132 лучших мыслей на тему «страдания»

Тема «страдания» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 132 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Но для того, чтобы испытать горе, настоящее горе, не нужно заламывать руки, сходить с ума, бухать и забивать на работу. Это уже не горе, это — самолюбование. Мол, «посмотрите, как я страдаю, я настоящий человек, я способен глубоко чувствовать. Пожалейте меня!» НЕ ДОЖДЕТЕСЬ!

   Но для того, чтобы испытать горе, настоящее горе, не нужно заламывать руки, сходить с ума, бухать и забивать на работу. Это уже не горе, это — самолюбование. Мол, «посмотрите, как я страдаю, я настоящий человек, я способен глубоко чувствовать. Пожалейте меня!» НЕ ДОЖДЕТЕСЬ!

   — Елена Кондратьева · книга
2. «

   Я не отдам своего богатства чувств, как бы они ни заставляли меня страдать. Страдание, если оно не выше сил, ведет к пониманию, понимание — к любви — так замыкается круг.

   Я не отдам своего богатства чувств, как бы они ни заставляли меня страдать. Страдание, если оно не выше сил, ведет к пониманию, понимание — к любви — так замыкается круг.

   — Иван Антонович Ефремов · книга
3. «

   Страх страдания хуже самого страдания.

   Страх страдания хуже самого страдания.

   — Пауло Коэльо · книга
4. «

   Величайшее зло — страдание.

   Величайшее зло — страдание.

   — Марк Туллий Цицерон
5. «

   Неумение страдать — это тоже страдание.

   Неумение страдать — это тоже страдание.

   — Фредерик Бегбедер · книга
6. «

   Когда дети видят, что их родители в полной мере наслаждаются жизнью, они получают символическое разрешение делать так же. И наоборот: когда родители страдают, это сигнализирует детям, что жизнь — это страдание.

   Когда дети видят, что их родители в полной мере наслаждаются жизнью, они получают символическое разрешение делать так же. И наоборот: когда родители страдают, это сигнализирует детям, что жизнь — это страдание.

   — Робин Норвуд · книга
7. «

   А душа, уж это точно, ежели обожжена, справедливей, милосерднее и праведней она.

   А душа, уж это точно, ежели обожжена, справедливей, милосерднее и праведней она.

   — Булат Окуджава
8. «

   С каждым днем мы все сильнее страдаем и рвемся друг к другу. Мы льем слезы уже многие годы. Но она, как и я, знает, что ничего изменить нельзя. Наше самое прекрасное доказательство любви — вечная разлука.

   С каждым днем мы все сильнее страдаем и рвемся друг к другу. Мы льем слезы уже многие годы. Но она, как и я, знает, что ничего изменить нельзя. Наше самое прекрасное доказательство любви — вечная разлука.

   — Фредерик Бегбедер · книга
9. «

   — Я... не смогу спасти тебя... Прости. — Нет, спасибо тебе. Спасибо за то, что ради меня ты столько страдал... спасибо.

   — Я... не смогу спасти тебя... Прости. — Нет, спасибо тебе. Спасибо за то, что ради меня ты столько страдал... спасибо.

   — Ринтаро Окабэ · аниме
10. «

    В жизни каждого человека наступает время, когда он должен стряхнуть, сбросить с себя страдание, словно забрызганный грязью плащ.

    В жизни каждого человека наступает время, когда он должен стряхнуть, сбросить с себя страдание, словно забрызганный грязью плащ.

    — Ирвинг Стоун · книга
11. «

    Я могу вытерпеть голод. И с холодом могу справиться. Но есть одно, чего я не могу вынести. Страдания близких людей по моей вине.

    Я могу вытерпеть голод. И с холодом могу справиться. Но есть одно, чего я не могу вынести. Страдания близких людей по моей вине.

    — Чан Ди · аниме
12. «

    Страдание – это стимул для нашей деятельности, и, прежде всего, в нем мы чувствуем нашу жизнь; без него наступило бы состояние безжизненности. Кого же, наконец, не может побудить к деятельности никакое положительное страдание, на того негативное [страдание], [т. е.] скука как отсутствие ощущений, которое человек, привыкший к их смене, замечает в себе, стремясь чем–нибудь занять свой жизненный импульс, часто оказывает такое действие, что он чувствует себя побужденным лучше сделать что–нибудь себе во вред, чем ничего не делать.

    Страдание – это стимул для нашей деятельности, и, прежде всего, в нем мы чувствуем нашу жизнь; без него наступило бы состояние безжизненности. Кого же, наконец, не может побудить к деятельности никакое положительное страдание, на того негативное [страдание], [т. е.] скука как отсутствие ощущений, которое человек, привыкший к их смене, замечает в себе, стремясь чем–нибудь занять свой жизненный импульс, часто оказывает такое действие, что он чувствует себя побужденным лучше сделать что–нибудь себе во вред, чем ничего не делать.

    — Иммануил Кант
13. «

    Едва ли не всё человечество разделяет твои проблемы. Если ты не получаешь желаемого, ты страдаешь. И даже если ты получаешь именно то, чего ты желаешь, ты всё равно страдаешь, потому что ты не можешь удерживать это вечно.

    Едва ли не всё человечество разделяет твои проблемы. Если ты не получаешь желаемого, ты страдаешь. И даже если ты получаешь именно то, чего ты желаешь, ты всё равно страдаешь, потому что ты не можешь удерживать это вечно.

    — Сократ · фильм
14. «

    Главное, что нужно уяснить, — это то, что, если вы страдаете, если ваша жизнь похожа на ад, то причина этому — вы сами.

    Главное, что нужно уяснить, — это то, что, если вы страдаете, если ваша жизнь похожа на ад, то причина этому — вы сами.

    — Ошо (Бхагван Шри Раджниш) · книга
15. «

    Каждый человек считает страдания, выпавшие на его долю, величайшими.

    Каждый человек считает страдания, выпавшие на его долю, величайшими.

    — Герман Гессе · книга
16. «

    И наконец, в этом обострившемся до пределов одиночестве никто из нас не мог рассчитывать на помощь соседа и вынужден был оставаться наедине со всеми своими заботами. Если случайно кто-нибудь из нас пытался довериться другому или хотя бы просто рассказать о своих чувствах, следовавший ответ, любой ответ, обычно воспринимался как оскорбление. Тут только он замечал, что он и его собеседник говорят совсем о разном. Ведь он-то вещал из самых глубин своих бесконечных дум все об одном и том же, из глубины своих мук, и образ, который он хотел открыть другому, уже давно томился на огне ожидания и страсти. А тот, другой, напротив, мысленно рисовал себе весьма банальные эмоции, обычную расхожую боль, стандартную меланхолию. И каков бы ни был ответ — враждебный или вполне благожелательный, он обычно не попадал в цель, так что приходилось отказываться от попытки задушевных разговоров. Или, во всяком случае, те, для которых молчание становилось мукой, волей-неволей прибегали к расхожему жаргону и тоже пользовались штампованным словарем, словарем простой информации из рубрики происшествий — словом, чем-то вроде газетного репортажа, ведь никто вокруг не владел языком, идущим прямо от сердца. Поэтому-то самые доподлинные страдания стали постепенно и привычно выражаться системой стертых фраз.

    И наконец, в этом обострившемся до пределов одиночестве никто из нас не мог рассчитывать на помощь соседа и вынужден был оставаться наедине со всеми своими заботами. Если случайно кто-нибудь из нас пытался довериться другому или хотя бы просто рассказать о своих чувствах, следовавший ответ, любой ответ, обычно воспринимался как оскорбление. Тут только он замечал, что он и его собеседник говорят совсем о разном. Ведь он-то вещал из самых глубин своих бесконечных дум все об одном и том же, из глубины своих мук, и образ, который он хотел открыть другому, уже давно томился на огне ожидания и страсти. А тот, другой, напротив, мысленно рисовал себе весьма банальные эмоции, обычную расхожую боль, стандартную меланхолию. И каков бы ни был ответ — враждебный или вполне благожелательный, он обычно не попадал в цель, так что приходилось отказываться от попытки задушевных разговоров. Или, во всяком случае, те, для которых молчание становилось мукой, волей-неволей прибегали к расхожему жаргону и тоже пользовались штампованным словарем, словарем простой информации из рубрики происшествий — словом, чем-то вроде газетного репортажа, ведь никто вокруг не владел языком, идущим прямо от сердца. Поэтому-то самые доподлинные страдания стали постепенно и привычно выражаться системой стертых фраз.

    — Альбер Камю · книга
17. «

    Болью не купишь райских чертогов. На долю каждого из нас выпадают испытания, и нужно иметь мужество пройти их, не ожидая чудесной помощи. Рай – это то, что у тебя в душе. Единственный путь к нему – твоя внутренняя свобода.

    Болью не купишь райских чертогов. На долю каждого из нас выпадают испытания, и нужно иметь мужество пройти их, не ожидая чудесной помощи. Рай – это то, что у тебя в душе. Единственный путь к нему – твоя внутренняя свобода.

    — Анхель де Куатье · книга
18. «

    Женщины редко обладают физической силой, помогающей терпеливо переносить боль и опасности, но им часто присуща та душевная сила, которая появляется в минуты риска или страдания.

    Женщины редко обладают физической силой, помогающей терпеливо переносить боль и опасности, но им часто присуща та душевная сила, которая появляется в минуты риска или страдания.

    — Жорж Санд · книга
19. «

    Мы меряем любовь уровнем страдания. А здоровая любовь — это про то, насколько ты счастлив.

    Мы меряем любовь уровнем страдания. А здоровая любовь — это про то, насколько ты счастлив.

    — Михаил Лабковский
20. «

    Странное это ощущение – боль, которая милосердно уводит нас за пределы наших чувств. Когда сердце разбито, все корабли сожжены, тогда уж все равно. Конец счастью и начало покоя.

    Странное это ощущение – боль, которая милосердно уводит нас за пределы наших чувств. Когда сердце разбито, все корабли сожжены, тогда уж все равно. Конец счастью и начало покоя.

    — Джордж Бернард Шоу · книга