«свобода» со смыслом» в 209 цитат

209 цитат про «свобода» со смыслом»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Мы по-настоящему свободны, когда мы сохранили способность рассуждать самостоятельно, когда необходимость не заставляет нас защищать навязанные, в некотором роде, предписанные нам мнения. Но большинство людей оказывается связанными чувством, прежде чем они в состоянии были сами рассудить, чему лучше верить. Привыкнув с самого нежного возраста подчиняться голосу друга или увлекшись речами первого, овладевшего их разумом, они выбрасываются бурей на твердыню мысли и остаются прикрепленными к ней, как к скале.

   Мы по-настоящему свободны, когда мы сохранили способность рассуждать самостоятельно, когда необходимость не заставляет нас защищать навязанные, в некотором роде, предписанные нам мнения. Но большинство людей оказывается связанными чувством, прежде чем они в состоянии были сами рассудить, чему лучше верить. Привыкнув с самого нежного возраста подчиняться голосу друга или увлекшись речами первого, овладевшего их разумом, они выбрасываются бурей на твердыню мысли и остаются прикрепленными к ней, как к скале.

   — Марк Туллий Цицерон · книга
2. «

   Говорят, что лучшее правило политики — не слишком управлять. Это правило столь же верно и в воспитании.

   Говорят, что лучшее правило политики — не слишком управлять. Это правило столь же верно и в воспитании.

   — Жан Поль (Иоганн Пауль Фридрих Рихтер)
3. «

   Уметь освободиться, это — ничто, трудно уметь быть свободным.

   Уметь освободиться, это — ничто, трудно уметь быть свободным.

   — Андре Жид · книга
4. «

   Быть способным дарить любовь всем вокруг, не испытывая необходимости в любви и внимании для себя — это и есть свобода.

   Быть способным дарить любовь всем вокруг, не испытывая необходимости в любви и внимании для себя — это и есть свобода.

   — Садхгуру
5. «

   Фантастика — один из старейших жанров литературы, прочно завоевавший своё место в сердцах людей. И несмотря на то, что она постоянно рождает новые стили и формы, это не меняет конечной сути. Те, кто видит в ней один сплошной вымысел, на самом деле всего лишь боятся свободы, которую она даёт. В пользу фантастики говорит то, что она понятна и доступна детям, ведь они, в отличие от взрослых, не стесняются раскрепостить своё воображение.

   Фантастика — один из старейших жанров литературы, прочно завоевавший своё место в сердцах людей. И несмотря на то, что она постоянно рождает новые стили и формы, это не меняет конечной сути. Те, кто видит в ней один сплошной вымысел, на самом деле всего лишь боятся свободы, которую она даёт. В пользу фантастики говорит то, что она понятна и доступна детям, ведь они, в отличие от взрослых, не стесняются раскрепостить своё воображение.

   — Урсула Ле Гуин
6. «

   Мы свободны не благодаря самим себе. Наша свобода дарована нам, хотя мы и не знаем, откуда. Мы оказались в мире не благодаря самим себе... Поскольку не мы создавали самих себя, наша свобода также существует не благодаря нам, но нам дарована... Откуда? Очевидно, не из мира.

   Мы свободны не благодаря самим себе. Наша свобода дарована нам, хотя мы и не знаем, откуда. Мы оказались в мире не благодаря самим себе... Поскольку не мы создавали самих себя, наша свобода также существует не благодаря нам, но нам дарована... Откуда? Очевидно, не из мира.

   — Карл Теодор Ясперс
7. «

   Гений может свободно дышать только в атмосфере свободы.

   Гений может свободно дышать только в атмосфере свободы.

   — Джон Стюарт Милль
8. «

   Свою свободу относительно мира я обеспечиваю себе тем, что присваиваю себе этот мир, «захватываю и занимаю» его для себя, каким бы то ни было насилием, силой убеждения, просьбы, категорического требования, даже лицемерия, обмана и т. д., ибо средства, которыми я для этого пользуюсь, сообразуются с тем, что я собою представляю. Если я слаб, то и средства, которыми я располагаю, тоже слабы, как все названные, которые, однако, вполне достаточны по отношению к довольно многому в жизни. К тому же обман, лицемерие и ложь, в сущности, лучше, чем они кажутся. Кто не обманул бы полицию, закон, кто не поспешил бы прикинуться невиннейшим обывателем при встрече с сыщиком, чтобы скрыть содеянное беззаконие? Кто этого никогда не делал, тот, значит, допускал насилие над собою; его сделала малодушным его совесть. Мою свободу ограничивает уже то, что я не могу осуществить волю свою относительно другого (будь это другое – существо без-вольное, например, камень, или существо, одаренное волей, например, правительство, отдельный человек и т. д.). Я отрицаю мое своеобразие, когда отрекаюсь от себя перед лицом другого, то есть когда я уступаю, отказываюсь от чего-либо, отхожу.

   Свою свободу относительно мира я обеспечиваю себе тем, что присваиваю себе этот мир, «захватываю и занимаю» его для себя, каким бы то ни было насилием, силой убеждения, просьбы, категорического требования, даже лицемерия, обмана и т. д., ибо средства, которыми я для этого пользуюсь, сообразуются с тем, что я собою представляю. Если я слаб, то и средства, которыми я располагаю, тоже слабы, как все названные, которые, однако, вполне достаточны по отношению к довольно многому в жизни. К тому же обман, лицемерие и ложь, в сущности, лучше, чем они кажутся. Кто не обманул бы полицию, закон, кто не поспешил бы прикинуться невиннейшим обывателем при встрече с сыщиком, чтобы скрыть содеянное беззаконие? Кто этого никогда не делал, тот, значит, допускал насилие над собою; его сделала малодушным его совесть. Мою свободу ограничивает уже то, что я не могу осуществить волю свою относительно другого (будь это другое – существо без-вольное, например, камень, или существо, одаренное волей, например, правительство, отдельный человек и т. д.). Я отрицаю мое своеобразие, когда отрекаюсь от себя перед лицом другого, то есть когда я уступаю, отказываюсь от чего-либо, отхожу.

   — Макс Штирнер · книга
9. «

   ...никогда не лишай свободы ни человека, ни животное — свобода есть величайшее из всех земных благ. Предоставь каждому греться на солнце, когда ему холодно, и сидеть в тени, когда ему жарко.

   ...никогда не лишай свободы ни человека, ни животное — свобода есть величайшее из всех земных благ. Предоставь каждому греться на солнце, когда ему холодно, и сидеть в тени, когда ему жарко.

   — Шарль де Костер · книга
10. «

    Божество для человека — суть предшественник, достойный восхищения, также учитель, ведущий за собой, и путеводный светоч. Но не хозяин. Мы можем быть благодарны ему, можем восхищаться им, но вовсе не возводить в культ. Также в случае с шествием на Празднике Фонарей, я считаю, что правильное отношение — это благодарность и взаимная радость, но не страх, не заискивание, не благоговейная осмотрительность, и уж точно не признание себя его рабами.

    Божество для человека — суть предшественник, достойный восхищения, также учитель, ведущий за собой, и путеводный светоч. Но не хозяин. Мы можем быть благодарны ему, можем восхищаться им, но вовсе не возводить в культ. Также в случае с шествием на Празднике Фонарей, я считаю, что правильное отношение — это благодарность и взаимная радость, но не страх, не заискивание, не благоговейная осмотрительность, и уж точно не признание себя его рабами.

    — Мосян Тунсю · книга
11. «

    Дом, разделённый пополам, не сможет выстоять в буре. Я думаю, что не сможет выстоять и правительство страны, наполовину состоящей из рабов, а наполовину из свободных людей.

    Дом, разделённый пополам, не сможет выстоять в буре. Я думаю, что не сможет выстоять и правительство страны, наполовину состоящей из рабов, а наполовину из свободных людей.

    — Авраам Линкольн
12. «

    Никакие притеснения не сделают рабом того, кто свободен в душе.

    Никакие притеснения не сделают рабом того, кто свободен в душе.

    — Александра Девиль · книга
13. «

    Истина, свобода и добродетель — вот единственное, ради чего нужно любить жизнь.

    Истина, свобода и добродетель — вот единственное, ради чего нужно любить жизнь.

    — Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)
14. «

    Ничто не покупается за большую цену, чем частица человеческого разума и свободы.

    Ничто не покупается за большую цену, чем частица человеческого разума и свободы.

    — Фридрих Вильгельм Ницше
15. «

    — Если, государь, они вступят в новый брак, у них будут наследники... — Пред лицом Господа они женаты. — Господь Бог может расторгнуть... — начал Мариньи. — Господь Бог не повинуется земным владыкам. Господу Богу нет дела до моего царства, у него есть царствие свое. Одними молитвами мне не освободить моих сыновей от брачных уз!

    — Если, государь, они вступят в новый брак, у них будут наследники... — Пред лицом Господа они женаты. — Господь Бог может расторгнуть... — начал Мариньи. — Господь Бог не повинуется земным владыкам. Господу Богу нет дела до моего царства, у него есть царствие свое. Одними молитвами мне не освободить моих сыновей от брачных уз!

    — Морис Дрюон · книга
16. «

    «Стою и смотрю в окно, вцепившись руками в решётку. Увижу ли я свободу, когда это всё закончится и сколько мне надо сил? Вся жизнь в одном дне, как кадр фотоаппарата. Кадров много, но каждый уникальный по-своему. Как же пустынники, монахи, по доброй воле избравшие свой путь затворничества? Один шаг, и они в миру. Меня закрыли принудительно, и я, как птица, рвусь из клетки. Веры во мне мало... Я боюсь потерять всё, что имею. Но дни закончатся, небо потухнет, солнце угаснет и, взглянув на свою жизнь по-новому, мы все отойдём к Богу. С чем идти, как стоять перед ним с такой душой? Как же мало у меня смирения и веры в Него! Могу ли я рассчитывать, что Господь будет со мной и всё сделает для меня, если я не смиряюсь?»

    «Стою и смотрю в окно, вцепившись руками в решётку. Увижу ли я свободу, когда это всё закончится и сколько мне надо сил? Вся жизнь в одном дне, как кадр фотоаппарата. Кадров много, но каждый уникальный по-своему. Как же пустынники, монахи, по доброй воле избравшие свой путь затворничества? Один шаг, и они в миру. Меня закрыли принудительно, и я, как птица, рвусь из клетки. Веры во мне мало... Я боюсь потерять всё, что имею. Но дни закончатся, небо потухнет, солнце угаснет и, взглянув на свою жизнь по-новому, мы все отойдём к Богу. С чем идти, как стоять перед ним с такой душой? Как же мало у меня смирения и веры в Него! Могу ли я рассчитывать, что Господь будет со мной и всё сделает для меня, если я не смиряюсь?»

    — Владимир Болтунов · книга
17. «

    Только той свободой следует обладать, которая дает простор энергии, разуму и добрым качествам народа.

    Только той свободой следует обладать, которая дает простор энергии, разуму и добрым качествам народа.

    — Уильям Эллери Ченнинг
18. «

    Моя свобода становится только тогда совершенной, когда она обращается во власть, и тогда я перестаю быть только свободным и становлюсь собственным. Почему свобода народов « пустой звук»? Потому что народы не имеют власти! Одним дуновением живого Я человек сметает целые народы, – все равно, будет ли это дуновение какого-нибудь Нерона, китайского императора или бедного писателя.

    Моя свобода становится только тогда совершенной, когда она обращается во власть, и тогда я перестаю быть только свободным и становлюсь собственным. Почему свобода народов « пустой звук»? Потому что народы не имеют власти! Одним дуновением живого Я человек сметает целые народы, – все равно, будет ли это дуновение какого-нибудь Нерона, китайского императора или бедного писателя.

    — Макс Штирнер · книга
19. «

    Не осудивший и простивший врага, простивший не от ума, но от всей великой, смиренной Любви – свободен, и Бог живёт и сияет в нём.

    Не осудивший и простивший врага, простивший не от ума, но от всей великой, смиренной Любви – свободен, и Бог живёт и сияет в нём.

    — Конкордия Антарова · книга
20. «

    Быть свободным — значит быть услышанным.

    Быть свободным — значит быть услышанным.

    — Сэнди (служанка) · фильм