127 цитат про «власть со смыслом»

Тема «власть со смыслом» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 127 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Можно сколько угодно извращать мораль но ублюдские поступки остаются ублюдскими. Справедливость есть воля и власть? Нет уж твои лживые идеи вместе с тобой сожрёт бездна.

   Можно сколько угодно извращать мораль но ублюдские поступки остаются ублюдскими. Справедливость есть воля и власть? Нет уж твои лживые идеи вместе с тобой сожрёт бездна.

   — Сэйги Акацука · аниме
2. «

   Патрик Бьюкенен – известный американский политик и публицист консервативного направления, автор шокирующего бестселлера «Смерть Запада», был советником трех американских президентов, участвовал в избирательных кампаниях республиканцев в 1992 и 1996 годах и сам баллотировался в президенты от реформистской партии в 2000 году. В новой книге Патрик Бьюкенен анализирует современную ситуацию, сложившуюся в США во внешней и внутренней политике, в экономике, культуре и социальной сфере, и приходит к неутешительным выводам о постигшем страну полном провале идей «мультикультурализма» и либерализма, кризисе христианства и медленном сокращении числа белого населения, постепенно сменяющегося афроамериканским, латиноамериканским и азиатским.

   Патрик Бьюкенен – известный американский политик и публицист консервативного направления, автор шокирующего бестселлера «Смерть Запада», был советником трех американских президентов, участвовал в избирательных кампаниях республиканцев в 1992 и 1996 годах и сам баллотировался в президенты от реформистской партии в 2000 году. В новой книге Патрик Бьюкенен анализирует современную ситуацию, сложившуюся в США во внешней и внутренней политике, в экономике, культуре и социальной сфере, и приходит к неутешительным выводам о постигшем страну полном провале идей «мультикультурализма» и либерализма, кризисе христианства и медленном сокращении числа белого населения, постепенно сменяющегося афроамериканским, латиноамериканским и азиатским.

   — Патрик Бьюкенен · книга
3. «

   Властвовать другим человеком можно, только властвуя собой.

   Властвовать другим человеком можно, только властвуя собой.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   Из всех страстей человеческих, после самолюбия, самая сильная, самая свирепая — властолюбие.

   Из всех страстей человеческих, после самолюбия, самая сильная, самая свирепая — властолюбие.

   — Виссарион Григорьевич Белинский
5. «

   Тот, кто стремится к абсолютной власти, платит за это самую горькую цену.

   Тот, кто стремится к абсолютной власти, платит за это самую горькую цену.

   — Наталья Щерба · книга
6. «

   Мир принадлежит терпеливым.

   Мир принадлежит терпеливым.

   — Итальянские пословицы и поговорки
7. «

   0001022. Государство сильно сознательностью масс. Противоположность со слабостью государства, я думаю, вы в состоянии продолжить сами, в примерах из истории.

   0001022. Государство сильно сознательностью масс. Противоположность со слабостью государства, я думаю, вы в состоянии продолжить сами, в примерах из истории.
8. «

   Властители всегда требуют не того, что заслужили, а того, что, по их мнению, им следует по их положению.

   Властители всегда требуют не того, что заслужили, а того, что, по их мнению, им следует по их положению.

   — Александр Дюма · книга
9. «

   Есть три узды, овладев которыми можно повести человечество к свету либо к тьме. Первая из них — сила, вторая — деньги, третья — слово Господне.

   Есть три узды, овладев которыми можно повести человечество к свету либо к тьме. Первая из них — сила, вторая — деньги, третья — слово Господне.

   — Роман Злотников · книга
10. «

    Люди напоминают соколов: у тех есть умение и возможности для полёта в небо, где можно быть свободными, лёгкими и ничем не связанными, однако порой птицы тоже живут в неволе — под нажимом или по собственной воле. Живя в Анатолии, Налан вблизи наблюдала, как соколы сидят на плечах своих хозяев и послушно ждут следующей команды или очередного лакомства. Свист соколятника — звук, заканчивающий свободу. А ещё она видела, как на этих величавых хищников надевали клобучок, чтобы они не боялись. Видеть — значит знать, а знать — страшно. Каждый соколятник уверен: чем меньше видит его птица, тем она спокойнее. Но под этим клобучком не существует направлений — небо и земля сливаются в единую полосу из чёрной парусины. Немного успокоившийся сокол всё равно нервничает, потому что удар может обрушиться в любой момент. Теперь, спустя годы, Налан казалось, что религия — равно как и власть, деньги, идеология и политика — действует точно как этот клобучок. Все суеверия, пророчества и веры словно лишают человека зрения, держат его под контролем, а в глубине души настолько сильно ослабляют его самооценку, что он начинает бояться всего, буквально всего.

    Люди напоминают соколов: у тех есть умение и возможности для полёта в небо, где можно быть свободными, лёгкими и ничем не связанными, однако порой птицы тоже живут в неволе — под нажимом или по собственной воле. Живя в Анатолии, Налан вблизи наблюдала, как соколы сидят на плечах своих хозяев и послушно ждут следующей команды или очередного лакомства. Свист соколятника — звук, заканчивающий свободу. А ещё она видела, как на этих величавых хищников надевали клобучок, чтобы они не боялись. Видеть — значит знать, а знать — страшно. Каждый соколятник уверен: чем меньше видит его птица, тем она спокойнее. Но под этим клобучком не существует направлений — небо и земля сливаются в единую полосу из чёрной парусины. Немного успокоившийся сокол всё равно нервничает, потому что удар может обрушиться в любой момент. Теперь, спустя годы, Налан казалось, что религия — равно как и власть, деньги, идеология и политика — действует точно как этот клобучок. Все суеверия, пророчества и веры словно лишают человека зрения, держат его под контролем, а в глубине души настолько сильно ослабляют его самооценку, что он начинает бояться всего, буквально всего.

    — Элиф Шафак · книга
11. «

    Она хорошо понимала то, чего не понимали многие варяжские князья: власть не может быть прочной и приносить славу, если не пустить корни в эту землю, не стать своим для ее жителей.

    Она хорошо понимала то, чего не понимали многие варяжские князья: власть не может быть прочной и приносить славу, если не пустить корни в эту землю, не стать своим для ее жителей.

    — Елизавета Дворецкая · книга
12. «

    Ведь мы, скорей всего бессознательно, свою власть над другими измеряем тем, как они относятся к нашему мнению о них, и начинаем ненавидеть тех, которые не поддаются нашему влиянию. Для человеческой гордости нет обиды сильнее.

    Ведь мы, скорей всего бессознательно, свою власть над другими измеряем тем, как они относятся к нашему мнению о них, и начинаем ненавидеть тех, которые не поддаются нашему влиянию. Для человеческой гордости нет обиды сильнее.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
13. «

    Я вижу близкую гибель того государства, где закон не имеет силы и находится под чьей-либо властью.

    Я вижу близкую гибель того государства, где закон не имеет силы и находится под чьей-либо властью.

    — Платон
14. «

    Быть благочестивым в произносимых словах труднее, чем быть благочестивым в том, что касается золота и серебра, а быть равнодушным к власти труднее, чем быть равнодушным к золоту и серебру, потому что люди готовы отдать их в стремлении к власти.

    Быть благочестивым в произносимых словах труднее, чем быть благочестивым в том, что касается золота и серебра, а быть равнодушным к власти труднее, чем быть равнодушным к золоту и серебру, потому что люди готовы отдать их в стремлении к власти.

    — Исхак ибн Халяф
15. «

    В любви у нас есть желание, страсть, потребность, но не власть.

    В любви у нас есть желание, страсть, потребность, но не власть.

    — Анна-Луиза Жермена де Сталь
16. «

    Свобода <...> состоит не в том, чтобы в государстве никогда не возникали неудовольствия и жалобы, а в том, чтобы они свободно выслушивались, серьезно обсуждались и быстро устранялись.

    Свобода <...> состоит не в том, чтобы в государстве никогда не возникали неудовольствия и жалобы, а в том, чтобы они свободно выслушивались, серьезно обсуждались и быстро устранялись.

    — Джон Мильтон
17. «

    — Берегись, — сказала женщина в красной лакированной маске. — Но чего? — Всего. И всех. Они будут приходить днем и ночью, чтобы посмотреть на чудо, вновь пришедшее в мир, а увидев, они его возжелают. Ибо драконы — это огонь, облеченный плотью, а огонь — это власть.

    — Берегись, — сказала женщина в красной лакированной маске. — Но чего? — Всего. И всех. Они будут приходить днем и ночью, чтобы посмотреть на чудо, вновь пришедшее в мир, а увидев, они его возжелают. Ибо драконы — это огонь, облеченный плотью, а огонь — это власть.

    — Джордж Мартин · книга
18. «

    Любовь, если можно любовью назвать Безумной похоти женской власть, Опасней чудовищ, страшнее бури.

    Любовь, если можно любовью назвать Безумной похоти женской власть, Опасней чудовищ, страшнее бури.

    — Эсхил
19. «

    Я не считаю безрассудно, Что власть земная спишет грех Гордыни той, что слаще всех;

    Я не считаю безрассудно, Что власть земная спишет грех Гордыни той, что слаще всех;

    — Эдгар Аллан По
20. «

    Оставь дьявола тем, кто нами правит. Думай о Боге.

    Оставь дьявола тем, кто нами правит. Думай о Боге.

    — Ромен Гари · книга