300 цитат про «войне со смыслом» от великих людей

Собрали 300 цитат на тему «войне со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   – Он говорит, сейчас война. Какой может быть стыд? – Скажи ему, что он ошибается. На войне обязательно надо быть порядочным. Куда более порядочным, чем в мирное время.

   – Он говорит, сейчас война. Какой может быть стыд? – Скажи ему, что он ошибается. На войне обязательно надо быть порядочным. Куда более порядочным, чем в мирное время.

   — Халед Хоссейни · книга
2. «

   Единственное, что может отменить войну навсегда, это изменение человеческой психики. У тех, кто, взлетев над Землёй, увидит её во всей красоте и хрупкости, психология будет меняться. Сначала это будут единицы, потом сотни, потом миллионы. Это будет уже совсем другая цивилизация, другое человечество. Они совсем по-новому оценят красоту земли, вкус каждой её ягоды...

   Единственное, что может отменить войну навсегда, это изменение человеческой психики. У тех, кто, взлетев над Землёй, увидит её во всей красоте и хрупкости, психология будет меняться. Сначала это будут единицы, потом сотни, потом миллионы. Это будет уже совсем другая цивилизация, другое человечество. Они совсем по-новому оценят красоту земли, вкус каждой её ягоды...

   — Евгений Евтушенко · книга
3. «

   В этой смерти никто не видел того важнейшего в этой жизни момента — окончания ее и возвращения к тому источнику, из которого она вышла, а виделось только молодечество лихого офицера, бросившегося с шашкой на горцев и отчаянно рубившего их. Хотя все, в особенности побывавшие в делах офицеры, знали и могли знать, что на войне тогда на Кавказе, да и никогда нигде не бывает той рубки врукопашную шашками, которая всегда предполагается и описывается (а если и бывает такая рукопашная шашками и штыками, то рубят и колют всегда только бегущих), эта фикция рукопашной признавалась офицерами и придавала им ту спокойную гордость и веселость, с которой они, одни в молодецких, другие, напротив, в самых скромных позах, сидели на барабанах, курили, пили и шутили, не заботясь о смерти, которая, так же как и Слепцова, могла всякую минуту постигнуть каждого из них.

   В этой смерти никто не видел того важнейшего в этой жизни момента — окончания ее и возвращения к тому источнику, из которого она вышла, а виделось только молодечество лихого офицера, бросившегося с шашкой на горцев и отчаянно рубившего их. Хотя все, в особенности побывавшие в делах офицеры, знали и могли знать, что на войне тогда на Кавказе, да и никогда нигде не бывает той рубки врукопашную шашками, которая всегда предполагается и описывается (а если и бывает такая рукопашная шашками и штыками, то рубят и колют всегда только бегущих), эта фикция рукопашной признавалась офицерами и придавала им ту спокойную гордость и веселость, с которой они, одни в молодецких, другие, напротив, в самых скромных позах, сидели на барабанах, курили, пили и шутили, не заботясь о смерти, которая, так же как и Слепцова, могла всякую минуту постигнуть каждого из них.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
4. «

   Старики развязывают войну, а умирать идут молодые.

   Старики развязывают войну, а умирать идут молодые.

   — Герберт Кларк Гувер
5. «

   Вспомни историю, люди всегда воевали. Проблема в том, что сейчас у нас есть оружие, способное уничтожить весь мир.

   Вспомни историю, люди всегда воевали. Проблема в том, что сейчас у нас есть оружие, способное уничтожить весь мир.

   — Стина Джексон · книга
6. «

   Такая вот судьба у той далёкой страны, Но ты малыш мой спи - смотри спокойно сны. Ведь это только сказка, правда в ней намёк, Выкидывайте карликов как только вышел срок...

   Такая вот судьба у той далёкой страны, Но ты малыш мой спи - смотри спокойно сны. Ведь это только сказка, правда в ней намёк, Выкидывайте карликов как только вышел срок...
7. «

   Пока нет войны, усмирять врагов нужно дарами; если же ополчились они на тебя, нельзя уклоняться. Терпенье и смиренье нужно иметь и для мира, и для войны.

   Пока нет войны, усмирять врагов нужно дарами; если же ополчились они на тебя, нельзя уклоняться. Терпенье и смиренье нужно иметь и для мира, и для войны.

   — Иоанн Златоуст
8. «

   На войне слышали об успехе при быстроте ее, даже при неискусности ее ведения, и не видели еще успеха при продолжительности ее, даже при искусности ее ведения.

   На войне слышали об успехе при быстроте ее, даже при неискусности ее ведения, и не видели еще успеха при продолжительности ее, даже при искусности ее ведения.

   — Сунь-Цзы · книга
9. «

   Если прицелилась, нужно стрелять — только так можно выжить. Другого не дано.

   Если прицелилась, нужно стрелять — только так можно выжить. Другого не дано.

   — Нанахара Сюя · фильм
10. «

    Если долгое время будешь держать в осаде какой-нибудь город, чтобы завоевать его и взять его, то не порти дерев его, от которых можно питаться, и не опустошай окрестностей, ибо дерево на поле не человек, чтобы могло уйти от тебя в укрепление;

    Если долгое время будешь держать в осаде какой-нибудь город, чтобы завоевать его и взять его, то не порти дерев его, от которых можно питаться, и не опустошай окрестностей, ибо дерево на поле не человек, чтобы могло уйти от тебя в укрепление;

    — Библия. Ветхий Завет. Второзаконие · книга
11. «

    — Я война, а не ярость, — напомнил он мне. — А есть разница? — Есть. Ярость всегда проигрывает.

    — Я война, а не ярость, — напомнил он мне. — А есть разница? — Есть. Ярость всегда проигрывает.

    — Алиса Дорн · книга
12. «

    Первое правило войны — обезглавь вражеские силы.

    Первое правило войны — обезглавь вражеские силы.

    — Слэйд Уилсон / Дэзстроук (Slade Wilson / Deathstroke) · игра
13. «

    Война — те же переговоры, только в другой форме. Ненависть — необязательный атрибут войны. Интересы же могут быть любыми: территория, ресурсы, идеология, религия, честь. Войны постоянно разгорались на подобной почве. А значит — война закончится, когда затеявшие её добьются желаемого. Или же... война закончится, когда число жертв слишком велико, чтобы оправдывать цель.

    Война — те же переговоры, только в другой форме. Ненависть — необязательный атрибут войны. Интересы же могут быть любыми: территория, ресурсы, идеология, религия, честь. Войны постоянно разгорались на подобной почве. А значит — война закончится, когда затеявшие её добьются желаемого. Или же... война закончится, когда число жертв слишком велико, чтобы оправдывать цель.

    — Инахо Кайдзука · аниме
14. «

    Уничтожить деньги — уничтожить войны.

    Уничтожить деньги — уничтожить войны.

    — Марк Фабий Квинтилиан
15. «

    Майкл! Вы только не верьте таким, как Стюарт! Это [Хельсинкские соглашения] их не остановит. Они на мир не пойдут. Не тешьте себя иллюзиями.

    Майкл! Вы только не верьте таким, как Стюарт! Это [Хельсинкские соглашения] их не остановит. Они на мир не пойдут. Не тешьте себя иллюзиями.

    — Чарльз Брайт · фильм
16. «

    — Не всё людям надо знать! Так им легче... — В военном деле... В военном деле часто случается так, что нельзя говорить правду. Но если есть хоть малейшая возможность сказать её, то её надо сказать. <...> Видите ли, если человек идёт со мной не зная правды, то в трудную минуту я не смогу на него рассчитывать, а если, зная всё, он остаётся со мной, то останется со мной до конца.

    — Не всё людям надо знать! Так им легче... — В военном деле... В военном деле часто случается так, что нельзя говорить правду. Но если есть хоть малейшая возможность сказать её, то её надо сказать. <...> Видите ли, если человек идёт со мной не зная правды, то в трудную минуту я не смогу на него рассчитывать, а если, зная всё, он остаётся со мной, то останется со мной до конца.

    — Гонта · фильм
17. «

    Чтобы не сойти с ума от одиночества, я решил вести как можно более упорядоченный образ жизни. Со мной по-прежнему были мои часы, — довоенная «Омега», которую вместе с авторучкой — моим единственным богатством — берег как зеницу ока. По этим часам, которые всегда аккуратно заводил, я составил себе план занятий. В течение всего дня я лежал без движения, чтобы экономить тот ничтожный запас сил, который еще оставался. Только раз около полудня я протягивал руку и брал лежащие рядом сухари и чашку с водой. Таков был скудный рацион. С утра и до этого «обеда» я восстанавливал в памяти такт за тактом все произведения, которые когда-либо играл.

    Чтобы не сойти с ума от одиночества, я решил вести как можно более упорядоченный образ жизни. Со мной по-прежнему были мои часы, — довоенная «Омега», которую вместе с авторучкой — моим единственным богатством — берег как зеницу ока. По этим часам, которые всегда аккуратно заводил, я составил себе план занятий. В течение всего дня я лежал без движения, чтобы экономить тот ничтожный запас сил, который еще оставался. Только раз около полудня я протягивал руку и брал лежащие рядом сухари и чашку с водой. Таков был скудный рацион. С утра и до этого «обеда» я восстанавливал в памяти такт за тактом все произведения, которые когда-либо играл.

    — Владислав Шпильман · книга
18. «

    Командир на меня кричит... Он сам знает, что я не смогу ответить ему. Так как только что моя левая нога улетела над его головой в расстоянии нескольких сантиметров. Смерть всегда было над нами. В каждом вдохе воздуха... В каждом выпитом глотке... В каждой нашей улыбке... В каждом нашем шаге. Нашим другом, нашей любовью была смерть. Теперь мы встретились. Но я рад своему состоянию. А остальные?

    Командир на меня кричит... Он сам знает, что я не смогу ответить ему. Так как только что моя левая нога улетела над его головой в расстоянии нескольких сантиметров. Смерть всегда было над нами. В каждом вдохе воздуха... В каждом выпитом глотке... В каждой нашей улыбке... В каждом нашем шаге. Нашим другом, нашей любовью была смерть. Теперь мы встретились. Но я рад своему состоянию. А остальные?
19. «

    Месяца через два, отступая, я поднял на мостовой книгу Хемингуэя, выброшенную взрывной волной из библиотеки РайОНО. Перелистывая страницы, я нашел в ней слова, которые показались мне тогда подлинной и обнаженной «правдой» войны: «Кадровые офицеры нужны для парадов, а когда нужно лежать в окопах и стрелять, то это делают купцы, бухгалтера, учителя, музыканты и дантисты».

    Месяца через два, отступая, я поднял на мостовой книгу Хемингуэя, выброшенную взрывной волной из библиотеки РайОНО. Перелистывая страницы, я нашел в ней слова, которые показались мне тогда подлинной и обнаженной «правдой» войны: «Кадровые офицеры нужны для парадов, а когда нужно лежать в окопах и стрелять, то это делают купцы, бухгалтера, учителя, музыканты и дантисты».

    — Петр Петрович Вершигора · книга
20. «

    — Кто бы их не вёл, он не дурак. — Напротив, это была лишь счастливая случайность. Они деревенщины, не более того. Деревенщины и варвары. Кем же и быть еще? — Если ли бы правонаследие единственным, что нужно для победы в битве, вы бы нашли войну весьма скучной.

    — Кто бы их не вёл, он не дурак. — Напротив, это была лишь счастливая случайность. Они деревенщины, не более того. Деревенщины и варвары. Кем же и быть еще? — Если ли бы правонаследие единственным, что нужно для победы в битве, вы бы нашли войну весьма скучной.

    — Ради Ягер · игра