«воин» в 217 цитат

Собрали 217 цитат на тему «воин» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Не бойся, Сулейман, протяни руку к огню. Стань пеплом. Сгори. Истлей. Ты должен умереть, не умерев. Ты должен научиться этому. Ничто не сожжет тебя, ничто не сможет испепелить. Пусть ничто не сможет навредить нашим невинным сынам Героя. Суметь умереть, не умерев — значит быть вечно живым, Сулейман. Это значит полагаться на совесть, как на ориентир, Сулейман. Вернись, Сулейман. Вернись. Отведи своих детей домой, пока не замерзли они в воде, пока не сгорели в огне, пока не потерялись в буре. Уметь возвращаться — признак зрелости, Сулейман.

   Не бойся, Сулейман, протяни руку к огню. Стань пеплом. Сгори. Истлей. Ты должен умереть, не умерев. Ты должен научиться этому. Ничто не сожжет тебя, ничто не сможет испепелить. Пусть ничто не сможет навредить нашим невинным сынам Героя. Суметь умереть, не умерев — значит быть вечно живым, Сулейман. Это значит полагаться на совесть, как на ориентир, Сулейман. Вернись, Сулейман. Вернись. Отведи своих детей домой, пока не замерзли они в воде, пока не сгорели в огне, пока не потерялись в буре. Уметь возвращаться — признак зрелости, Сулейман.

   — Султан Сулейман I Великолепный · сериал
2. «

   Мы стоим как стоят постаменты, На могилах ушедших отцов. Мы учились забыть сантименты, И заглядывать смерти в лицо.

   Мы стоим как стоят постаменты, На могилах ушедших отцов. Мы учились забыть сантименты, И заглядывать смерти в лицо.
3. «

   Намерение воина сильнее любых препятствий.

   Намерение воина сильнее любых препятствий.

   — Карлос Кастанеда
4. «

   – Мне оправдываться перед ТОБОЙ, жалкая насмешка над судьбой воина?! Какая ты предводительница? Ты из шкуры вон лезла, поддерживая мир между племенами! Я бы положил конец этому позору! – И сколько воинов ты принёс бы в жертву своим кровожадным планам?

   – Мне оправдываться перед ТОБОЙ, жалкая насмешка над судьбой воина?! Какая ты предводительница? Ты из шкуры вон лезла, поддерживая мир между племенами! Я бы положил конец этому позору! – И сколько воинов ты принёс бы в жертву своим кровожадным планам?

   — Эрин Хантер · книга
5. «

   Даже великому воину необходим отдых. Постоянная борьба ослабляет нас не только физически но и духовно.

   Даже великому воину необходим отдых. Постоянная борьба ослабляет нас не только физически но и духовно.
6. «

   Путь — бесчувственный, но всегда найдутся воины с устремлениями, которые ни один бог не сможет поколебать.

   Путь — бесчувственный, но всегда найдутся воины с устремлениями, которые ни один бог не сможет поколебать.
7. «

   — Шаткий Тростник, — сказал он [вождь], обращаясь к молодому преступнику на его родном языке и называя его по имени, — хотя Великий Дух дал тебе привлекательную внешность, тем не менее было бы лучше, если бы ты не родился на свет. Твой голос громко раздается в деревне, в битве же он не слышен. Ни один из моих воинов не всаживает томагавка глубже, чем ты, в столб для военных упражнений. Но неприятель знает, как выглядит твоя спина, и никогда не видел, какого цвета твои глаза. Три раза тебя вызывали на бой, и три раза ты забывал дать ответ. Твоё имя никогда не будет произноситься людьми твоего племени — оно уже забыто.

   — Шаткий Тростник, — сказал он [вождь], обращаясь к молодому преступнику на его родном языке и называя его по имени, — хотя Великий Дух дал тебе привлекательную внешность, тем не менее было бы лучше, если бы ты не родился на свет. Твой голос громко раздается в деревне, в битве же он не слышен. Ни один из моих воинов не всаживает томагавка глубже, чем ты, в столб для военных упражнений. Но неприятель знает, как выглядит твоя спина, и никогда не видел, какого цвета твои глаза. Три раза тебя вызывали на бой, и три раза ты забывал дать ответ. Твоё имя никогда не будет произноситься людьми твоего племени — оно уже забыто.

   — Джеймс Фенимор Купер · книга
8. «

   Без сильного духа, презирающего смерть, рука воина не крепка в бою, глаз не меток, клинок не остер.

   Без сильного духа, презирающего смерть, рука воина не крепка в бою, глаз не меток, клинок не остер.

   — Илья Александрович Игин
9. «

   Некоторые, как Ситрик, могут сомневаться во мне, и я вас понимаю. Бывало, я сам сомневался в себе, но эти времена позади. Сейчас я лорд без богатств, без земли. Я не могу предложить вам серебро или стены, за которыми вы сможете жиреть. Последуете за мной, и я поведу вас суровым, тяжким путем, но этот путь ведет к тому единственному, чего жаждет истинный воин — известности. Идите за мной, и я дам вам меч и клятву, не важно сакс вы или дан, я клянусь, что буду защищать своей жизнью каждого из вас.

   Некоторые, как Ситрик, могут сомневаться во мне, и я вас понимаю. Бывало, я сам сомневался в себе, но эти времена позади. Сейчас я лорд без богатств, без земли. Я не могу предложить вам серебро или стены, за которыми вы сможете жиреть. Последуете за мной, и я поведу вас суровым, тяжким путем, но этот путь ведет к тому единственному, чего жаждет истинный воин — известности. Идите за мной, и я дам вам меч и клятву, не важно сакс вы или дан, я клянусь, что буду защищать своей жизнью каждого из вас.

   — Утред Беббанбургский · сериал
10. «

    Меч — изящное оружие для цивилизованного воина.

    Меч — изящное оружие для цивилизованного воина.

    — Гэндзи · игра
11. «

    Судя по тому, как сражаются твои воины, я мог бы прийти сюда и с женщинами.

    Судя по тому, как сражаются твои воины, я мог бы прийти сюда и с женщинами.

    — царь спартанцев Леонид · фильм
12. «

    Сначала надо победить, а после войны будет и совет.

    Сначала надо победить, а после войны будет и совет.

    — Александр Дюма · книга
13. «

    ... Слышу о тебе, начальственная мать, что ты не перестаешь унывать с тех пор, как начала горевать, получив весть о пострижении. Знай, что горе — как море. Чем более человек в него входит, тем более погружается. Подумай сама, какой безопаснее воин, вооруженный или не вооруженный, и какой крепче монах, постриженный или не постриженный. Искуситель имеет обычай все извращать и в настоящее время стал всех обольщать какою-то мнимой свободой. А безвременная свобода, по слову святого Исаака Сирина, приводит к горькому рабству. Враг не хочет, чтобы мы повиновались Богу и по воле Божией служителям Божиим, а добивается через мрачные и тонкие внушения того, чтобы хоть не явно и не ясно, а повиноваться ему.

    ... Слышу о тебе, начальственная мать, что ты не перестаешь унывать с тех пор, как начала горевать, получив весть о пострижении. Знай, что горе — как море. Чем более человек в него входит, тем более погружается. Подумай сама, какой безопаснее воин, вооруженный или не вооруженный, и какой крепче монах, постриженный или не постриженный. Искуситель имеет обычай все извращать и в настоящее время стал всех обольщать какою-то мнимой свободой. А безвременная свобода, по слову святого Исаака Сирина, приводит к горькому рабству. Враг не хочет, чтобы мы повиновались Богу и по воле Божией служителям Божиим, а добивается через мрачные и тонкие внушения того, чтобы хоть не явно и не ясно, а повиноваться ему.

    — Амвросий Оптинский
14. «

    Когда дело доходит до схватки, избравшие путь воинов должны думать только об уничтожении врага, подавлять сострадания и все человеческие чувства. Убивать всех, кто окажется на пути, даже если это будет сам Будда. Эта истина является основой основ боевого искусства.

    Когда дело доходит до схватки, избравшие путь воинов должны думать только об уничтожении врага, подавлять сострадания и все человеческие чувства. Убивать всех, кто окажется на пути, даже если это будет сам Будда. Эта истина является основой основ боевого искусства.

    — Хаттори Ханзо · фильм
15. «

    Я не биркебейнер, я такой же, как и вы — бедный фермер. Я пытаюсь обрабатывать груду камней, которую мы называем землей и молю Бога, чтобы семья пережила эту зиму. Биркебейнеры — слуги короля. Но встречались ли они с ним, с тем, кто отсиживается за стенами Нидароса, пока баглеры сжигают наши дома? Кто сидит на золотом троне, спит на шелковых простынях и сосет большой палец. Мы фермеры, а не воины, но мы сражаемся за то, что дорого нам, за наши семьи, за то, чтобы они выжили.

    Я не биркебейнер, я такой же, как и вы — бедный фермер. Я пытаюсь обрабатывать груду камней, которую мы называем землей и молю Бога, чтобы семья пережила эту зиму. Биркебейнеры — слуги короля. Но встречались ли они с ним, с тем, кто отсиживается за стенами Нидароса, пока баглеры сжигают наши дома? Кто сидит на золотом троне, спит на шелковых простынях и сосет большой палец. Мы фермеры, а не воины, но мы сражаемся за то, что дорого нам, за наши семьи, за то, чтобы они выжили.

    — Шервальд Скрукка · фильм
16. «

    Мёртвый не воскрес, хворый не загнулся, Зрячий не ослеп, спящий не проснулся. Весело стучали храбрые сердца… Отряд не заметил потери бойца.

    Мёртвый не воскрес, хворый не загнулся, Зрячий не ослеп, спящий не проснулся. Весело стучали храбрые сердца… Отряд не заметил потери бойца.
17. «

    Воин знает, что если пойдёт на войну, он умрёт, но он пойдёт ради того чтобы убить нескольких врагов.

    Воин знает, что если пойдёт на войну, он умрёт, но он пойдёт ради того чтобы убить нескольких врагов.
18. «

    Можно быть превосходным воином, однако же не выдержать испытания первой битвой.

    Можно быть превосходным воином, однако же не выдержать испытания первой битвой.

    — Джеймс Мик · книга
19. «

    Со всех сторон хорош воин, откуда ни погляди. Он и надёжа, верный защитник, мужчина среди мужчин. <...> За воинами стоят суровые Боги. Как скалы, растущие к небу из спокойной чёрной воды. Посмотришь, и дух зайдётся от страха, а не отвести глаз! Воины дарят себя Перуну, хозяину молний, на них пребывает грозная благодать. Бой для них — не простая сшибка из-за добычи, это — служение. И жертва, если понадобится...

    Со всех сторон хорош воин, откуда ни погляди. Он и надёжа, верный защитник, мужчина среди мужчин. <...> За воинами стоят суровые Боги. Как скалы, растущие к небу из спокойной чёрной воды. Посмотришь, и дух зайдётся от страха, а не отвести глаз! Воины дарят себя Перуну, хозяину молний, на них пребывает грозная благодать. Бой для них — не простая сшибка из-за добычи, это — служение. И жертва, если понадобится...

    — Мария Семенова · книга
20. «

    Истинный воин никому не позволит собой управлять. Даже собственным желаниям.

    Истинный воин никому не позволит собой управлять. Даже собственным желаниям.

    — Мария Семенова · книга