463 глубоких цитаты про «вечность»

Тема «вечность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 463 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Как бы вечность ни была бесконечна, она не может быть бессмертной. Смерть – это единственная возможность продолжения бесконечности и бытия. Вселенная освобождается от ошибок и экспериментов, человек – от грехов и самого себя.

   Как бы вечность ни была бесконечна, она не может быть бессмертной. Смерть – это единственная возможность продолжения бесконечности и бытия. Вселенная освобождается от ошибок и экспериментов, человек – от грехов и самого себя.

   — Джеймс Гудвин · книга
2. «

   Это страшное слово «вечность» Не сможет нас сделать чужими.

   Это страшное слово «вечность» Не сможет нас сделать чужими.
3. «

   Красота приводит нас в отчаяние, она — вечность, длящаяся мгновенье, а мы хотели бы продлить её навсегда.

   Красота приводит нас в отчаяние, она — вечность, длящаяся мгновенье, а мы хотели бы продлить её навсегда.

   — Альбер Камю · книга
4. «

   — Ты уничтожишь старую религию, тебя забудут, как и всех нас! — Этого боишься лишь ты. Я нерушимая скала, камни вечны, и я буду жить вечно, где-то на краю мечтаний...

   — Ты уничтожишь старую религию, тебя забудут, как и всех нас! — Этого боишься лишь ты. Я нерушимая скала, камни вечны, и я буду жить вечно, где-то на краю мечтаний...

   — Королева Маб (Queen Mab) · фильм
5. «

   Кидзуки по-прежнему семнадцать. Наоко по-прежнему двадцать один. Навсегда.

   Кидзуки по-прежнему семнадцать. Наоко по-прежнему двадцать один. Навсегда.

   — Харуки Мураками · книга
6. «

   Разумно ли верить в вечность жизни человеческого рода, невзирая на маловероятность? Да, если он сам верит в себя: в свою способность непрерывно процветать, и, главное, если претворяет свою веру в действительность.

   Разумно ли верить в вечность жизни человеческого рода, невзирая на маловероятность? Да, если он сам верит в себя: в свою способность непрерывно процветать, и, главное, если претворяет свою веру в действительность.
7. «

   Однажды я уже находился здесь. Когда это было? Вечность до, вечность спустя или вечность после?

   Однажды я уже находился здесь. Когда это было? Вечность до, вечность спустя или вечность после?

   — Алексей Пехов · книга
8. «

   Представьте, чем можно заниматься целую вечность? Посмотреть мир, выучить кучу языков. По сути, я пережил в своей жизни почти все, кроме самой смерти. К сожалению, мои близкие не бессмертны. Если вы видели, как ваши любимые люди уходят в мир иной, тогда вы бы меня поняли. Вечность не благословение, это проклятие.

   Представьте, чем можно заниматься целую вечность? Посмотреть мир, выучить кучу языков. По сути, я пережил в своей жизни почти все, кроме самой смерти. К сожалению, мои близкие не бессмертны. Если вы видели, как ваши любимые люди уходят в мир иной, тогда вы бы меня поняли. Вечность не благословение, это проклятие.

   — Доктор Генри Морган · сериал
9. «

   — В вечности, — заговорил он [святой Сильвестр], — мы живем по ту сторону пространства и времени. В вечности нет ни прошлого, ни будущего. Там следствие не обязательно идет после причины — они составляют вечно разделяющееся целое. И потому я уже сейчас могу подарить вам звук колокола, хотя прозвучит он позже — в полночь. Действие этого звука будет предшествовать его причине. Таково свойство многих даров вечности.

   — В вечности, — заговорил он [святой Сильвестр], — мы живем по ту сторону пространства и времени. В вечности нет ни прошлого, ни будущего. Там следствие не обязательно идет после причины — они составляют вечно разделяющееся целое. И потому я уже сейчас могу подарить вам звук колокола, хотя прозвучит он позже — в полночь. Действие этого звука будет предшествовать его причине. Таково свойство многих даров вечности.

   — Михаэль Энде · книга
10. «

    — И тут я их увидал, клянусь вам, увидал своими глазами! То было великое войско древних прерий-бизоны и буйволы! Полковник умолк; когда тишина стала невыносимой, он продолжал: — Головы-точно кулаки великана-негра, туловища как паровозы. Будто на западе выстрелили двадцать, пятьдесят, двести тысяч пушек, и снаряды сбились с пути и мчатся, рассыпая огненные искры, глаза у них как горящие угли, и вот сейчас они с грохотом канут в пустоту... Пыль взметнулась к небу, смотрю — развеваются гривы, проносятся горбатые спины — целое море, черные косматые волны вздымаются и опадают… «Стреляй! — кричит Поуни Билл. — Стреляй!» А я стою и думаю — я ж сейчас как божья кара… и гляжу, а мимо бешеным потоком мчится яростная силища, точно полночь среди дня, точно нескончаемая похоронная процессия, черная и сверкающая, горестная и невозвратимая, а разве можно стрелять в похоронную процессию, как вы скажете, ребята? Разве это можно? В тот час я хотел только одного — чтобы песок снова скрыл от меня эти черные, грозные силуэты судьбы, как они сталкиваются и бьются друг о друга в диком смятении. И представьте, ребята, пыль и правда осела и скрыла миллион копыт, которые подняли весь этот гром, вихрь и бурю. Поуни Билл, выругался да как стукнет меня по руке! Но я был рад, что не тронул эту тучу или силу, которая скрывалась в ней, ни единой крупинкой свинца. Так бы все и стоял и смотрел, как само время катит мимо на громадных колесах, под покровом бури, что подняли бизоны, и уносится вместе с ними в вечность.

    — И тут я их увидал, клянусь вам, увидал своими глазами! То было великое войско древних прерий-бизоны и буйволы! Полковник умолк; когда тишина стала невыносимой, он продолжал: — Головы-точно кулаки великана-негра, туловища как паровозы. Будто на западе выстрелили двадцать, пятьдесят, двести тысяч пушек, и снаряды сбились с пути и мчатся, рассыпая огненные искры, глаза у них как горящие угли, и вот сейчас они с грохотом канут в пустоту... Пыль взметнулась к небу, смотрю — развеваются гривы, проносятся горбатые спины — целое море, черные косматые волны вздымаются и опадают… «Стреляй! — кричит Поуни Билл. — Стреляй!» А я стою и думаю — я ж сейчас как божья кара… и гляжу, а мимо бешеным потоком мчится яростная силища, точно полночь среди дня, точно нескончаемая похоронная процессия, черная и сверкающая, горестная и невозвратимая, а разве можно стрелять в похоронную процессию, как вы скажете, ребята? Разве это можно? В тот час я хотел только одного — чтобы песок снова скрыл от меня эти черные, грозные силуэты судьбы, как они сталкиваются и бьются друг о друга в диком смятении. И представьте, ребята, пыль и правда осела и скрыла миллион копыт, которые подняли весь этот гром, вихрь и бурю. Поуни Билл, выругался да как стукнет меня по руке! Но я был рад, что не тронул эту тучу или силу, которая скрывалась в ней, ни единой крупинкой свинца. Так бы все и стоял и смотрел, как само время катит мимо на громадных колесах, под покровом бури, что подняли бизоны, и уносится вместе с ними в вечность.

    — Рэй Брэдбери · книга
11. «

    Слепец, кто вечности искал среди забот мирских, Глупец, кто верности искал среди сердец людских.

    Слепец, кто вечности искал среди забот мирских, Глупец, кто верности искал среди сердец людских.

    — Алишер Навои
12. «

    — Первый укус — весь твой, — сказал вампир. — Насладись им. Медленно. И помни, мы не причиняем людям боль. Мы благодарны им за бесценный дар, который помогает нам оставаться в этом мире. Боль мы причиняем лишь тем, кто стоит на пути к тому, чего мы хотим.

    — Первый укус — весь твой, — сказал вампир. — Насладись им. Медленно. И помни, мы не причиняем людям боль. Мы благодарны им за бесценный дар, который помогает нам оставаться в этом мире. Боль мы причиняем лишь тем, кто стоит на пути к тому, чего мы хотим.
13. «

    Нет страшнее наказания, чем одинокая вечность.

    Нет страшнее наказания, чем одинокая вечность.

    — Станислав Лем
14. «

    Вы, понимающие жизнь за пределами видимости, вы, тонко чувствующие этот мир, вы, последователи беспредельности, приходите ко мне, порассуждаем о вечности. Ну где же вы? ... Или опять что-то с транспортом?

    Вы, понимающие жизнь за пределами видимости, вы, тонко чувствующие этот мир, вы, последователи беспредельности, приходите ко мне, порассуждаем о вечности. Ну где же вы? ... Или опять что-то с транспортом?

    — Светлана Сурганова
15. «

    Вечность — это океан, в который впадает река Времени.

    Вечность — это океан, в который впадает река Времени.

    — Авессалом Подводный · книга
16. «

    – Он не может умереть. Он существует уже тысячи лет. Гердер покачал головой: – Это достаточно веская причина для смерти.

    – Он не может умереть. Он существует уже тысячи лет. Гердер покачал головой: – Это достаточно веская причина для смерти.

    — Терри Пратчетт · книга
17. «

    — Я думал, мы друзья навеки. — Вечность оказалась гораздо короче.

    — Я думал, мы друзья навеки. — Вечность оказалась гораздо короче.

    — Кирби Кигер · фильм
18. «

    Пыль и камни мостовой были словно драгоценное золото... Дети, скакавшие на улице, были живыми самоцветами. Я знал, что они не рождались и не умрут. Но все вещи вечно пребывали такими, какими есть, и на должном им месте. В свете дня была явлена вечность.

    Пыль и камни мостовой были словно драгоценное золото... Дети, скакавшие на улице, были живыми самоцветами. Я знал, что они не рождались и не умрут. Но все вещи вечно пребывали такими, какими есть, и на должном им месте. В свете дня была явлена вечность.

    — Кен Уилбер · книга
19. «

    — Я не верю в будущую жизнь, — сказал Раскольников. Свидригайлов сидел в задумчивости. — А что, если там одни пауки или что-нибудь в этом роде, — сказал он вдруг. «Это помешанный», — подумал Раскольников. — Нам вот всё представляется вечность как идея, которую понять нельзя, что-то огромное, огромное! Да почему же непременно огромное? И вдруг, вместо всего этого, представьте себе, будет там одна комнатка, эдак вроде деревенской бани, закоптелая, а по всем углам пауки, и вот и вся вечность. Мне, знаете, в этом роде иногда мерещится. — И неужели, неужели вам ничего не представляется утешительнее и справедливее этого! — с болезненным чувством вскрикнул Раскольников. — Справедливее? А почем знать, может быть, это и есть справедливое, и знаете, я бы так непременно нарочно сделал! — ответил Свидригайлов, неопределенно улыбаясь.

    — Я не верю в будущую жизнь, — сказал Раскольников. Свидригайлов сидел в задумчивости. — А что, если там одни пауки или что-нибудь в этом роде, — сказал он вдруг. «Это помешанный», — подумал Раскольников. — Нам вот всё представляется вечность как идея, которую понять нельзя, что-то огромное, огромное! Да почему же непременно огромное? И вдруг, вместо всего этого, представьте себе, будет там одна комнатка, эдак вроде деревенской бани, закоптелая, а по всем углам пауки, и вот и вся вечность. Мне, знаете, в этом роде иногда мерещится. — И неужели, неужели вам ничего не представляется утешительнее и справедливее этого! — с болезненным чувством вскрикнул Раскольников. — Справедливее? А почем знать, может быть, это и есть справедливое, и знаете, я бы так непременно нарочно сделал! — ответил Свидригайлов, неопределенно улыбаясь.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
20. «

    Горе, несчастья, ненависть — это все временно, зато добро, воспоминания и любовь — навечно.

    Горе, несчастья, ненависть — это все временно, зато добро, воспоминания и любовь — навечно.

    — Джордж Буш