«Жизненные цитаты про страх»: 228 цитат со смыслом

Собрали 228 цитат на тему «Жизненные цитаты про страх» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   В детстве я боялась пауков. Мне говорили, что у них нет чувств, что их сердца не бьются. Но теперь я знаю правду: только убивая, они чувствуют, что живут.

   В детстве я боялась пауков. Мне говорили, что у них нет чувств, что их сердца не бьются. Но теперь я знаю правду: только убивая, они чувствуют, что живут.

   — Амели Лакруа (Роковая Вдова) · игра
2. «

   Эта боязнь стать посмешищем так стесняет и сковывает, что совершенно теряешь уверенность в себе, а потому то и дело попадаешь впросак. Как на льду: кто больше боится, тот чаще падает.

   Эта боязнь стать посмешищем так стесняет и сковывает, что совершенно теряешь уверенность в себе, а потому то и дело попадаешь впросак. Как на льду: кто больше боится, тот чаще падает.

   — Януш Корчак
3. «

   Но я знал, что каждый сантиметр, который я уступлю сейчас чувству страха, превратится в метры, если я действительно окажусь в опасности.

   Но я знал, что каждый сантиметр, который я уступлю сейчас чувству страха, превратится в метры, если я действительно окажусь в опасности.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   Человек, который привык бояться, всегда найдёт причину для страха.

   Человек, который привык бояться, всегда найдёт причину для страха.

   — Максим Горький · книга
5. «

   Благоразумие абсолютно бесполезно, когда нужно справиться с боязнью, что прозеваешь представившуюся возможность.

   Благоразумие абсолютно бесполезно, когда нужно справиться с боязнью, что прозеваешь представившуюся возможность.

   — Сол Беллоу · книга
6. «

   Я навсегда запомнила один момент. Мой сын, он был тогда маленький, сказал: «Мама, помнишь, в кино была одна девочка? Монстр на нее нападал, и никто не защищал девочку от монстра?» Я с трудом припомнила, что мы и правда смотрели с ним какой-то дурацкий, совсем слабенький фильм про пришельцев. Я его и пересказать бы не смогла. А он снова: «Мама, помнишь: монстр нападает, а девочку никто не защищает!» Я говорю: «Помню». А он снова о своем, и опять одно и то же. Тогда я потеряла терпение. Говорю: «Да сколько можно! Неужели так страшно?» И забыла об этом. А он так поморгал-поморгал и больше уже не переспрашивал. А потом, уже много позже я поняла: его ведь даже не монстр испугал, а то, что девочку никто не защищал.

   Я навсегда запомнила один момент. Мой сын, он был тогда маленький, сказал: «Мама, помнишь, в кино была одна девочка? Монстр на нее нападал, и никто не защищал девочку от монстра?» Я с трудом припомнила, что мы и правда смотрели с ним какой-то дурацкий, совсем слабенький фильм про пришельцев. Я его и пересказать бы не смогла. А он снова: «Мама, помнишь: монстр нападает, а девочку никто не защищает!» Я говорю: «Помню». А он снова о своем, и опять одно и то же. Тогда я потеряла терпение. Говорю: «Да сколько можно! Неужели так страшно?» И забыла об этом. А он так поморгал-поморгал и больше уже не переспрашивал. А потом, уже много позже я поняла: его ведь даже не монстр испугал, а то, что девочку никто не защищал.

   — Дмитрий Емец · книга
7. «

   Встреча с людьми, которых боишься, имеет большое терапевтическое значение.

   Встреча с людьми, которых боишься, имеет большое терапевтическое значение.

   — Филип К. Дик · книга
8. «

   Страх был иррациональным и глупым, безпричинным... Это был не конкретный страх перед незнакомым человеком, или обоснованный чьей-то болезнью, ни даже возможностью потерять деньги или работу. Нет. Это был страх будущего. Страх одиночества и серых дней, погрязших в бытовых заботах. Будильник — работа — дом — ужин — звонок родителям — час перед телевизором или с книгой — сон — будильник... и так до бесконечности.

   Страх был иррациональным и глупым, безпричинным... Это был не конкретный страх перед незнакомым человеком, или обоснованный чьей-то болезнью, ни даже возможностью потерять деньги или работу. Нет. Это был страх будущего. Страх одиночества и серых дней, погрязших в бытовых заботах. Будильник — работа — дом — ужин — звонок родителям — час перед телевизором или с книгой — сон — будильник... и так до бесконечности.

   — Галина Долгова · книга
9. «

   Пока ты один — держишь ответ только перед собой. Остаешься незыблемым и колким, намеренно опустошаешь себя от лишних привязанностей и эмоций, выстраиваешь границы дозволенного для себя и окружающих, чтобы на работе кто-то сказал: «Да она железная леди!». Пока ты один — страх лишь живет в твоей голове. Когда в жизни появляются люди, ради которых ты готов умереть…этот страх спускается в грудь и ломает тебе ребра своей тяжестью. Когда кто-то рядом — ты чувствуешь ответственность. И вся эта боль — общая. Как… как гитара. Одна струна выдает один немощный звук, лишь в совокупности же получается музыка. И ты становишься этой струной, туго-туго натянутой. И дрожишь, когда тебя сотрясают тревоги.

   Пока ты один — держишь ответ только перед собой. Остаешься незыблемым и колким, намеренно опустошаешь себя от лишних привязанностей и эмоций, выстраиваешь границы дозволенного для себя и окружающих, чтобы на работе кто-то сказал: «Да она железная леди!». Пока ты один — страх лишь живет в твоей голове. Когда в жизни появляются люди, ради которых ты готов умереть…этот страх спускается в грудь и ломает тебе ребра своей тяжестью. Когда кто-то рядом — ты чувствуешь ответственность. И вся эта боль — общая. Как… как гитара. Одна струна выдает один немощный звук, лишь в совокупности же получается музыка. И ты становишься этой струной, туго-туго натянутой. И дрожишь, когда тебя сотрясают тревоги.

   — Рейчел Норрест
10. «

    Бояться никого и никогда не надо. Когда кого-то боишься, то происходит это от того, что ты допустил, чтобы этот кто-то имел власть над тобой.

    Бояться никого и никогда не надо. Когда кого-то боишься, то происходит это от того, что ты допустил, чтобы этот кто-то имел власть над тобой.

    — Герман Гессе · книга
11. «

    Егор всегда честно признавал, ну, не при всех, а для себя самого, что он не храбрец. Но и трусом, пожалуй, тоже не был. Были вещи, которых можно и нужно бояться: шпана, маньяки, террористы, катастрофы, пожары, войны, смертельные болезни. Все в одной куче, и все одинаково далеко. Все это реально существовало и в то же время оставалось за гранью повседневного. Соблюдай простые правила, не броди по ночам, не лезь в чужие районы, мой руки перед едой, не прыгай на рельсы. Можно бояться неприятностей и в то же время понимать, что шанс в них влипнуть весьма невелик.

    Егор всегда честно признавал, ну, не при всех, а для себя самого, что он не храбрец. Но и трусом, пожалуй, тоже не был. Были вещи, которых можно и нужно бояться: шпана, маньяки, террористы, катастрофы, пожары, войны, смертельные болезни. Все в одной куче, и все одинаково далеко. Все это реально существовало и в то же время оставалось за гранью повседневного. Соблюдай простые правила, не броди по ночам, не лезь в чужие районы, мой руки перед едой, не прыгай на рельсы. Можно бояться неприятностей и в то же время понимать, что шанс в них влипнуть весьма невелик.

    — Сергей Лукьяненко · книга
12. «

    Отец учил меня, что страх — это естественно. Это хороший инстинкт. Он так же сказал, что я могу решать, чего мне бояться.

    Отец учил меня, что страх — это естественно. Это хороший инстинкт. Он так же сказал, что я могу решать, чего мне бояться.

    — Эмили Филдс · сериал
13. «

    Наши самые большие страхи — самая пустая трата времени.

    Наши самые большие страхи — самая пустая трата времени.

    — Джен Синсеро · книга
14. «

    Сколько же мы теряем из-за того, что боимся потерять.

    Сколько же мы теряем из-за того, что боимся потерять.

    — Пауло Коэльо · книга
15. «

    Ночные страхи всегда преувеличены.

    Ночные страхи всегда преувеличены.

    — Агата Кристи · книга
16. «

    Жестокие и тревожные сны это лишь попытка разума освободиться от давления наших мыслей и страхов.

    Жестокие и тревожные сны это лишь попытка разума освободиться от давления наших мыслей и страхов.

    — Голос за кадром · фильм
17. «

    Знаешь, чем больше зла в человеке — тем больше страха. Злятся от страха.

    Знаешь, чем больше зла в человеке — тем больше страха. Злятся от страха.

    — Светлана · сериал
18. «

    Страх оказаться неспособным подтачивает и разъедает способность.

    Страх оказаться неспособным подтачивает и разъедает способность.

    — Ингмар Бергман · книга
19. «

    Страх идет за нами по пятам, шляется он и не глядит по сторонам. Рожденный в любом из нас, он осторожно поглощает в себя и его убить невозможно. Если ты рукой сжимаешь рукоятку ножа, то не бойся других, а лучше бойся сам себя. Или не выдержал ты, и сходишь медленно с ума и чувствуешь, что только страх вокруг тебя.

    Страх идет за нами по пятам, шляется он и не глядит по сторонам. Рожденный в любом из нас, он осторожно поглощает в себя и его убить невозможно. Если ты рукой сжимаешь рукоятку ножа, то не бойся других, а лучше бойся сам себя. Или не выдержал ты, и сходишь медленно с ума и чувствуешь, что только страх вокруг тебя.
20. «

    Быть старым не страшно. Ждать близкого конца не страшно. Страшно уходить непонятым. Такое впечатление, будто прожил жизнь зря. Я прошу тех, кто будет читать это, отнестись к моему научному архиву внимательно и непредвзято. Прошу не считать меня старым выжившим из ума чудаком. Чудакам не доверяют руководство такими проектами, как «Радуга». Я очень надеюсь (и почти верю в то), что в будущем я буду оценен по достоинству. Дело не столько в оценке (зачем покойнику слава?), сколько в том, чтобы мои изобретения не пропали бы зря, чтобы они принесли людям пользу. Это единственное, чего я хочу.

    Быть старым не страшно. Ждать близкого конца не страшно. Страшно уходить непонятым. Такое впечатление, будто прожил жизнь зря. Я прошу тех, кто будет читать это, отнестись к моему научному архиву внимательно и непредвзято. Прошу не считать меня старым выжившим из ума чудаком. Чудакам не доверяют руководство такими проектами, как «Радуга». Я очень надеюсь (и почти верю в то), что в будущем я буду оценен по достоинству. Дело не столько в оценке (зачем покойнику слава?), сколько в том, чтобы мои изобретения не пропали бы зря, чтобы они принесли людям пользу. Это единственное, чего я хочу.

    — Никола Тесла · книга