30 июля 2026, четверг
Подборка · 642 цитаты по теме

642 цитаты по теме «совесть» без воды

Собрали 642 цитаты на тему «совесть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

  1. А мне вдруг стало интересно, мучили ли Золушку угрызения совести, ну хотя бы немножко, когда принц увёз её на своём белом коне далеко-далеко.
    Керстин Гир · книга
  2. Как получается так, что одни люди творят что угодно, не чувствуя при этом ни тени стыда, а другие, сделав малейший неправильный шаг, едва «преступив мораль», тотчас ощущают такой сильный прилив стыда, что, будь они японцами, сделали бы себе харакири?
  3. Они продали свою совесть, но есть то, что не продается! Душу и любовь им никогда не купить. Ни за какие деньги! Это бесценное сокровище никто не отберет!
  4. 0001052. Грустит ли Гитлер, что из-за него Вторая мировая шла война? Его терзает, что прослышав смерть его, толпа, смеясь, в слезах запомнила его.
  5. Я давно и не без изумления наблюдаю вокруг волну ностальгии по нашему недавнему прошлому. Конечно, понятно желание людей, чтобы жизнь была прочной и надёжной, чтобы не было больше обесценивания денег, непристойного богатства деловых братков и нищенства пенсионеров... Но, ностальгируя по советским временам, мы как-то забываем о том, что это такое было: жить в закрытом наглухо пространстве, отгороженном от всего остального мира стеной лжи. Пространстве, в котором тебя в любой момент могут взять люди в штатском, и ты пропадёшь навсегда, и никто даже не осмелится спросить — что же с тобой стало. Вот моя мама рассказывала про довоенный выпуск в её школе. Кто-то из старшеклассников неудачно пошутил. И все три выпускных класса прямо с выпускного вечера были взяты органами госбезопасности. Те, кто смог выжить, вернулись из лагерей много лет спустя. Песни, оставшиеся от «Наутилуса» — напоминание всем нам; напоминание и предупреждение: хотим ли мы, чтобы это повторилось. Именно об этом болело сердце у Ильи Кормильцева. И теперь, когда его нет больше с нами, кто теперь будет дежурить у колокола?
  6. Человек добр, а его превращают в животное. Никто, никто не желает дать ему возможность быть человеком. Видимо, нельзя просто крикнуть: «Обнимитесь, люди!» И вот идут люди, на дыбу идут. Не ради славы, а ради того, чтобы убить терзания совести — как иногда идет человек, не зная дороги, в пущу спасать друга, потому что стыдно, стыдно стоять. Идут, плутают, гибнут. Знают только то, что не таким должен быть человек, что нельзя обещать ему райский клевер, что счастье ему нужно под этими вот задымленными потолками. И они мужественнее Христа: они знают, что не воскреснут после распятия. Лишь вороны будут летать над ними да плакать женщины. И, главное, их святые матери.
  7. — Сколько стоят, сынок, твои апельсины? — Рубль, папаша, всего один рубль. — Взвесь-ка мне три килограмма хороших. — Каких килограмма? Одна штука рубль! — А? Не понял? — Одна штука — рубль! — Штука?! — Ну! — Я бы дал тебе рубль, если был бы уверен, что ты на него купишь хоть один грамм совести!
20 из 642
Смотрите также