286 глубоких цитат про «страсть»

Тема «страсть» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 286 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Когда б не знала я, что искра Прометея В душе огонь священный распалила, Я б не шептала, пламенно краснея О том, что сердцу твоему так мило.

   Когда б не знала я, что искра Прометея В душе огонь священный распалила, Я б не шептала, пламенно краснея О том, что сердцу твоему так мило.
2. «

   Слова, которые он говорил, которые и словами-то не были. То, как он их говорил. То, как он меня желал. Разве всего этого мало? Разве это не могла быть любовь? Вся наука любви говорила «за»: сердце — бухает, мозги — готовы поверить во все, что угодно; она — с нетерпением ждет темноты, желая его и на расстоянии, готова в любое время прыгнуть в машину и мчаться по ночным дорогам. Еще нужны симптомы? Учащенный пульс, смещение центра личности вниз, в брюшную полость, основание, основа, бездумье, безделье, выход из одиночества, растворение себя, растворение границы, отсутствие различия между внешним и внутренним. Все признаки налицо. Доказательства эмпирические. Но она все равно была. Власть одной-единственной мысли, случайно забредшей в мою голову. Что он прячет, чего не прячет. Будто крутилась бесконечная пленка, а я никак не могла найти перемотку.

   Слова, которые он говорил, которые и словами-то не были. То, как он их говорил. То, как он меня желал. Разве всего этого мало? Разве это не могла быть любовь? Вся наука любви говорила «за»: сердце — бухает, мозги — готовы поверить во все, что угодно; она — с нетерпением ждет темноты, желая его и на расстоянии, готова в любое время прыгнуть в машину и мчаться по ночным дорогам. Еще нужны симптомы? Учащенный пульс, смещение центра личности вниз, в брюшную полость, основание, основа, бездумье, безделье, выход из одиночества, растворение себя, растворение границы, отсутствие различия между внешним и внутренним. Все признаки налицо. Доказательства эмпирические. Но она все равно была. Власть одной-единственной мысли, случайно забредшей в мою голову. Что он прячет, чего не прячет. Будто крутилась бесконечная пленка, а я никак не могла найти перемотку.

   — Элис Хоффман · книга
3. «

   Истинная любовь говорит: «Полюби меня, иначе мне будет плохо». Слепая страсть говорит: «Полюби меня, иначе тебе будет плохо!»

   Истинная любовь говорит: «Полюби меня, иначе мне будет плохо». Слепая страсть говорит: «Полюби меня, иначе тебе будет плохо!»

   — Элен Роуленд
4. «

   Страсть к саморазрушению — именно она нетвердой рукой толкает на первую сигарету, выкуренную в тесном кругу в заплеванном подъезде, когда вдыхаешь «правильно», так, чтобы получилось.

   Страсть к саморазрушению — именно она нетвердой рукой толкает на первую сигарету, выкуренную в тесном кругу в заплеванном подъезде, когда вдыхаешь «правильно», так, чтобы получилось.

   — Катя Цойлик · книга
5. «

   Геликон. <...> В настоящей страсти должна быть капля жестокости. Цезония. А в любви — чуточку насилия.

   Геликон. <...> В настоящей страсти должна быть капля жестокости. Цезония. А в любви — чуточку насилия.

   — Альбер Камю · книга
6. «

   Как змеи, локоны твои распались По ниве счастья — по твоей груди. Мои глаза от страсти разбежались - Скорей оправь прическу, пощади!

   Как змеи, локоны твои распались По ниве счастья — по твоей груди. Мои глаза от страсти разбежались - Скорей оправь прическу, пощади!

   — Николай Мелитонович Бараташвили
7. «

   Я хорошо знаю, до какой жизненной ступени смогу добраться. Я не собираюсь превращать свою жизнь в опыт. Я сам стану опытом своей жизни… Да, я отлично понимаю, что за страсть может по-настоящему распалить меня. Раньше я был чересчур молод. Во всем держался золотой середины. А теперь понял, что действовать, и любить, и страдать — это и значит жить по-настоящему, но лишь в той мере, в какой твоя душа, став совершенно прозрачной, принимает судьбу как слитный отсвет радужного спектра радостей и страстей, неизменного для всех нас.

   Я хорошо знаю, до какой жизненной ступени смогу добраться. Я не собираюсь превращать свою жизнь в опыт. Я сам стану опытом своей жизни… Да, я отлично понимаю, что за страсть может по-настоящему распалить меня. Раньше я был чересчур молод. Во всем держался золотой середины. А теперь понял, что действовать, и любить, и страдать — это и значит жить по-настоящему, но лишь в той мере, в какой твоя душа, став совершенно прозрачной, принимает судьбу как слитный отсвет радужного спектра радостей и страстей, неизменного для всех нас.

   — Альбер Камю · книга
8. «

   — Что это за энергия, Стив? — спросила я. — Энергия? — он задумался. — Это энергия желания. Я всегда хочу тебя, и это порождает энергию. И она направлена только на тебя, и только ты сможешь ее распознать. Это то, что называют химией.

   — Что это за энергия, Стив? — спросила я. — Энергия? — он задумался. — Это энергия желания. Я всегда хочу тебя, и это порождает энергию. И она направлена только на тебя, и только ты сможешь ее распознать. Это то, что называют химией.

   — Анатолий Тосс · книга
9. «

   Угасающую страсть, можно оживить. Вполне возможно, что можно, только вот вопрос стоит в том, захочется ли?

   Угасающую страсть, можно оживить. Вполне возможно, что можно, только вот вопрос стоит в том, захочется ли?

   — Юлия Шилова · книга
10. «

    Сердце, наполненное страстью, освещает любой поступок.

    Сердце, наполненное страстью, освещает любой поступок.

    — Бернхард Шлинк · книга
11. «

    Ни одна страсть не может пылать вечно.

    Ни одна страсть не может пылать вечно.

    — Леа де Лонваль · фильм
12. «

    Главный женский афродизиак — чувствовать себя объектом вожделения. Женщине очень важно быть желанной, возбуждающей страсть. У мужчины наоборот: ему нужно желать и добиваться.

    Главный женский афродизиак — чувствовать себя объектом вожделения. Женщине очень важно быть желанной, возбуждающей страсть. У мужчины наоборот: ему нужно желать и добиваться.

    — Анна Борисова (писатель) · книга
13. «

    Подавляй внезапно приходящие в голову мысли о скверном, потому что если ты этого не сделаешь, то такая мысль превратится в идею. И подавляй идею, ибо если ты не сделаешь этого, она превратится в страсть. И борись со страстью, ибо если ты не сделаешь этого, она превратится в твёрдое намерение и решимость, и если ты не подавишь её, она превратится в действие, и если ты ничего не противопоставишь ему, оно превратится в привычку, и тогда тебе будет уже очень трудно отказаться от неё.

    Подавляй внезапно приходящие в голову мысли о скверном, потому что если ты этого не сделаешь, то такая мысль превратится в идею. И подавляй идею, ибо если ты не сделаешь этого, она превратится в страсть. И борись со страстью, ибо если ты не сделаешь этого, она превратится в твёрдое намерение и решимость, и если ты не подавишь её, она превратится в действие, и если ты ничего не противопоставишь ему, оно превратится в привычку, и тогда тебе будет уже очень трудно отказаться от неё.

    — Ибн Каййим аль-Джаузия · книга
14. «

    Язык, подчеркивающий в слове «страсть» его родство со страданием, прав, хотя в повседневном употреблении, говоря «страсть», мы подразумеваем скорее судорожный порыв, удивляющий нас, и забываем, что речь идет о душевном страдании.

    Язык, подчеркивающий в слове «страсть» его родство со страданием, прав, хотя в повседневном употреблении, говоря «страсть», мы подразумеваем скорее судорожный порыв, удивляющий нас, и забываем, что речь идет о душевном страдании.

    — Альбер Камю · книга
15. «

    Твоя пронзительная нежность, Твоя губительная страсть. Как будто смерти неизбежность Имеют надо мною власть.

    Твоя пронзительная нежность, Твоя губительная страсть. Как будто смерти неизбежность Имеют надо мною власть.

    — Сергей Трофимов
16. «

    Значит, если при простом чувстве, слабом, слишком слабом перед страстью, любовь ставит вас в такое отношение к человеку, что вы говорите: «Лучше умереть, чем быть причиною мученья для него», если простое чувство так говорит, что же скажет страсть, которая в тысячу раз сильнее? Она скажет : «Скорее умру, чем не то, что попробую, не то, что попрошу, а скорее допущу, чтобы этот человек сделал для меня что-нибудь, кроме того, что ему самому приятно; умру скорее, чем допущу, чтобы он для меня стал к чему-нибудь принуждать себя, в чём-нибудь стеснять себя».

    Значит, если при простом чувстве, слабом, слишком слабом перед страстью, любовь ставит вас в такое отношение к человеку, что вы говорите: «Лучше умереть, чем быть причиною мученья для него», если простое чувство так говорит, что же скажет страсть, которая в тысячу раз сильнее? Она скажет : «Скорее умру, чем не то, что попробую, не то, что попрошу, а скорее допущу, чтобы этот человек сделал для меня что-нибудь, кроме того, что ему самому приятно; умру скорее, чем допущу, чтобы он для меня стал к чему-нибудь принуждать себя, в чём-нибудь стеснять себя».

    — Николай Гаврилович Чернышевский · книга
17. «

    Даже если мы будем биться на ножах, слизывать твою кровь правильно смогу только я.

    Даже если мы будем биться на ножах, слизывать твою кровь правильно смогу только я.
18. «

    Ты знаешь, а здесь хорошо очень. Правда. Пусть в волосы не заплетают шелка, Но он, когда нужен, всегда будет рядом. Он спас из кромешного мрака меня.

    Ты знаешь, а здесь хорошо очень. Правда. Пусть в волосы не заплетают шелка, Но он, когда нужен, всегда будет рядом. Он спас из кромешного мрака меня.

    — Марина Матисс
19. «

    Это не была любовь, это была страсть, доведенная до агрессии. Чувство намного глубже и сильнее. Смысл и достоинство любви как чувства состоит в том, что она заставляет нас действительно всем нашим существом признать за другим то безусловное главное значение, которое, в силу эгоизма, мы ощущаем только в самих себе. Любовь важна не как одно из наших чувств, а как перенесение всего нашего жизненного интереса из себя в другое, как перестановка самого центра нашей личной жизни. Первоначальная сила любви теряет здесь весь свой смысл, когда ее предмет с высоты безусловного центра увековеченной индивидуальности низводится на степень случайного и легко заменимого средства для произведения нового, быть может немного лучшего, а быть может немного худшего, но во всяком случае относительного и преходящего поколения людей. Итак, если смотреть только на то, что обыкновенно бывает, на фактический исход любви, то должно признать ее за мечту, временно овладевающую нашим существом и исчезающую, не перейдя ни в какое дело (так как деторождение не есть собственно дело любви). Но, признавая в силу очевидности, что идеальный смысл любви не осуществляется в действительности, должны ли мы признать его неосуществимым?

    Это не была любовь, это была страсть, доведенная до агрессии. Чувство намного глубже и сильнее. Смысл и достоинство любви как чувства состоит в том, что она заставляет нас действительно всем нашим существом признать за другим то безусловное главное значение, которое, в силу эгоизма, мы ощущаем только в самих себе. Любовь важна не как одно из наших чувств, а как перенесение всего нашего жизненного интереса из себя в другое, как перестановка самого центра нашей личной жизни. Первоначальная сила любви теряет здесь весь свой смысл, когда ее предмет с высоты безусловного центра увековеченной индивидуальности низводится на степень случайного и легко заменимого средства для произведения нового, быть может немного лучшего, а быть может немного худшего, но во всяком случае относительного и преходящего поколения людей. Итак, если смотреть только на то, что обыкновенно бывает, на фактический исход любви, то должно признать ее за мечту, временно овладевающую нашим существом и исчезающую, не перейдя ни в какое дело (так как деторождение не есть собственно дело любви). Но, признавая в силу очевидности, что идеальный смысл любви не осуществляется в действительности, должны ли мы признать его неосуществимым?
20. «

    Страсть не может с глубокой любовью дружить, Если сможет, то вместе недолго им быть.

    Страсть не может с глубокой любовью дружить, Если сможет, то вместе недолго им быть.

    — Омар Хайям