274 цитаты про «убийцы»

Тема «убийцы» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 274 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Понимаю, наркодиллер подходит на роль убийцы... — Нет, наркодиллер ОЧЕНЬ подходит на роль убийцы. — Только в его словах гораздо больше смысла, чем у свидетеля. — Я тут, конечно, новенький, но может, лучше арестовать настоящего убийцу?..

   — Понимаю, наркодиллер подходит на роль убийцы... — Нет, наркодиллер ОЧЕНЬ подходит на роль убийцы. — Только в его словах гораздо больше смысла, чем у свидетеля. — Я тут, конечно, новенький, но может, лучше арестовать настоящего убийцу?..

   — Ричард «Рик» Касл · сериал
2. «

   Если в нашем мире всегда нуждаются в таких, как я, то всегда найдутся те, кому нужно подрезать крылья раньше срока.

   Если в нашем мире всегда нуждаются в таких, как я, то всегда найдутся те, кому нужно подрезать крылья раньше срока.

   — Стрикс (Strix) · игра
3. «

   – Что они делают с органами после вскрытия? – спросил я, чтобы поддержать разговор и из искреннего любопытства. – Забрасывают обратно как попало и зашивают. О, а мозг оставляют для исследований. В особенности если это мозг убийцы. Могу поспорить, для вас тоже припасен сосуд со спиртом, господин Комптон.

   – Что они делают с органами после вскрытия? – спросил я, чтобы поддержать разговор и из искреннего любопытства. – Забрасывают обратно как попало и зашивают. О, а мозг оставляют для исследований. В особенности если это мозг убийцы. Могу поспорить, для вас тоже припасен сосуд со спиртом, господин Комптон.

   — Поппи Брайт · книга
4. «

   Мой совет: не пренебрегайте уроками выживания. Вам не терпится схватиться за оружие, но большинство погибнет от естественных причин: десять процентов от инфекции, двадцать от обезвоживания – природа умеет убивать не хуже ножа.

   Мой совет: не пренебрегайте уроками выживания. Вам не терпится схватиться за оружие, но большинство погибнет от естественных причин: десять процентов от инфекции, двадцать от обезвоживания – природа умеет убивать не хуже ножа.

   — Атала · фильм
5. «

   — Убийца... Вы кого-то подозреваете? — прошептал я. — Всех и никого. Мое дело не подозревать, а расследовать.

   — Убийца... Вы кого-то подозреваете? — прошептал я. — Всех и никого. Мое дело не подозревать, а расследовать.

   — Анна Кэтрин Грин · книга
6. «

   Для убийства не нужно привидение, восстающее из могилы. Злоумышленник – человек из плоти и крови, и я отыщу его.

   Для убийства не нужно привидение, восстающее из могилы. Злоумышленник – человек из плоти и крови, и я отыщу его.

   — Икабод Крейн · фильм
7. «

   Если идешь по следам убийцы — ты уже отстал.

   Если идешь по следам убийцы — ты уже отстал.
8. «

   — Только, надеюсь, на этот раз все произойдет законно. — Чтобы повесить человека с совой на руке незаконно, нужно очень постараться, ларэ.

   — Только, надеюсь, на этот раз все произойдет законно. — Чтобы повесить человека с совой на руке незаконно, нужно очень постараться, ларэ.

   — Карина Пьянкова · книга
9. «

   — Мне нужно знать, кто заказал Эдварда Мортона, моего друга, американского посла в Македонии пятнадцать лет назад. Я хочу знать, кто тебя нанял. Мне нужны имена. — Не нужны. Тогда ты превратишься в меня. Тебе придется прятаться до конца своих дней. — Знаешь, я все же рискну.

   — Мне нужно знать, кто заказал Эдварда Мортона, моего друга, американского посла в Македонии пятнадцать лет назад. Я хочу знать, кто тебя нанял. Мне нужны имена. — Не нужны. Тогда ты превратишься в меня. Тебе придется прятаться до конца своих дней. — Знаешь, я все же рискну.

   — Чарльз Баркер · сериал
10. «

    — Просто из любопытства: какую часть тела мы ищем? — Я как-то не думал об этом... — И что если убийца всё ещё здесь? — Об этом я тоже не думал...

    — Просто из любопытства: какую часть тела мы ищем? — Я как-то не думал об этом... — И что если убийца всё ещё здесь? — Об этом я тоже не думал...

    — Скотт МакКолл · сериал
11. «

    Камера скользит по потным рожам, искаженным зудом убивать. Ею защититься невозможно. Ею можно лишь снимать, снимать.

    Камера скользит по потным рожам, искаженным зудом убивать. Ею защититься невозможно. Ею можно лишь снимать, снимать.
12. «

    Запустение и тишина властвовали в этом месте. Лишь иногда в ночи промелькнет быстрая человеческая тень, которая старается не попасть на глаза существам, способным за пару медяков перерезать горло. Таких существ уже давно перестали называть людьми. Это была грань, грань между тенью и тьмой. Страшные твари, а не люди. Намного опасней стаи голодных гхолов. И самое мерзкое, что это все же были люди, люди, скатившиеся на самый низ и превратившиеся в вечно голодных, коварных и беспринципных убийц. Убийц, ставших такими не по своему желанию, а потому, что это единственный шанс выжить здесь, в самом трущобном районе Портового города — Конюшне Старка.

    Запустение и тишина властвовали в этом месте. Лишь иногда в ночи промелькнет быстрая человеческая тень, которая старается не попасть на глаза существам, способным за пару медяков перерезать горло. Таких существ уже давно перестали называть людьми. Это была грань, грань между тенью и тьмой. Страшные твари, а не люди. Намного опасней стаи голодных гхолов. И самое мерзкое, что это все же были люди, люди, скатившиеся на самый низ и превратившиеся в вечно голодных, коварных и беспринципных убийц. Убийц, ставших такими не по своему желанию, а потому, что это единственный шанс выжить здесь, в самом трущобном районе Портового города — Конюшне Старка.

    — Алексей Пехов · книга
13. «

    – Сейчас мы с ужасом думаем о тех временах, когда жгли на кострах ведьм. Мне кажется, что настанут дни, когда мы содрогнемся при одной мысли о том, что мы когда-то вешали преступников. – Вы против высшей меры наказания? – Дело даже не в этом. – Он умолк. – Знаете, – медленно произнес он наконец, – моя профессия все же лучше вашей. – Почему? – Потому что вам приходится очень часто судить, кто прав, кто виноват, а я вообще не уверен, что можно об этом судить. А если все это целиком зависит от желез внутренней секреции? Слишком активна одна железа, слишком мало развита другая – и вот перед вами убийца, вор, рецидивист. Клемент, я убежден, что настанет время, когда мы с ужасом и отвращением будем вспоминать долгие века, когда мы позволяли себе упиваться так называемыми справедливыми мерами наказания за преступления, и поймем, что осуждали и наказывали людей больных, которые были не в силах справиться с болезнью, бедолаги! Ведь не вешают же того, кто болен туберкулезом! – Он не представляет опасности для окружающих. – Нет, в определенном смысле он опасен. Он может заразить других. Ладно, возьмем, к примеру, несчастного, который воображает, что он китайский император. Вы же не обвиняете его в злом умысле. Я согласен, что общество нуждается в защите. Поместите этих людей куда-нибудь, где они никому не причинят вреда, даже устраните их безболезненным путем, да, я готов согласиться на крайние меры, но только не называйте это наказанием. Не убивайте позором их семьи – невинных людей.

    – Сейчас мы с ужасом думаем о тех временах, когда жгли на кострах ведьм. Мне кажется, что настанут дни, когда мы содрогнемся при одной мысли о том, что мы когда-то вешали преступников. – Вы против высшей меры наказания? – Дело даже не в этом. – Он умолк. – Знаете, – медленно произнес он наконец, – моя профессия все же лучше вашей. – Почему? – Потому что вам приходится очень часто судить, кто прав, кто виноват, а я вообще не уверен, что можно об этом судить. А если все это целиком зависит от желез внутренней секреции? Слишком активна одна железа, слишком мало развита другая – и вот перед вами убийца, вор, рецидивист. Клемент, я убежден, что настанет время, когда мы с ужасом и отвращением будем вспоминать долгие века, когда мы позволяли себе упиваться так называемыми справедливыми мерами наказания за преступления, и поймем, что осуждали и наказывали людей больных, которые были не в силах справиться с болезнью, бедолаги! Ведь не вешают же того, кто болен туберкулезом! – Он не представляет опасности для окружающих. – Нет, в определенном смысле он опасен. Он может заразить других. Ладно, возьмем, к примеру, несчастного, который воображает, что он китайский император. Вы же не обвиняете его в злом умысле. Я согласен, что общество нуждается в защите. Поместите этих людей куда-нибудь, где они никому не причинят вреда, даже устраните их безболезненным путем, да, я готов согласиться на крайние меры, но только не называйте это наказанием. Не убивайте позором их семьи – невинных людей.

    — Агата Кристи · книга
14. «

    Наемный убийца, совершивший убийство, которое ему никто не оплатил, покрывал себя несмываемым позором.

    Наемный убийца, совершивший убийство, которое ему никто не оплатил, покрывал себя несмываемым позором.

    — Терри Пратчетт · книга
15. «

    Род человеческий — величайший массовый убийца всех времен.

    Род человеческий — величайший массовый убийца всех времен.

    — А. Дж. Риддл · книга
16. «

    — Убийца совершил вторую ошибку. — А какая первая? — Первая — самоубийство.

    — Убийца совершил вторую ошибку. — А какая первая? — Первая — самоубийство.

    — Горацио Кейн · сериал
17. «

    ...убивать за идею куда больший грех, чем за деньги.

    ...убивать за идею куда больший грех, чем за деньги.

    — Дмитрий Янковский · книга
18. «

    Ты вырубил того жуткого громилу меньше чем за пять стандартных минут, не так ли? Чтобы так драться, брату нужны умения зловещие и жуткие, однако! И мы задаемся вопросом, кто учит убийцу убивать?

    Ты вырубил того жуткого громилу меньше чем за пять стандартных минут, не так ли? Чтобы так драться, брату нужны умения зловещие и жуткие, однако! И мы задаемся вопросом, кто учит убийцу убивать?

    — Джо Шрайбер · книга
19. «

    Пресса окрестила насильника Клоуном — убийцей. Я терпеть не мог прозвища, потому что они создавались с единственной целью — привнести дух загадочности, а загадочность — это основание легенды. И когда появлялись прозвища, жестокости, совершенные этими ублюдками, оказывались в ореоле славы. Не успеешь оглянуться — про них уже выходят статьи в журналах, книги, телесериалы и даже фильмы. А ведь убийцы — отъявленные мерзавцы и чудовища. Их нужно запирать в темницах и выбрасывать ключи. А вместо этого они получают свет софитов и хоть и дурную, но славу. Это просто неправильно!

    Пресса окрестила насильника Клоуном — убийцей. Я терпеть не мог прозвища, потому что они создавались с единственной целью — привнести дух загадочности, а загадочность — это основание легенды. И когда появлялись прозвища, жестокости, совершенные этими ублюдками, оказывались в ореоле славы. Не успеешь оглянуться — про них уже выходят статьи в журналах, книги, телесериалы и даже фильмы. А ведь убийцы — отъявленные мерзавцы и чудовища. Их нужно запирать в темницах и выбрасывать ключи. А вместо этого они получают свет софитов и хоть и дурную, но славу. Это просто неправильно!

    — Джеймс Кэрол · книга
20. «

    Оружие в руках счастливого человека стреляет реже!

    Оружие в руках счастливого человека стреляет реже!