469 цитат «убийство»: от классиков до современников

Тема «убийство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 469 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Убивать легко, трудно потом жить с этим.

   Убивать легко, трудно потом жить с этим.

   — Дэнни Брайс · фильм
2. «

   — Ну почему мы никогда не знакомимся с нормальными людьми? — Я нормальная! — Ты сиганула с крыши и заколола мужика ударом в спину. — Совершенно нормальным образом!

   — Ну почему мы никогда не знакомимся с нормальными людьми? — Я нормальная! — Ты сиганула с крыши и заколола мужика ударом в спину. — Совершенно нормальным образом!

   — Таллис · игра
3. «

   Я родился с дьяволом в душе. Я не мог не убивать, как не может молчать поэт, охваченный вдохновением… Великий Враг явился к ложу моей матери при родах, чтобы стать моим покровителем, и с тех пор остался моим спутником навсегда.

   Я родился с дьяволом в душе. Я не мог не убивать, как не может молчать поэт, охваченный вдохновением… Великий Враг явился к ложу моей матери при родах, чтобы стать моим покровителем, и с тех пор остался моим спутником навсегда.

   — Герман Маджетт (Генри Говард Холмс)
4. «

   — Я убью всех твоих братьев, потом всех твоих дядей, твоего отца, а после их похорон убью тебя. — У меня нет ни дядей, ни братьев, отец умер год назад. Но у меня есть три бывшие жены — я с радостью дам тебе их адреса.

   — Я убью всех твоих братьев, потом всех твоих дядей, твоего отца, а после их похорон убью тебя. — У меня нет ни дядей, ни братьев, отец умер год назад. Но у меня есть три бывшие жены — я с радостью дам тебе их адреса.
5. «

   Видите ли, родные и близкие самоубийц часто терзаются угрызениями совести. Они считают – пусть даже безосновательно, — будто не сделали всего, что в их силах, чтобы не допустить трагедии. А вердикт «убийство» мог бы избавить родственников от всяких угрызений, правда?

   Видите ли, родные и близкие самоубийц часто терзаются угрызениями совести. Они считают – пусть даже безосновательно, — будто не сделали всего, что в их силах, чтобы не допустить трагедии. А вердикт «убийство» мог бы избавить родственников от всяких угрызений, правда?

   — Роберт Гэлбрейт · книга
6. «

   — Я устал от убийств и этого жестокого мира. — Мир не жесток, лишь некоторые живущие в нем люди.

   — Я устал от убийств и этого жестокого мира. — Мир не жесток, лишь некоторые живущие в нем люди.

   — Эдвард Сэксби · сериал
7. «

   Зарезать человека, когда он опорожняется... В мире не осталось ничего святого.

   Зарезать человека, когда он опорожняется... В мире не осталось ничего святого.

   — Лютик · сериал
8. «

   С причала рыбачил опоссум Андрей И лапой он бил по воде. Андрей доставал из воды окуней И бил их башкой по земле. Выбрасывал сразу он окуней — На них ему было плевать. Рыбой вообще не питался Андрей, Он просто любил убивать.

   С причала рыбачил опоссум Андрей И лапой он бил по воде. Андрей доставал из воды окуней И бил их башкой по земле. Выбрасывал сразу он окуней — На них ему было плевать. Рыбой вообще не питался Андрей, Он просто любил убивать.

   — Аркадий Шестаков
9. «

   Если ни во что не веришь, если ни в чем не видишь смысла и не можешь утверждать никакую ценность, все дозволено и ничто не имеет значения. Нет доводов «за», нет доводов «против», убийцу невозможно ни осудить, ни оправдать. Что сжигать людей в газовых печах, что посвящать свою жизнь уходу за прокаженными — разницы никакой. Добродетель и злой умысел становятся делом случая или каприза. И вот приходишь к решению вообще не действовать, а это означает, что ты, во всяком случае, миришься с убийством, которое совершено другим. Тебе же остается разве что сокрушаться о несовершенстве человеческой природы. А почему бы еще не подменить действие трагическим дилетантизмом? В таком случае человеческая жизнь оказывается ставкой в игре. Можно, наконец, замыслить действие не совсем бесцельное. И тогда, за неимением высшей ценности, направляющей действие, оно будет ориентировано на непосредственный результат. Если нет ни истинного, ни ложного, ни хорошего, ни дурного, правилом становится максимальная эффективность самого действия, то есть сила. И тогда надо разделять людей не на праведников и грешников, а на господ и рабов. Так что, с какой стороны ни смотреть, дух отрицания и нигилизма отводит убийству почетное место.

   Если ни во что не веришь, если ни в чем не видишь смысла и не можешь утверждать никакую ценность, все дозволено и ничто не имеет значения. Нет доводов «за», нет доводов «против», убийцу невозможно ни осудить, ни оправдать. Что сжигать людей в газовых печах, что посвящать свою жизнь уходу за прокаженными — разницы никакой. Добродетель и злой умысел становятся делом случая или каприза. И вот приходишь к решению вообще не действовать, а это означает, что ты, во всяком случае, миришься с убийством, которое совершено другим. Тебе же остается разве что сокрушаться о несовершенстве человеческой природы. А почему бы еще не подменить действие трагическим дилетантизмом? В таком случае человеческая жизнь оказывается ставкой в игре. Можно, наконец, замыслить действие не совсем бесцельное. И тогда, за неимением высшей ценности, направляющей действие, оно будет ориентировано на непосредственный результат. Если нет ни истинного, ни ложного, ни хорошего, ни дурного, правилом становится максимальная эффективность самого действия, то есть сила. И тогда надо разделять людей не на праведников и грешников, а на господ и рабов. Так что, с какой стороны ни смотреть, дух отрицания и нигилизма отводит убийству почетное место.

   — Альбер Камю · книга
10. «

    Вы, люди, убиваете друг друга из-за цвета кожи, вероисповедания, политических убеждений или вообще без повода. Для вас ненавидеть так же просто, как дышать.

    Вы, люди, убиваете друг друга из-за цвета кожи, вероисповедания, политических убеждений или вообще без повода. Для вас ненавидеть так же просто, как дышать.

    — Стэн Ли
11. «

    Забирая у людей жизнь, теряешь все человеческое. Ты живешь за пределами жизни, и тебе остается только заглядывать внутрь в поисках компании.

    Забирая у людей жизнь, теряешь все человеческое. Ты живешь за пределами жизни, и тебе остается только заглядывать внутрь в поисках компании.

    — Декстер Морган · сериал
12. «

    Смогу ли я переступить или не смогу! Осмелюсь ли нагнуться и взять или нет? Тварь ли я дрожащая или право имею!

    Смогу ли я переступить или не смогу! Осмелюсь ли нагнуться и взять или нет? Тварь ли я дрожащая или право имею!

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
13. «

    Сначала человек убивает что-то в себе, потом он начинает убивать других.

    Сначала человек убивает что-то в себе, потом он начинает убивать других.

    — Вильгельм Райх
14. «

    — Я приду прикончить тебя во вторник. — Хорошо, я свободен во вторник.

    — Я приду прикончить тебя во вторник. — Хорошо, я свободен во вторник.

    — Марти Фаранан · фильм
15. «

    Если убить убийцу, количество убийц не изменится.

    Если убить убийцу, количество убийц не изменится.

    — Уинстон Черчилль
16. «

    Это ужасно! Не те страдания и гибель живых существ, но то, как человек без нужды подавляет в себе высшее духовное начало, чувство сострадания и жалости по отношению к подобным ему живым существам, — и, попирая собственные чувства, становится жестоким. А ведь как крепка в сердце человеческом эта заповедь — не убивать живое!

    Это ужасно! Не те страдания и гибель живых существ, но то, как человек без нужды подавляет в себе высшее духовное начало, чувство сострадания и жалости по отношению к подобным ему живым существам, — и, попирая собственные чувства, становится жестоким. А ведь как крепка в сердце человеческом эта заповедь — не убивать живое!

    — Лев Николаевич Толстой
17. «

    Если ты убиваешь того, кого любишь, значит, ты проклят.

    Если ты убиваешь того, кого любишь, значит, ты проклят.

    — Стивен Кинг · книга
18. «

    Винтовка — всего лишь инструмент, убивает каменное сердце.

    Винтовка — всего лишь инструмент, убивает каменное сердце.

    — комендор-сержант Хартман · фильм
19. «

    Скажите этому убийце стрелять в голову, потому что сердца у неё нет.

    Скажите этому убийце стрелять в голову, потому что сердца у неё нет.

    — Саларианец-рабочий · игра
20. «

    Они могут изуродовать моё тело, поломать мне кости и даже убить. Тогда — у них будет всего лишь мой труп, но не моя покорность.

    Они могут изуродовать моё тело, поломать мне кости и даже убить. Тогда — у них будет всего лишь мой труп, но не моя покорность.

    — Махатма Ганди · фильм