282 цитаты на тему «страх со смыслом»

Тема «страх со смыслом» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 282 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Жажда — чувство более сильное, чем страх. Я видел, как пили из одной лужи лев и козлёнок.

   Жажда — чувство более сильное, чем страх. Я видел, как пили из одной лужи лев и козлёнок.

   — шейх Мухаммед-Аль-Камаль · фильм
2. «

   Он понял почему сестра всегда пряталась, когда боялась. Стулья по бокам и стол сверху успокаивали: как будто он мог видеть все углы ящика, в который втиснулся, чтобы чувствовать себя в безопасности.

   Он понял почему сестра всегда пряталась, когда боялась. Стулья по бокам и стол сверху успокаивали: как будто он мог видеть все углы ящика, в который втиснулся, чтобы чувствовать себя в безопасности.

   — Джулианна Брандт · книга
3. «

   Пациент: Вы и в правду так хороши, как о вас говорят? Д-р Хаус: А вы и в правду так несчастны, как о вас говорят? Пациент: Я просто хочу делать что-то важное. Д-р Хаус: Нет ничего важного, мы все тараканы, антилопы гибнущие у реки. Чтобы мы не сделали — это ненадолго. Пациент: И вы меня несчастным называете? Д-р Хаус: Не нравится в самолете? Прыгайте! Пациент: Хотел бы, но не могу. Д-р Хаус: Вот так всегда с метафорами, приходится объяснять. Выпрыгивать из самолета — глупо! Пациент: А если я не в самолете? Если я просто там, где не хочу быть? Д-р Хаус: С метафорами и вправду не просто. Да! А что если вы в киоске с мороженым, а снаружи море конфет, цветов и девиц? Вы в самолете! Мы все в самолетах! Жизнь опасна и сложна и всегда кончается смертью. Пациент: То есть, Вы боитесь перемен? Д-р Хаус: Нет, это Вы боитесь. Вам проще мечтать о побеге, вместо того, чтоб по правде сбежать. Ведь если не удастся — у вас ничего не останется, а потому легче отказаться от реального побега и продолжать жить вечной надеждой. Только вот в чем штука — надежда для трусов.

   Пациент: Вы и в правду так хороши, как о вас говорят? Д-р Хаус: А вы и в правду так несчастны, как о вас говорят? Пациент: Я просто хочу делать что-то важное. Д-р Хаус: Нет ничего важного, мы все тараканы, антилопы гибнущие у реки. Чтобы мы не сделали — это ненадолго. Пациент: И вы меня несчастным называете? Д-р Хаус: Не нравится в самолете? Прыгайте! Пациент: Хотел бы, но не могу. Д-р Хаус: Вот так всегда с метафорами, приходится объяснять. Выпрыгивать из самолета — глупо! Пациент: А если я не в самолете? Если я просто там, где не хочу быть? Д-р Хаус: С метафорами и вправду не просто. Да! А что если вы в киоске с мороженым, а снаружи море конфет, цветов и девиц? Вы в самолете! Мы все в самолетах! Жизнь опасна и сложна и всегда кончается смертью. Пациент: То есть, Вы боитесь перемен? Д-р Хаус: Нет, это Вы боитесь. Вам проще мечтать о побеге, вместо того, чтоб по правде сбежать. Ведь если не удастся — у вас ничего не останется, а потому легче отказаться от реального побега и продолжать жить вечной надеждой. Только вот в чем штука — надежда для трусов.

   — Доктор Грегори Хаус · сериал
4. «

   Глупо бояться темноты в мире, где так много других причин для страха.

   Глупо бояться темноты в мире, где так много других причин для страха.

   — Нора Робертс · книга
5. «

   И ещё я вам признаюсь, что моя мать меня чертовски разочаровала. Я не хочу быть такой, как она. И никогда не буду. В тот день, когда я, перепуганная насмерть, на коленях ползла по лестнице наверх, моя мама должна была собрать себя с пола, прийти ко мне и сказать, как ей больно и плохо, как она унижена и обижена, она должна была сказать, что папа причинил ей боль, но что не все мужчины такие, как мой отец, — бывают и хорошие. А она не пришла…

   И ещё я вам признаюсь, что моя мать меня чертовски разочаровала. Я не хочу быть такой, как она. И никогда не буду. В тот день, когда я, перепуганная насмерть, на коленях ползла по лестнице наверх, моя мама должна была собрать себя с пола, прийти ко мне и сказать, как ей больно и плохо, как она унижена и обижена, она должна была сказать, что папа причинил ей боль, но что не все мужчины такие, как мой отец, — бывают и хорошие. А она не пришла…

   — Януш Леон Вишневский · книга
6. «

   — Страшно? – Гленнон подсказал ему слово. — Да, но даже больше того. Такое же чувство возникает, когда кто-то замахивается на тебя. Ты едва успеваешь понять, что тебя могут поранить. — Ранит, вот какое слово подходит, — сказала мама с другой стороны. – Когда говоришь о сложном, чувствуешь, что тебя вот-вот могут поранить. — Ты это чувствуешь? – Ли тихонько подошла сзади и тоже прижалась к дяде. Дядя Джоб посмотрел на небо, а потом опустил взгляд на Ли. — Да. Но, когда тебя ранят люди, это даже успокаивает. Понимаешь, кто тебя на самом деле любит, а кто нет.

   — Страшно? – Гленнон подсказал ему слово. — Да, но даже больше того. Такое же чувство возникает, когда кто-то замахивается на тебя. Ты едва успеваешь понять, что тебя могут поранить. — Ранит, вот какое слово подходит, — сказала мама с другой стороны. – Когда говоришь о сложном, чувствуешь, что тебя вот-вот могут поранить. — Ты это чувствуешь? – Ли тихонько подошла сзади и тоже прижалась к дяде. Дядя Джоб посмотрел на небо, а потом опустил взгляд на Ли. — Да. Но, когда тебя ранят люди, это даже успокаивает. Понимаешь, кто тебя на самом деле любит, а кто нет.

   — Джулианна Брандт · книга
7. «

   — Добрый вечер, Владимир. Вам знакомо чувство страха? — Знакомо ли мне чувство страха? Страх очень важен. Страх по идее должен работать как система предупреждения и спасать человека. Когда мне было лет 10-11, во дворе я почувствовал, что ситуация развивается как-то неправильно, ребята, которые были гораздо старше меня, они приближались-приближались, и я понимал, что наверное будут бить. Так иногда бывает. Даже с теми, кого любят. И я вдруг понял, что когда мне будет очень больно, все равно так страшно больно, чтобы я не мог вытерпеть, не будет. Потому что организм отключится. А потом, если он отключится, какая мне разница, все равно рано или поздно придется умирать. Я вдруг настолько холодно отнеся к этой ситуации, что взял кирпич и долбанул по башке первому приближающемуся. И как-то они все куда-то рассосались. У меня нет чувства страха. Для меня страх действует как транквилизатор. Он меня наоборот подталкивает. Потому что — идти еще жестче. Т.е. меня нельзя запугать. Естественно, любого человека можно лишить жизни, и когда-то это происходит по естественным или не естественным причинам, и всегда об этом тяжело говорить, когда тебя слышат твои дети, твоя жена, твоя мама, твой отец. Но это та профессия, которую я выбрал. Если бы я обладал чувством страха, я бы рассказывал о личной жизни наших звезд. И о творчестве Стаса Михайлова. Но это не мое. Я занимаюсь жесткой политической журналистикой, я позволяю себе иногда делать очень четкие конкретные расследования. Я воюю не абстрактно против всего мирового зла, и против абстрактной коррупции, а четко называю имя и фамилию, доводя до суда. А это уже другая работа. Поэтому приходится думать и о собственной безопасности.

   — Добрый вечер, Владимир. Вам знакомо чувство страха? — Знакомо ли мне чувство страха? Страх очень важен. Страх по идее должен работать как система предупреждения и спасать человека. Когда мне было лет 10-11, во дворе я почувствовал, что ситуация развивается как-то неправильно, ребята, которые были гораздо старше меня, они приближались-приближались, и я понимал, что наверное будут бить. Так иногда бывает. Даже с теми, кого любят. И я вдруг понял, что когда мне будет очень больно, все равно так страшно больно, чтобы я не мог вытерпеть, не будет. Потому что организм отключится. А потом, если он отключится, какая мне разница, все равно рано или поздно придется умирать. Я вдруг настолько холодно отнеся к этой ситуации, что взял кирпич и долбанул по башке первому приближающемуся. И как-то они все куда-то рассосались. У меня нет чувства страха. Для меня страх действует как транквилизатор. Он меня наоборот подталкивает. Потому что — идти еще жестче. Т.е. меня нельзя запугать. Естественно, любого человека можно лишить жизни, и когда-то это происходит по естественным или не естественным причинам, и всегда об этом тяжело говорить, когда тебя слышат твои дети, твоя жена, твоя мама, твой отец. Но это та профессия, которую я выбрал. Если бы я обладал чувством страха, я бы рассказывал о личной жизни наших звезд. И о творчестве Стаса Михайлова. Но это не мое. Я занимаюсь жесткой политической журналистикой, я позволяю себе иногда делать очень четкие конкретные расследования. Я воюю не абстрактно против всего мирового зла, и против абстрактной коррупции, а четко называю имя и фамилию, доводя до суда. А это уже другая работа. Поэтому приходится думать и о собственной безопасности.

   — Владимир Рудольфович Соловьев
8. «

   Бояться смерти — это не что иное, как приписывать себе мудрость, которой не обладаешь, то есть возомнить, будто знаешь то, чего не знаешь. Ведь никто не знает ни того, что такое смерть, ни даже того, не есть ли она для человека величайшее из благ, между тем ее боятся, словно знают наверное, что она — величайшее из зол. Но не самое ли позорное невежество — воображать, будто знаешь то, чего не знаешь?

   Бояться смерти — это не что иное, как приписывать себе мудрость, которой не обладаешь, то есть возомнить, будто знаешь то, чего не знаешь. Ведь никто не знает ни того, что такое смерть, ни даже того, не есть ли она для человека величайшее из благ, между тем ее боятся, словно знают наверное, что она — величайшее из зол. Но не самое ли позорное невежество — воображать, будто знаешь то, чего не знаешь?

   — Платон
9. «

   Чрезмерный страх делает человека уязвимым, умеренный страх делает его осмотрительным.

   Чрезмерный страх делает человека уязвимым, умеренный страх делает его осмотрительным.

   — Алека Вольских · книга
10. «

    Я поступила тогда, как последняя тварь: на коленях доползла до своей комнаты, спряталась под одеялом и плакала. И очень хотела умереть. От стыда за своего отца.

    Я поступила тогда, как последняя тварь: на коленях доползла до своей комнаты, спряталась под одеялом и плакала. И очень хотела умереть. От стыда за своего отца.

    — Януш Леон Вишневский · книга
11. «

    Будущее может быть счастливым не потому, что оно станет сытым, а потому, что будет без страха.

    Будущее может быть счастливым не потому, что оно станет сытым, а потому, что будет без страха.

    — Вячеслав Васильевич Костиков
12. «

    С пятью патронами кажется, что у тебя целых пять шансов. С одним патроном, только решимость и никакого страха.

    С пятью патронами кажется, что у тебя целых пять шансов. С одним патроном, только решимость и никакого страха.

    — Тэцудзо Нихэй · аниме
13. «

    Страх смерти вытекает из страха перед жизнью. Человек, который живет полной жизнью, готов умереть в любой момент.

    Страх смерти вытекает из страха перед жизнью. Человек, который живет полной жизнью, готов умереть в любой момент.

    — Марк Твен
14. «

    Враг для нас — это мы сами. Сомнения, страхи, отчаяние — это уничтожает.

    Враг для нас — это мы сами. Сомнения, страхи, отчаяние — это уничтожает.

    — Джин Хогг · фильм
15. «

    Если тебе страшно — просто прыгни. Ты можешь упасть, а можешь полететь.

    Если тебе страшно — просто прыгни. Ты можешь упасть, а можешь полететь.

    — Захра Шамони · фильм
16. «

    — А вообще, тут не так уж и страшно. — Ну да, ты тут ночью не была. — Это приглашение?

    — А вообще, тут не так уж и страшно. — Ну да, ты тут ночью не была. — Это приглашение?

    — Ида · фильм
17. «

    — Ты можешь пойти лёгким путём и сделать резекцию потому что ты боишься, что если ты попробуешь справиться сама и у тебя не получится, винить придётся опять же себя. Позволь открыть тебе суровую правду жизни: жить вообще страшно. Привыкай. Чудес не бывает. Всё зависит только от тебя. Так что подними свою задницу, выйди из палаты и начни заниматься спортом. — А вдруг будет слишком трудно? — В этой жизни всё стоящее даётся очень нелегко.

    — Ты можешь пойти лёгким путём и сделать резекцию потому что ты боишься, что если ты попробуешь справиться сама и у тебя не получится, винить придётся опять же себя. Позволь открыть тебе суровую правду жизни: жить вообще страшно. Привыкай. Чудес не бывает. Всё зависит только от тебя. Так что подними свою задницу, выйди из палаты и начни заниматься спортом. — А вдруг будет слишком трудно? — В этой жизни всё стоящее даётся очень нелегко.

    — Доктор Боб Келсо · сериал
18. «

    Аврора знала от матери — тебя уважают и боятся, когда ты сильная. Прояви слабость — и тебя сожрут. Поэтому она выглядела так, словно каждый день размазывала по полу десяток парней. А что выворачивало наизнанку… ну, может, она перед этим съела что-то несвежее?

    Аврора знала от матери — тебя уважают и боятся, когда ты сильная. Прояви слабость — и тебя сожрут. Поэтому она выглядела так, словно каждый день размазывала по полу десяток парней. А что выворачивало наизнанку… ну, может, она перед этим съела что-то несвежее?

    — Галина Гончарова · книга
19. «

    — Пытаетесь показать лучше других? Зачем? — Мне же, вроде как, положено... — Ну, разве что положено...

    — Пытаетесь показать лучше других? Зачем? — Мне же, вроде как, положено... — Ну, разве что положено...

    — ротный командир · фильм
20. «

    Нет, не простить мне тех, кто в страхе сдал назад Быть может это грех и я отправлюсь в ад Зато сейчас могу как вздумается жить Не злиться на судьбу, а сам её вершить

    Нет, не простить мне тех, кто в страхе сдал назад Быть может это грех и я отправлюсь в ад Зато сейчас могу как вздумается жить Не злиться на судьбу, а сам её вершить