359 цитат про «вечность» — коротко и по делу

Тема «вечность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 359 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Так что же, мы, выходит, с тобой Боги, брат Хедин? — Да, — помолчав, ответил я. — И ты понимаешь, что это значит? — Да. Мы с тобой — пленники на невесть сколько тысячелетий, пока не появится некто, ещё более сильный или дерзкий, и не свергнет нас.

   — Так что же, мы, выходит, с тобой Боги, брат Хедин? — Да, — помолчав, ответил я. — И ты понимаешь, что это значит? — Да. Мы с тобой — пленники на невесть сколько тысячелетий, пока не появится некто, ещё более сильный или дерзкий, и не свергнет нас.

   — Ник Перумов · книга
2. «

   Смерть — это тошнотворная беспомощность и бесконечная боль тела, раздираемого на мелкие кусочки острыми зубами прожорливой вечности.

   Смерть — это тошнотворная беспомощность и бесконечная боль тела, раздираемого на мелкие кусочки острыми зубами прожорливой вечности.

   — Макс Фрай · книга
3. «

   Только не запрещай любить тебя вечно.

   Только не запрещай любить тебя вечно.
4. «

   – Только представь, – безжалостно продолжал Кроули. – Ты знаешь, что такое вечность? Знаешь, что такое вечность? Нет, скажи, ты знаешь, что такое вечность? Вот смотри: стоит большая скала, представил? В милю высотой. Огромная скала, высотой в милю, на краю Вселенной. И вот каждые тысячу лет – птичка. – Какая птичка? – с подозрением в голосе спросил Азирафель. – Такая птичка. И каждую тысячу лет. – Одна и та же птичка каждую тысячу лет? – Ну… да, – неуверенно сказал Кроули. – Нехилый возраст у птички… – Ладно. И каждую тысячу лет эта птичка летит… – Ковыляет. С трудом. – …летит к этой скале, и точит себе клюв… – Постой-ка. Не выйдет. Отсюда до края Вселенной просто куча… – ангел, шатаясь, помахал руками, чтобы показать, сколько именно, – куча чего только не! Вот… – А она все равно туда добирается, – настаивал Кроули. – Как?! – Неважно! – Наверно, на ракете, – сказал ангел. Кроули решил несколько ослабить напор. – Ладно, – сказал он. – Пусть так. Короче, эта птичка… – Но мы же говорим о крае Вселенной, – рассуждал Азирафель. – Так что если это ракета, тогда такая, из которой на другом конце вылезают твои потомки. Так что ты им должен об этом сказать: И, взойдя на гору, сделайте вот что… – Он неуверенно взглянул на Кроули. – Что им там делать? – Поточить клюв о камень, – подсказал Кроули. – Потом она летит обратно… – …в ракете… – А через тысячу лет она прилетает, и снова точит себе клюв, – скороговоркой выпалил Кроули. Над столом повисла особая, нетрезвая тишина. – Столько сил – только чтобы поточить клюв? – задумчиво произнес Азирафель. – Дослушай, – упорствовал Кроули. – Смысл в том, что когда птичка сточит скалу до основания…

   – Только представь, – безжалостно продолжал Кроули. – Ты знаешь, что такое вечность? Знаешь, что такое вечность? Нет, скажи, ты знаешь, что такое вечность? Вот смотри: стоит большая скала, представил? В милю высотой. Огромная скала, высотой в милю, на краю Вселенной. И вот каждые тысячу лет – птичка. – Какая птичка? – с подозрением в голосе спросил Азирафель. – Такая птичка. И каждую тысячу лет. – Одна и та же птичка каждую тысячу лет? – Ну… да, – неуверенно сказал Кроули. – Нехилый возраст у птички… – Ладно. И каждую тысячу лет эта птичка летит… – Ковыляет. С трудом. – …летит к этой скале, и точит себе клюв… – Постой-ка. Не выйдет. Отсюда до края Вселенной просто куча… – ангел, шатаясь, помахал руками, чтобы показать, сколько именно, – куча чего только не! Вот… – А она все равно туда добирается, – настаивал Кроули. – Как?! – Неважно! – Наверно, на ракете, – сказал ангел. Кроули решил несколько ослабить напор. – Ладно, – сказал он. – Пусть так. Короче, эта птичка… – Но мы же говорим о крае Вселенной, – рассуждал Азирафель. – Так что если это ракета, тогда такая, из которой на другом конце вылезают твои потомки. Так что ты им должен об этом сказать: И, взойдя на гору, сделайте вот что… – Он неуверенно взглянул на Кроули. – Что им там делать? – Поточить клюв о камень, – подсказал Кроули. – Потом она летит обратно… – …в ракете… – А через тысячу лет она прилетает, и снова точит себе клюв, – скороговоркой выпалил Кроули. Над столом повисла особая, нетрезвая тишина. – Столько сил – только чтобы поточить клюв? – задумчиво произнес Азирафель. – Дослушай, – упорствовал Кроули. – Смысл в том, что когда птичка сточит скалу до основания…

   — Терри Пратчетт · книга
5. «

   Молчание глубоко, как Вечность; разговоры мелки, как Время.

   Молчание глубоко, как Вечность; разговоры мелки, как Время.

   — Томас Карлейль
6. «

   Уже во времена незапамятные, когда жили цари, чьи дворцы ныне отыскивают археологи, во времена, когда мифология сотворила своих полубогов, море вечерами набегало на берег с той самой жалобой, которая так часто будила во мне тревогу, столь же смутную, как эта жалоба.

   Уже во времена незапамятные, когда жили цари, чьи дворцы ныне отыскивают археологи, во времена, когда мифология сотворила своих полубогов, море вечерами набегало на берег с той самой жалобой, которая так часто будила во мне тревогу, столь же смутную, как эта жалоба.

   — Марсель Пруст · книга
7. «

   В нашей жизни нет ничего дороже времени, ибо это цена, за которую приобретается вечность.

   В нашей жизни нет ничего дороже времени, ибо это цена, за которую приобретается вечность.

   — Наталья Щерба · книга
8. «

   Того, кто заявит: «Любовь навсегда», Продинамь, это просто слова!

   Того, кто заявит: «Любовь навсегда», Продинамь, это просто слова!
9. «

   Шумел океан. Вечный и одинаковый <...>. Везде и всегда океан был свободным. В него могли лить отраву, в нём могли чертить границы. <...> А океан жил. Океан не помнил обид. Подобно небу, он верил в свободу, подобно небу — не терпел преград...

   Шумел океан. Вечный и одинаковый <...>. Везде и всегда океан был свободным. В него могли лить отраву, в нём могли чертить границы. <...> А океан жил. Океан не помнил обид. Подобно небу, он верил в свободу, подобно небу — не терпел преград...

   — Сергей Лукьяненко · книга
10. «

    — ... А мир вечен. — Неизменен? — Нет, вы меня не поняли. Не неизменен, но вечен. Материя неистребима. Поля наших мыслей неистребимы.

    — ... А мир вечен. — Неизменен? — Нет, вы меня не поняли. Не неизменен, но вечен. Материя неистребима. Поля наших мыслей неистребимы.

    — Владимир Цветков · книга
11. «

    Сила и власть имеют ценность лишь в мире смерти. Там, где всё вечно и нетленно, они никому не нужны. Всё, из чего состоит высшая сфера бытия, вечно. Духовная реальность не похожа на этот мир тревог и разочарований, где ни на что нельзя положиться и где тебя всюду ожидают обман и предательство. Духовный мир вечен, его обитатели не нуждаются ни в пище, ни отдыхе, ни лекарствах. Там нет нужды зарабатывать на хлеб насущный. Это не нужно в мире вечного и непреходящего. То, что здесь кажется проблемой, там не существует. Такова природа субъективной стороны бытия.

    Сила и власть имеют ценность лишь в мире смерти. Там, где всё вечно и нетленно, они никому не нужны. Всё, из чего состоит высшая сфера бытия, вечно. Духовная реальность не похожа на этот мир тревог и разочарований, где ни на что нельзя положиться и где тебя всюду ожидают обман и предательство. Духовный мир вечен, его обитатели не нуждаются ни в пище, ни отдыхе, ни лекарствах. Там нет нужды зарабатывать на хлеб насущный. Это не нужно в мире вечного и непреходящего. То, что здесь кажется проблемой, там не существует. Такова природа субъективной стороны бытия.

    — Шрила Бхакти Ракшак Шридхар Махарадж · книга
12. «

    — Мои способности не могут быть вечными, Хлоя. — И ладно... зато мы можем. Навсегда.

    — Мои способности не могут быть вечными, Хлоя. — И ладно... зато мы можем. Навсегда.

    — Максин Колфилд · игра
13. «

    Сомневайтесь в себе, и вы усомнитесь во всём, что вы видите. Судите себя, и вы увидите судей повсюду. Но услышьте звук собственного голоса, и поднимитесь над сомнениями и суждениями. И вы увидите вечность.

    Сомневайтесь в себе, и вы усомнитесь во всём, что вы видите. Судите себя, и вы увидите судей повсюду. Но услышьте звук собственного голоса, и поднимитесь над сомнениями и суждениями. И вы увидите вечность.

    — Нэнси Лопес
14. «

    Никто бы не возражал, Будь ему дарована вечная жизнь.

    Никто бы не возражал, Будь ему дарована вечная жизнь.
15. «

    Откройте окна и сердца свои откройте, И, пробудив в себе вселенскую беспечность, Взгляните, как с исписанной бумаги Сквозь призму времени на вас смотрела вечность.

    Откройте окна и сердца свои откройте, И, пробудив в себе вселенскую беспечность, Взгляните, как с исписанной бумаги Сквозь призму времени на вас смотрела вечность.

    — Аль Квотион
16. «

    И тот из нас блаженней, кто постиг сокрытый смысл гармонии великой - не тысячу оттенков, граней, ликов, а вечность, отразившуюся в них.

    И тот из нас блаженней, кто постиг сокрытый смысл гармонии великой - не тысячу оттенков, граней, ликов, а вечность, отразившуюся в них.

    — Ирина Василькова
17. «

    В мире временном, сущность которого — тлен, Не сдавайся вещам несущественным в плен. Сущим в мире считай только дух вездесущий, Чуждый всяких вещественных перемен.

    В мире временном, сущность которого — тлен, Не сдавайся вещам несущественным в плен. Сущим в мире считай только дух вездесущий, Чуждый всяких вещественных перемен.

    — Омар Хайям
18. «

    Мы думаем, что любовь — это просто любовь, а это дар неба. Кто постиг, тот обрел блаженство. Блажен тот, кто не променял блаженство, которое от неба, на удовольствие, которое от земли. Удовольствие — временная тень блаженства. А в блаженстве — тихая радость вечности.

    Мы думаем, что любовь — это просто любовь, а это дар неба. Кто постиг, тот обрел блаженство. Блажен тот, кто не променял блаженство, которое от неба, на удовольствие, которое от земли. Удовольствие — временная тень блаженства. А в блаженстве — тихая радость вечности.

    — Священник Константин Камышанов
19. «

    Я не собираюсь жить тысячу лет. Мне достаточно пережить сегодняшний день.

    Я не собираюсь жить тысячу лет. Мне достаточно пережить сегодняшний день.

    — Портгас Д. Эйс · аниме
20. «

    Странник, вечный странник и везде только странник.

    Странник, вечный странник и везде только странник.

    — Василий Розанов · книга