на завтра являются наши сегодняшние сомнения.

   — Джеймс Хьюмс · книга
2. «

   Заставь человека сомневаться, и у тебя будет больше шансов, что твои слова услышат.

   Заставь человека сомневаться, и у тебя будет больше шансов, что твои слова услышат.

   — Финн · книга
3. «

   Сомнения, как и замыслы, бывают творческие, фантастические и никчемные.

   Сомнения, как и замыслы, бывают творческие, фантастические и никчемные.

   — Авессалом Подводный · книга
4. «

   Не уверен, должен ли я сомневаться, чтобы начать; но я уверен, что не должен останавливаться.

   Не уверен, должен ли я сомневаться, чтобы начать; но я уверен, что не должен останавливаться.

   — Уинстон Черчилль
5. «

   Продолжай находить возможности для любви даже в те дни, когда сомнения перекрикивают веру.

   Продолжай находить возможности для любви даже в те дни, когда сомнения перекрикивают веру.

   — Эльчин Сафарли · книга
6. «

   Как появляется вера?... Верят те, кто умеет сомневаться, чьи сомненья неразрешимы. Не умеющие разрешить свои сомненья начинают верить. Звери не умеют сомневаться, поэтому и верить им незачем. А человек возвёл своё сомнение в абсолют.

   Как появляется вера?... Верят те, кто умеет сомневаться, чьи сомненья неразрешимы. Не умеющие разрешить свои сомненья начинают верить. Звери не умеют сомневаться, поэтому и верить им незачем. А человек возвёл своё сомнение в абсолют.

   — Захар Прилепин · книга
7. «

   Сомнения — один из признаков развитого сознания. И ты имеешь на них право.

   Сомнения — один из признаков развитого сознания. И ты имеешь на них право.

   — Валерий Пылаев · книга
8. «

   Ты ошибался насчёт людей. Они не жалкие. Они замечательные. Они живут со своими страхами, сомнениями и виной. Они сталкиваются с ними каждый день и побеждают их. Это не слабость, а сила. Вот что такое человечество.

   Ты ошибался насчёт людей. Они не жалкие. Они замечательные. Они живут со своими страхами, сомнениями и виной. Они сталкиваются с ними каждый день и побеждают их. Это не слабость, а сила. Вот что такое человечество.

   — 13 Доктор · сериал
9. «

   0000721. Самая большая ошибка — это дать понять врагу, что он окунул тебя в ад сомнений.

   0000721. Самая большая ошибка — это дать понять врагу, что он окунул тебя в ад сомнений.
10. «

    Слабый человек сомневается перед тем, как принять решение. Сильный — после.

    Слабый человек сомневается перед тем, как принять решение. Сильный — после.

    — Карл Краус
11. «

    Мой народ, который давным давно высадился на берегах этой земли, дал жизнь этим прекрасным цветам. Всё начиналось с одного ростка. Вскоре цветы распустились повсюду. Наша божественная покровительница муза сказала: «Не бойтесь дней сомнений, ибо они лишь испытание, рождающее нечто пронзительно прекрасное.» Пройдя через тернии, ты явишь на свет чудо. Пусть божественная муза покровительствует тебе во всём.

    Мой народ, который давным давно высадился на берегах этой земли, дал жизнь этим прекрасным цветам. Всё начиналось с одного ростка. Вскоре цветы распустились повсюду. Наша божественная покровительница муза сказала: «Не бойтесь дней сомнений, ибо они лишь испытание, рождающее нечто пронзительно прекрасное.» Пройдя через тернии, ты явишь на свет чудо. Пусть божественная муза покровительствует тебе во всём.

    — Сесиль Айдзима · аниме
12. «

    Подобная реакция характерна для вашего века с его пафосом противоречия; усомниться, опровергнуть. Никакой вежливостью вы это не скроете. Вы как дикобраз. Когда иглы этого животного подняты, оно не способно есть. А если не ешь, приходится голодать. И щетина ваша умрет, как и весь организм.

    Подобная реакция характерна для вашего века с его пафосом противоречия; усомниться, опровергнуть. Никакой вежливостью вы это не скроете. Вы как дикобраз. Когда иглы этого животного подняты, оно не способно есть. А если не ешь, приходится голодать. И щетина ваша умрет, как и весь организм.

    — Джон Фаулз · книга
13. «

    Может быть, все мы тут не такие уж злые, может, мы охотно помогли бы каждому, но ведь мы в суде, и нас легко принять за злых людей, которые никому не желают помогать. Я от этого просто страдаю.

    Может быть, все мы тут не такие уж злые, может, мы охотно помогли бы каждому, но ведь мы в суде, и нас легко принять за злых людей, которые никому не желают помогать. Я от этого просто страдаю.

    — Франц Кафка · книга
14. «

    Самое невыносимое в таком состоянии — это переходы от надежды к отчаянью, от уверенности к сомнениям и обратно.

    Самое невыносимое в таком состоянии — это переходы от надежды к отчаянью, от уверенности к сомнениям и обратно.

    — Евгений Гришковец · книга
15. «

    Сомнение доставляет мне не меньшее наслаждение, чем знание.

    Сомнение доставляет мне не меньшее наслаждение, чем знание.

    — Данте Алигьери
16. «

    — «Брат, мне нужна твоя помощь! Я запросила подкрепление в Австралию, но Кейн мне отказал. Я видела сводки о разрушении Главного Храма. Мы оба понимаем, что это конец. Но база, войска... Ведь это главное, что у нас есть. Если мы будем действовать быстро, то сможем...» — Ну что, убедился? Я предупреждал тебя — Киллиан нельзя доверять. Поверить не могу, что она посмела возразить Кейну! У него наверняка есть причины не давать ей подкрепление. Ладно, наконец-то я в Сараево, но у нас полно работы: нужно достать добытые тобой компоненты бомбы в Главный Храм и обеспечить Кейну время для сборки этой хреновины... Да, и можно одну просьбу? Когда всё закончится, скажи Кейну, чей это был план, ладно? Может, хоть тогда он позволит сопровождать тебя на следующем задании. Здорово было бы...

    — «Брат, мне нужна твоя помощь! Я запросила подкрепление в Австралию, но Кейн мне отказал. Я видела сводки о разрушении Главного Храма. Мы оба понимаем, что это конец. Но база, войска... Ведь это главное, что у нас есть. Если мы будем действовать быстро, то сможем...» — Ну что, убедился? Я предупреждал тебя — Киллиан нельзя доверять. Поверить не могу, что она посмела возразить Кейну! У него наверняка есть причины не давать ей подкрепление. Ладно, наконец-то я в Сараево, но у нас полно работы: нужно достать добытые тобой компоненты бомбы в Главный Храм и обеспечить Кейну время для сборки этой хреновины... Да, и можно одну просьбу? Когда всё закончится, скажи Кейну, чей это был план, ладно? Может, хоть тогда он позволит сопровождать тебя на следующем задании. Здорово было бы...

    — Киллиан Катар · игра
17. «

    Мы наслаждаемся знанием о сомнительности бытия как будоражащим дурманом, мы иннервируем им слегка прокисшее вино нашей сексуальности и превращаем его в игристое шампанское.

    Мы наслаждаемся знанием о сомнительности бытия как будоражащим дурманом, мы иннервируем им слегка прокисшее вино нашей сексуальности и превращаем его в игристое шампанское.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    0000611. Сила – в знании слабости. Мудрость – в знании, что все имеет свои пределы и имеет свойство когда-нибудь заканчиваться, а глупость не имеет пределов. Сомнение должно всегда иметь место. Так рассудительный боксер в песне Владимира Высоцкого думает о своем противнике: «устал же, отдохни».

    0000611. Сила – в знании слабости. Мудрость – в знании, что все имеет свои пределы и имеет свойство когда-нибудь заканчиваться, а глупость не имеет пределов. Сомнение должно всегда иметь место. Так рассудительный боксер в песне Владимира Высоцкого думает о своем противнике: «устал же, отдохни».
19. «

    0000341. Либо вооружаешься сомнением и приобретаешь знания, либо живешь до тех пор, пока становишься наивным.

    0000341. Либо вооружаешься сомнением и приобретаешь знания, либо живешь до тех пор, пока становишься наивным.
20. «

    Интеллект чересчур рефлексирует, господа. Хочется тебе в два ночи, сломя голову, ехать в Болонью, значит, едь. И размышления тут излишни. И энергию на действия использовать надо, а не на топтание в болотце из затхлых «завтра», «а вдруг», «а может»… и ладно если б обрывочки эти мы, люди, хотя бы додумывали! Так нет. Кто когда додумывал до конца, раскручивал до конца любой из этих «а вдруг». Мы только икаем ими, как алкоголики в пьяных слезах – «а вдруг уснул?», «а ежели зря», «а, скорей всего и напрасно», и ни разу не раскручиваем мы эту мысль до конца – хорошо, допусти, уже уснул. Позвонил и уснул, хочу я ехать? А я всё равно хочу. Даже чтоб на кудри его сонные глазком взглянуть, но больше – я всё равно хочу себе доказать, что могу. Что не пантуфль сонный, не рудольфоподобное, есть во мне ещё жизнь, и я могу делать столь странные действия Лиззи Чумы – взять и броситься по звонку в Болонью. А как развернешь мысль до конца, так и сомнений не остается. И страдать не от чего.

    Интеллект чересчур рефлексирует, господа. Хочется тебе в два ночи, сломя голову, ехать в Болонью, значит, едь. И размышления тут излишни. И энергию на действия использовать надо, а не на топтание в болотце из затхлых «завтра», «а вдруг», «а может»… и ладно если б обрывочки эти мы, люди, хотя бы додумывали! Так нет. Кто когда додумывал до конца, раскручивал до конца любой из этих «а вдруг». Мы только икаем ими, как алкоголики в пьяных слезах – «а вдруг уснул?», «а ежели зря», «а, скорей всего и напрасно», и ни разу не раскручиваем мы эту мысль до конца – хорошо, допусти, уже уснул. Позвонил и уснул, хочу я ехать? А я всё равно хочу. Даже чтоб на кудри его сонные глазком взглянуть, но больше – я всё равно хочу себе доказать, что могу. Что не пантуфль сонный, не рудольфоподобное, есть во мне ещё жизнь, и я могу делать столь странные действия Лиззи Чумы – взять и броситься по звонку в Болонью. А как развернешь мысль до конца, так и сомнений не остается. И страдать не от чего.

    — Франц Вертфоллен · книга