16 цитат: всё о «тяжесть»

Тема «тяжесть» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 16 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Как тяжесть собственного тела носишь, не замечая его веса и чувствуя каждую постороннюю тяжесть, так не замечаешь и собственных пороков и недостатков, а видишь только чужие.

   Как тяжесть собственного тела носишь, не замечая его веса и чувствуя каждую постороннюю тяжесть, так не замечаешь и собственных пороков и недостатков, а видишь только чужие.

   — Артур Шопенгауэр
2. «

   — У тебя хотя бы есть семья. А я росла в приюте. Спала в общей палате со всеми. И мне вообще было некуда убежать. В юности меня немало домогались. И даже женщины. Много дрались. И я нечасто была победителем. Мне некуда было бежать, не с кем поговорить, негде укрыться. Со мной некому было поговорить и некому было меня обнять. Я сумела это все пережить. Я думала, как отравиться, повеситься, вскрыться, но нашла в себе силы жить дальше. И ты найди. Это непросто, но там, за порогом зрелости... Тебя будет ждать новый мир. Может, мы даже станем коллегами. — Н-но я з-заика... — Это даже хорошо. — П-почему? — Ты сумеешь очень ловко работать под прикрытием. Никто тебя не раскусит, и ты сумеешь сделать много хорошего. Просто... Это такое тяжёлое испытание на пути. Как у всех героев в книжках. Конечно, там это выглядит проще и красивее, но поверь. Когда кто-то напишет твою историю, она будет настолько же красивой.

   — У тебя хотя бы есть семья. А я росла в приюте. Спала в общей палате со всеми. И мне вообще было некуда убежать. В юности меня немало домогались. И даже женщины. Много дрались. И я нечасто была победителем. Мне некуда было бежать, не с кем поговорить, негде укрыться. Со мной некому было поговорить и некому было меня обнять. Я сумела это все пережить. Я думала, как отравиться, повеситься, вскрыться, но нашла в себе силы жить дальше. И ты найди. Это непросто, но там, за порогом зрелости... Тебя будет ждать новый мир. Может, мы даже станем коллегами. — Н-но я з-заика... — Это даже хорошо. — П-почему? — Ты сумеешь очень ловко работать под прикрытием. Никто тебя не раскусит, и ты сумеешь сделать много хорошего. Просто... Это такое тяжёлое испытание на пути. Как у всех героев в книжках. Конечно, там это выглядит проще и красивее, но поверь. Когда кто-то напишет твою историю, она будет настолько же красивой.

   — Агент Доу · игра
3. «

   Истинная, сильная любовь – всегда тяжкая печать на судьбе человека.

   Истинная, сильная любовь – всегда тяжкая печать на судьбе человека.

   — Дина Рубина · книга
4. «

   My heart weights minimum a ton An army's feet pounding on my head.

   My heart weights minimum a ton An army's feet pounding on my head.
5. «

   Шут с ними, с другими! Простить бы себя! Наивность свою и ошибки в выборе. Все говорят: «Надо жить, любя!» Но что, если чувства тяжелыми гирями Тянут на самое дно души – К тёмным углам, где не место счастью? Забудь все советы! Просто дыши! Скройся, как под зонтом в ненастье.

   Шут с ними, с другими! Простить бы себя! Наивность свою и ошибки в выборе. Все говорят: «Надо жить, любя!» Но что, если чувства тяжелыми гирями Тянут на самое дно души – К тёмным углам, где не место счастью? Забудь все советы! Просто дыши! Скройся, как под зонтом в ненастье.
6. «

   Как сладок грех в устах, и как он горек во чреве! Согрешил — пережил момент наслаждения, а чрез минуту уже приходят тяжесть, вздохи, слезы, молитвы, омерзение, презрение себя; хранись от греха. Скоты тоже творят, что и ты. Молись выну. Во всю жизнь не оплакать тебе содеянных грехов — тьма их, всегда помни их — и плач; заповеди преступил все, все виды греха соделал; если не совершаем некоторых грехов делом, то уж в мысли их точно осуществляем (что одно и то же пред Богом): всяк, иже воззрит на жену ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердцы своем (Мф 5, 28).

   Как сладок грех в устах, и как он горек во чреве! Согрешил — пережил момент наслаждения, а чрез минуту уже приходят тяжесть, вздохи, слезы, молитвы, омерзение, презрение себя; хранись от греха. Скоты тоже творят, что и ты. Молись выну. Во всю жизнь не оплакать тебе содеянных грехов — тьма их, всегда помни их — и плач; заповеди преступил все, все виды греха соделал; если не совершаем некоторых грехов делом, то уж в мысли их точно осуществляем (что одно и то же пред Богом): всяк, иже воззрит на жену ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердцы своем (Мф 5, 28).

   — Архимандрит Серафим (Розенберг)
7. «

   Каждое утро я выползаю из кровати и спрашиваю себя: «Мне действительно это нужно?» И тащусь в спортзал в гараже. Это невесело, и я это ненавижу. Я занимаюсь в одиночестве, поднимаю штангу. У меня 25 разных сложных аппаратов, я один, мне хочется спать, все тело болит, и ты смотришь на них, и в каждом – 160 килограммов, а самое тяжелое, что ты поднимал за последние восемь часов, – это подушка.

   Каждое утро я выползаю из кровати и спрашиваю себя: «Мне действительно это нужно?» И тащусь в спортзал в гараже. Это невесело, и я это ненавижу. Я занимаюсь в одиночестве, поднимаю штангу. У меня 25 разных сложных аппаратов, я один, мне хочется спать, все тело болит, и ты смотришь на них, и в каждом – 160 килограммов, а самое тяжелое, что ты поднимал за последние восемь часов, – это подушка.

   — Сильвестр Сталлоне
8. «

   Одно слово освобождает нас от всех тяжестей и болей жизни: это слово — любовь.

   Одно слово освобождает нас от всех тяжестей и болей жизни: это слово — любовь.

   — Софокл
9. «

   Какая она [плеть] лёгкая и какую тяжесть в себе заключает.

   Какая она [плеть] лёгкая и какую тяжесть в себе заключает.

   — Джордж Мартин · книга
10. «

    Среди моих одноклассников только двое покончили с собой. Одна из них спрыгнула с парома в пролив Цугару, и всплыла только через неделю. Я был другом этой старшеклассницы, я пытался потом прикоснуться к этому телу, утопленному в воде. И прикоснулся к руке. Но я не прикоснулся к смерти, а только к безжизненному телу. И я почувствовал тогда: «Никто не может ощутить тяжесть смерти другого человека».

    Среди моих одноклассников только двое покончили с собой. Одна из них спрыгнула с парома в пролив Цугару, и всплыла только через неделю. Я был другом этой старшеклассницы, я пытался потом прикоснуться к этому телу, утопленному в воде. И прикоснулся к руке. Но я не прикоснулся к смерти, а только к безжизненному телу. И я почувствовал тогда: «Никто не может ощутить тяжесть смерти другого человека».

    — Сюдзи Тэраяма
11. «

    Всё лучшее не от хорошей жизни.

    Всё лучшее не от хорошей жизни.

    — Олег Сергеевич Кривченко · книга
12. «

    Я как верблюд: несу его ношу.

    Я как верблюд: несу его ношу.

    — Клифф Бут · фильм
13. «

    Укрепи Вас Господь. Крест-то тяжелый, но нести его надо.

    Укрепи Вас Господь. Крест-то тяжелый, но нести его надо.

    — Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)
14. «

    Когда наступают тяжёлые времена, обнажается истинная душа человека.

    Когда наступают тяжёлые времена, обнажается истинная душа человека.

    — Аван Хардинс · игра
15. «

    Не неравенство тягостно, а зависимость.

    Не неравенство тягостно, а зависимость.

    — Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)
16. «

    Айкава-сан ошибалась только в одном. Но это не ее вина. Она просто, скорее всего, еще не до конца меня поняла. Нет, я не считал себя человеком с глубоким характером, но я признавал, что грехи мои утянули меня так глубоко, что не было ни малейшего шанса увидеть самое дно. Эту мою глубину невозможно было увидеть, на какую бы работу вы бы не подрядились. Причина, по которой я не хотел обсуждать все это перед Кунагисой, была не в том, что я боялся, что она осудит меня. Причиной было то, что я знал, что она никогда не осудит меня, и поэтому я не хочу, чтобы кто-то выставлял перед ней напоказ мое уродство и мой эгоизм. Ее всеобъемлющая любовь. Непоколебимая, неизменная привязанность. Если я убью кого-то своими руками, она, возможно, простит даже это. Она все так же будет меня любить. Для меня такая любовь была все же слишком уж тяжела. Я ощущаю, как она сокрушает меня. Эта чистосердечная преданность.

    Айкава-сан ошибалась только в одном. Но это не ее вина. Она просто, скорее всего, еще не до конца меня поняла. Нет, я не считал себя человеком с глубоким характером, но я признавал, что грехи мои утянули меня так глубоко, что не было ни малейшего шанса увидеть самое дно. Эту мою глубину невозможно было увидеть, на какую бы работу вы бы не подрядились. Причина, по которой я не хотел обсуждать все это перед Кунагисой, была не в том, что я боялся, что она осудит меня. Причиной было то, что я знал, что она никогда не осудит меня, и поэтому я не хочу, чтобы кто-то выставлял перед ней напоказ мое уродство и мой эгоизм. Ее всеобъемлющая любовь. Непоколебимая, неизменная привязанность. Если я убью кого-то своими руками, она, возможно, простит даже это. Она все так же будет меня любить. Для меня такая любовь была все же слишком уж тяжела. Я ощущаю, как она сокрушает меня. Эта чистосердечная преданность.

    — Нисио Исин · книга