436 цитат «телевидение»: от классиков до современников

Тема «телевидение» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 436 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Телевидение не просто «в эфире», оно и есть тот эфир, который мы вдыхаем.

   Телевидение не просто «в эфире», оно и есть тот эфир, который мы вдыхаем.

   — Анна Арутюнян · книга
2. «

   Когда ты молод и смотришь телевизор, то думаешь, что телекомпании сговорились и хотят сделать людей тупыми. Но потом ты взрослеешь и приходит понимание — люди сами этого хотят. И это гораздо более пугающая мысль. Заговор — это не страшно, ты можешь пристрелить ублюдков, начать революцию. Но нет никакого заговора, телекомпании просто удовлетворяют спрос, к сожалению, это правда.

   Когда ты молод и смотришь телевизор, то думаешь, что телекомпании сговорились и хотят сделать людей тупыми. Но потом ты взрослеешь и приходит понимание — люди сами этого хотят. И это гораздо более пугающая мысль. Заговор — это не страшно, ты можешь пристрелить ублюдков, начать революцию. Но нет никакого заговора, телекомпании просто удовлетворяют спрос, к сожалению, это правда.

   — Стив Джобс
3. «

   Телевизор как сумасшедший сосед: пересекся взглядом – не заткнешь и не сбежишь.

   Телевизор как сумасшедший сосед: пересекся взглядом – не заткнешь и не сбежишь.

   — Дмитрий Глуховский · книга
4. «

   ... Люди не подозревают, как уродует их телевидение.

   ... Люди не подозревают, как уродует их телевидение.

   — Амели Нотомб · книга
5. «

   — ...и в каждой комнате есть говорящая коробка. Как вы это называете? — Телевидение. Как YouTube для стариков.

   — ...и в каждой комнате есть говорящая коробка. Как вы это называете? — Телевидение. Как YouTube для стариков.

   — Клара
6. «

   Телевидение, Пинки, великий обманщик!

   Телевидение, Пинки, великий обманщик!

   — Брейн · мультфильм
7. «

   Я хочу улыбаться людям и смотреть в будущее с оптимизмом. Но они не дают мне ни единого шанса это сделать. Правда, я пытаюсь, но не могу. Поверьте. <...> Потому что мир пропитан людской ненавистью друг к другу. Мужики ненавидят баб, бабы ненавидят мужиков, родители ненавидят своих детей, дети жаждут смерти своих родителей, начальники готовы уничтожить подчинённых, а подчинённые готовы вцепиться в глотки своим начальникам, чтобы потом занять их места. Депутаты ненавидят своих избирателей, а избиратели ненавидят тех, за кого голосуют. Народ ненавидит олигархов, а те ненавидят народ. <...> Все ненавидят всех, при этом забывая, что все вокруг ничуть не лучше и не хуже их самих. Мы все чьи-то родители и одновременно чьи-то дети. Мы сами суки-бабы и козлы-мужики, мы чьи-то начальники и чьи-то подчинённые. Мы сами и электорат, и президенты. А главное — мы многонациональны и исповедуем разные религии. Так почему же, еб вашу мать, мы не можем просто ужиться друг с другом? Это же не так сложно, правда? Это не требует каких-то материальных затрат, душевных мук или растраченных калорий. Всё, что нам нужно, это немного терпимости друг к другу. Но нет. Границы, религии, национальности, государственный строй, экономические разногласия — все это ничто по сравнению с тем, что по-настоящему движет нами. Имя этой движущей силы — НЕНАВИСТЬ. <...> Есть ещё одно. То, что всех тут объединяет перед тем, как повести вперёд. СТРАХ. Всеобщий, парализующий страх. <...> И только медиа не боится никого и ничего. <...> Не делайте из неё монстра. Как раз наоборот. Она — добренький старичок, вроде Олле Лукойе, который ходит с двумя зонтиками и показывает всем сны. Иногда цветные, иногда чёрные. В зависимости от того, кто чего заказал и кто чего заслужил. А так как эти сны сотканы из ваших чувств, медиа просто отбирает из них самые сильные. СТРАХ И НЕНАВИСТЬ. Ведь это ваши самые любимые, а главное, самые искренние чувства, не правда ли? <...> Страх и ненависть — единственные средства для управления трусливым и озлобленным стадом. Все зеркально, не правда ли? Мы играем только ту музыку, которую вы заказываете. Только ту, которую вы хотите слушать. Только ту, которой вы достойны. <...> Вы отлично научились бояться и ненавидеть. Может быть, попробуете научиться любить? Слишком сложно? Ну, тогда включайте телевизор, вы снова в студии.

   Я хочу улыбаться людям и смотреть в будущее с оптимизмом. Но они не дают мне ни единого шанса это сделать. Правда, я пытаюсь, но не могу. Поверьте. <...> Потому что мир пропитан людской ненавистью друг к другу. Мужики ненавидят баб, бабы ненавидят мужиков, родители ненавидят своих детей, дети жаждут смерти своих родителей, начальники готовы уничтожить подчинённых, а подчинённые готовы вцепиться в глотки своим начальникам, чтобы потом занять их места. Депутаты ненавидят своих избирателей, а избиратели ненавидят тех, за кого голосуют. Народ ненавидит олигархов, а те ненавидят народ. <...> Все ненавидят всех, при этом забывая, что все вокруг ничуть не лучше и не хуже их самих. Мы все чьи-то родители и одновременно чьи-то дети. Мы сами суки-бабы и козлы-мужики, мы чьи-то начальники и чьи-то подчинённые. Мы сами и электорат, и президенты. А главное — мы многонациональны и исповедуем разные религии. Так почему же, еб вашу мать, мы не можем просто ужиться друг с другом? Это же не так сложно, правда? Это не требует каких-то материальных затрат, душевных мук или растраченных калорий. Всё, что нам нужно, это немного терпимости друг к другу. Но нет. Границы, религии, национальности, государственный строй, экономические разногласия — все это ничто по сравнению с тем, что по-настоящему движет нами. Имя этой движущей силы — НЕНАВИСТЬ. <...> Есть ещё одно. То, что всех тут объединяет перед тем, как повести вперёд. СТРАХ. Всеобщий, парализующий страх. <...> И только медиа не боится никого и ничего. <...> Не делайте из неё монстра. Как раз наоборот. Она — добренький старичок, вроде Олле Лукойе, который ходит с двумя зонтиками и показывает всем сны. Иногда цветные, иногда чёрные. В зависимости от того, кто чего заказал и кто чего заслужил. А так как эти сны сотканы из ваших чувств, медиа просто отбирает из них самые сильные. СТРАХ И НЕНАВИСТЬ. Ведь это ваши самые любимые, а главное, самые искренние чувства, не правда ли? <...> Страх и ненависть — единственные средства для управления трусливым и озлобленным стадом. Все зеркально, не правда ли? Мы играем только ту музыку, которую вы заказываете. Только ту, которую вы хотите слушать. Только ту, которой вы достойны. <...> Вы отлично научились бояться и ненавидеть. Может быть, попробуете научиться любить? Слишком сложно? Ну, тогда включайте телевизор, вы снова в студии.

   — Сергей Минаев · книга
8. «

   Срочность – главная валюта телевидения. ТВ не терпит отлагательств.

   Срочность – главная валюта телевидения. ТВ не терпит отлагательств.

   — Долли Ольдертон · книга
9. «

   — Людям сейчас живется лучше... — Конечно, ведь у них теперь телевизоры, так что все ужасы, что происходят в мире, — это просто ежевечернее развлечение.

   — Людям сейчас живется лучше... — Конечно, ведь у них теперь телевизоры, так что все ужасы, что происходят в мире, — это просто ежевечернее развлечение.

   — Айрис Мёрдок · книга
10. «

    — Твою фотографию по телевизору показывали. Сказали, что ты в розыске. — Где-то слышал, что телевизор — это не высшая инстанция, а все сюжеты придумывают не боги, а такие же, как мы, люди из плоти и крови. Может, врут. Но если нет – значит, верить телевизору обязательно не всегда.

    — Твою фотографию по телевизору показывали. Сказали, что ты в розыске. — Где-то слышал, что телевизор — это не высшая инстанция, а все сюжеты придумывают не боги, а такие же, как мы, люди из плоти и крови. Может, врут. Но если нет – значит, верить телевизору обязательно не всегда.

    — Илья Бушмин · книга
11. «

    Задолго до того, как я начал оскорблять людей в телеграмме, я занимался этим на телевидении. Лобков, Пивоваров, Гордеева, я — мы были мастерами пенетрирующей лиры. Обладателями разящего золотого страпона. Когда нужно было распять в эфире какую-нибудь гниду, звали нас.

    Задолго до того, как я начал оскорблять людей в телеграмме, я занимался этим на телевидении. Лобков, Пивоваров, Гордеева, я — мы были мастерами пенетрирующей лиры. Обладателями разящего золотого страпона. Когда нужно было распять в эфире какую-нибудь гниду, звали нас.

    — Николай Картозия
12. «

    Попросите меня назвать пример капитал-шоу, я в ту же секунду отвечу — «Поле чудес» с автомобилем. И любой из вас, потому что это часть нашего национального достояния, это наше наследие. Это шоу в эфире уже 26 лет. Оно сейчас меняется, там до сих пор что-то происходит, типа новый сектор на барабане. Я против — зачем улучшать совершенство? Но что-то осталось прежним — остались прежние зрители, там зрители из 90-го года. Они сидят там четверть века. Они не знают, что за стеной больше нет СССР. Исходя из того, что они каждый раз смеются, когда ведущий спрашивает у четырёхлетнего мальчика: «Вы где работаете, учитесь?». Они каждый раз смеются, я делаю вывод, что они попали в какую-то временную ловушку, они думают, что они на одном шоу. Там мужика я вижу в бежевом свитере, он вернется домой после всего этого, скажет: «Жена, отлично сходил, Якубович молодец!», а жена ответит: «Сережа, тебя не было 20 лет. Я за это время умерла».

    Попросите меня назвать пример капитал-шоу, я в ту же секунду отвечу — «Поле чудес» с автомобилем. И любой из вас, потому что это часть нашего национального достояния, это наше наследие. Это шоу в эфире уже 26 лет. Оно сейчас меняется, там до сих пор что-то происходит, типа новый сектор на барабане. Я против — зачем улучшать совершенство? Но что-то осталось прежним — остались прежние зрители, там зрители из 90-го года. Они сидят там четверть века. Они не знают, что за стеной больше нет СССР. Исходя из того, что они каждый раз смеются, когда ведущий спрашивает у четырёхлетнего мальчика: «Вы где работаете, учитесь?». Они каждый раз смеются, я делаю вывод, что они попали в какую-то временную ловушку, они думают, что они на одном шоу. Там мужика я вижу в бежевом свитере, он вернется домой после всего этого, скажет: «Жена, отлично сходил, Якубович молодец!», а жена ответит: «Сережа, тебя не было 20 лет. Я за это время умерла».

    — Николай Андреев
13. «

    Достаточно посмотреть телевидение, где люди не слушают друг друга, орут, вцепившись друг другу в глотки. Желание задавить, порвать на части в телевизионном экране потому столь велико, что оно в принципе висит в воздухе. Именно от этой атмосферы я увез своих детей.

    Достаточно посмотреть телевидение, где люди не слушают друг друга, орут, вцепившись друг другу в глотки. Желание задавить, порвать на части в телевизионном экране потому столь велико, что оно в принципе висит в воздухе. Именно от этой атмосферы я увез своих детей.

    — Алексей Серебряков
14. «

    ...телевидение хоронит домашнее музицирование, портит глаза, разрушает семейную жизнь и вообще ведет ко всеобщему оглуплению.

    ...телевидение хоронит домашнее музицирование, портит глаза, разрушает семейную жизнь и вообще ведет ко всеобщему оглуплению.

    — Патрик Зюскинд · книга
15. «

    Пятьдесят процентов политиков нацелены на создание проблемы, другие пятьдесят на её решение. Надо что-нибудь подпортить, а потом заявиться на телевидение с готовым решением. Например, создав волну преступности, тут же кто-нибудь возглавит борьбу с ней.

    Пятьдесят процентов политиков нацелены на создание проблемы, другие пятьдесят на её решение. Надо что-нибудь подпортить, а потом заявиться на телевидение с готовым решением. Например, создав волну преступности, тут же кто-нибудь возглавит борьбу с ней.

    — Джон Бристол · фильм
16. «

    Все починяют телевизоры, но никто не починяет головы, поврежденные телевизором.

    Все починяют телевизоры, но никто не починяет головы, поврежденные телевизором.

    — Фазиль Искандер
17. «

    Говорят, сейчас надо вставлять в телевизор специальную микросхему, чтобы дети не могли смотреть то, что им не полагается. В моем детстве это было ни к чему. Зачем микросхема, если есть мама? Она отлично справлялась.

    Говорят, сейчас надо вставлять в телевизор специальную микросхему, чтобы дети не могли смотреть то, что им не полагается. В моем детстве это было ни к чему. Зачем микросхема, если есть мама? Она отлично справлялась.

    — Рэй Чарльз
18. «

    Телевидение <…>, как и прочие средства массовой информации, оно быстро развивалось, экраны стали огромными, во всю стену, изображение приобрело объёмность — зритель как бы заглядывал через окно в иной мир, где не было скуки, мир, полный столкновений, борьбы, поражений и побед. С увеличением формата изображения и появлением голографии иллюзия стала ещё реалистичнее. О передаче знаний, об образовательной миссии и думать давным-давно забыли. Сошлись на том, что единственная функция телевидения — помочь людям выплеснуть подспудные эмоции, исполнить подавляемые желания, осуществить тайные мечты, иными словами, как бы компенсировать нереализованное стремление к бурной, полной опасностей, зато так много обещающей жизни.

    Телевидение <…>, как и прочие средства массовой информации, оно быстро развивалось, экраны стали огромными, во всю стену, изображение приобрело объёмность — зритель как бы заглядывал через окно в иной мир, где не было скуки, мир, полный столкновений, борьбы, поражений и побед. С увеличением формата изображения и появлением голографии иллюзия стала ещё реалистичнее. О передаче знаний, об образовательной миссии и думать давным-давно забыли. Сошлись на том, что единственная функция телевидения — помочь людям выплеснуть подспудные эмоции, исполнить подавляемые желания, осуществить тайные мечты, иными словами, как бы компенсировать нереализованное стремление к бурной, полной опасностей, зато так много обещающей жизни.

    — Герберт Вернер Франке · книга
19. «

    Вечером семья собиралась у синего окна во вселенную.

    Вечером семья собиралась у синего окна во вселенную.

    — Виктор Пелевин · книга
20. «

    Телевидение в его нынешней форме есть опиум для американского народа.

    Телевидение в его нынешней форме есть опиум для американского народа.

    — Ричард Никсон