49 цитат про «Красивые цитаты о войне» — большая подборка

Тема «Красивые цитаты о войне» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 49 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Мать придавала большое значение общим трапезам — это был ее способ нас поддерживать. Она следила за тем, чтобы стол, накрытый чистой скатертью и салфетками, был красиво сервирован. Прежде чем сесть за стол, мать смотрелась в зеркало, проверяя, элегантный ли у нее вид, слегка пудрилась, поправляла волосы и нервным движением рук разглаживала платье. Но как было разгладить морщины вокруг глаз, которые с каждым месяцем становились все глубже?

   Мать придавала большое значение общим трапезам — это был ее способ нас поддерживать. Она следила за тем, чтобы стол, накрытый чистой скатертью и салфетками, был красиво сервирован. Прежде чем сесть за стол, мать смотрелась в зеркало, проверяя, элегантный ли у нее вид, слегка пудрилась, поправляла волосы и нервным движением рук разглаживала платье. Но как было разгладить морщины вокруг глаз, которые с каждым месяцем становились все глубже?

   — Владислав Шпильман · книга
2. «

   Девианты, поразительные создания, идеальные существа с безграничным интеллектом, обрели свою волю. Машины лучше нас во всём и война с ними неизбежна. Величайшее достижение человечества, грозит стать его гибелью, хм, какая ирония.

   Девианты, поразительные создания, идеальные существа с безграничным интеллектом, обрели свою волю. Машины лучше нас во всём и война с ними неизбежна. Величайшее достижение человечества, грозит стать его гибелью, хм, какая ирония.

   — Элайджа Камски · игра
3. «

   — Вот лакомство о котором можно только мечтать. Какая редка удача, полакомится сыном короля. Муфаса не указ мне! — Ты не посеешь тронуть меня! Я будущий король! — Иш раскомандовался. Отцовский нрав, таже порода. Интересно чего эта храбрость стоит?! — Даже не думай Шензи! Дети сделали глупость, дичайшую глупость. Воспользуешься этим и тебя ждёт война с Муфасой! — Гиены враждуют со львами с начало времён. А род Муфасы закончится здесь и сейчас!

   — Вот лакомство о котором можно только мечтать. Какая редка удача, полакомится сыном короля. Муфаса не указ мне! — Ты не посеешь тронуть меня! Я будущий король! — Иш раскомандовался. Отцовский нрав, таже порода. Интересно чего эта храбрость стоит?! — Даже не думай Шензи! Дети сделали глупость, дичайшую глупость. Воспользуешься этим и тебя ждёт война с Муфасой! — Гиены враждуют со львами с начало времён. А род Муфасы закончится здесь и сейчас!

   — Шензи · мультфильм
4. «

   С берез, неслышен, невесом, Слетает желтый лист. Старинный вальс «Осенний сон» Играет гармонист.

   С берез, неслышен, невесом, Слетает желтый лист. Старинный вальс «Осенний сон» Играет гармонист.

   — Михаил Васильевич Исаковский
5. «

   Угасающий день был прекрасен! Солнце уже скрылось за домами, но его багряные отблески еще лежали на крышах домов и отражались в окнах верхних этажей. Ласточки чертили в небе, чья глубокая синева постепенно блекла, остывая. Толпа на улице редела, а золотистый и розово-багряный свет этого вечера делал ее не такой грязной и несчастной.

   Угасающий день был прекрасен! Солнце уже скрылось за домами, но его багряные отблески еще лежали на крышах домов и отражались в окнах верхних этажей. Ласточки чертили в небе, чья глубокая синева постепенно блекла, остывая. Толпа на улице редела, а золотистый и розово-багряный свет этого вечера делал ее не такой грязной и несчастной.

   — Владислав Шпильман · книга
6. «

   Воздух… Воздух…

   Воздух… Воздух…

   — Георгий Свиридов · книга
7. «

   Весной стало ясно, что война неизбежна. Её чуяли, как чуют пожар задолго до того, как увидят его. Лишь мировая дипломатия беспомощно закрывала глаза и предавалась несбыточным метаниям — о втором и третьем Мюнхене, обо всём, только не о войне. Никогда вера в чудо не была так велика, как в наше время, когда никаких чудес уже не случается.

   Весной стало ясно, что война неизбежна. Её чуяли, как чуют пожар задолго до того, как увидят его. Лишь мировая дипломатия беспомощно закрывала глаза и предавалась несбыточным метаниям — о втором и третьем Мюнхене, обо всём, только не о войне. Никогда вера в чудо не была так велика, как в наше время, когда никаких чудес уже не случается.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Сегодня день Большой Победы, Над злым фашизмом и врагом. За мир сражались наши деды, Чтоб мы могли иметь свой дом.

   Сегодня день Большой Победы, Над злым фашизмом и врагом. За мир сражались наши деды, Чтоб мы могли иметь свой дом.
9. «

   Право же, ни к чему разговоры вести понапрасну - все вопросы решить может только меч самурайский, только этот клинок заветный!..

   Право же, ни к чему разговоры вести понапрасну - все вопросы решить может только меч самурайский, только этот клинок заветный!..

   — Ёсано Тэккан
10. «

    Иногда я слышу: сколько можно писать о войне? Да, я думала о том, что знание, которым наполняю блокноты, нагружаю свою душу, тяжело и невыносимо для человека. У нас, живущих в такой усовершенствованный технический век, что нам грозит уже не одна из войн, подобных тем, которые знало человечество, а экологическая катастрофа, осталась надежда, что самое сильное оружие, самое непобедимое — человеческая память. Память! Но какие сложные, какие запутанные её линии, её чертежи! — всё больше убеждаюсь с каждым днём поиска. Куда посложнее чертежей самой адской машины, которую изобрели или хотят изобрести, чтобы убивать уже не сотни, не тысячи, а сразу миллионы человек, и вместе с ними их память, эту нематериальную материю, без которой мы, люди, перестали бы быть людьми. Как уловить её, овеществить в слове?

    Иногда я слышу: сколько можно писать о войне? Да, я думала о том, что знание, которым наполняю блокноты, нагружаю свою душу, тяжело и невыносимо для человека. У нас, живущих в такой усовершенствованный технический век, что нам грозит уже не одна из войн, подобных тем, которые знало человечество, а экологическая катастрофа, осталась надежда, что самое сильное оружие, самое непобедимое — человеческая память. Память! Но какие сложные, какие запутанные её линии, её чертежи! — всё больше убеждаюсь с каждым днём поиска. Куда посложнее чертежей самой адской машины, которую изобрели или хотят изобрести, чтобы убивать уже не сотни, не тысячи, а сразу миллионы человек, и вместе с ними их память, эту нематериальную материю, без которой мы, люди, перестали бы быть людьми. Как уловить её, овеществить в слове?

    — Светлана Алексиевич · книга
11. «

    Пусть глупый держит за мальчишек нас, Дурак смеется за спиной, Но выполняли мы любой приказ, Ведя солдат в неравный бой. Подняв себя в атаку первыми, Бросали юные тела, А сколь под звездами фанерными Лежит нас с Буга до Днепра.

    Пусть глупый держит за мальчишек нас, Дурак смеется за спиной, Но выполняли мы любой приказ, Ведя солдат в неравный бой. Подняв себя в атаку первыми, Бросали юные тела, А сколь под звездами фанерными Лежит нас с Буга до Днепра.
12. «

    В конце концов, все будет хорошо, с нами или без нас, — без тех, кто погиб, — мы уже на том свете.

    В конце концов, все будет хорошо, с нами или без нас, — без тех, кто погиб, — мы уже на том свете.
13. «

    Этот запах... Я хочу вдыхать аромат роз. Запах крови и пороха душит меня. Земля, деревья, птицы, не молчите. Пойте о моей победе. Это — истинная победа. Наша кровь пролилась на землю, и прах наш развеялся во имя Создателя. Дул ветер и всё еще дует. Ангел, что справа от меня. Дьявол, что слева — услышьте мой голос. Помоги мне, Всевышний, я не могу остановить смерть.

    Этот запах... Я хочу вдыхать аромат роз. Запах крови и пороха душит меня. Земля, деревья, птицы, не молчите. Пойте о моей победе. Это — истинная победа. Наша кровь пролилась на землю, и прах наш развеялся во имя Создателя. Дул ветер и всё еще дует. Ангел, что справа от меня. Дьявол, что слева — услышьте мой голос. Помоги мне, Всевышний, я не могу остановить смерть.

    — Султан Сулейман I Великолепный · сериал
14. «

    У входа в подвал стоял невероятно худой, уже не имевший возраста человек. Он был без шапки, длинные седые волосы касались плеч. Кирпичная пыль въелась в перетянутый ремнем ватник, сквозь дыры на брюках виднелись голые, распухшие, покрытые давно засохшей кровью колени. Из разбитых, с отвалившимися головками сапог торчали чудовищно раздутые черные отмороженные пальцы. Он стоял, строго выпрямившись, высоко вскинув голову, и, не отрываясь, смотрел на солнце ослепшими глазами. И из этих немигающих пристальных глаз неудержимо текли слезы.

    У входа в подвал стоял невероятно худой, уже не имевший возраста человек. Он был без шапки, длинные седые волосы касались плеч. Кирпичная пыль въелась в перетянутый ремнем ватник, сквозь дыры на брюках виднелись голые, распухшие, покрытые давно засохшей кровью колени. Из разбитых, с отвалившимися головками сапог торчали чудовищно раздутые черные отмороженные пальцы. Он стоял, строго выпрямившись, высоко вскинув голову, и, не отрываясь, смотрел на солнце ослепшими глазами. И из этих немигающих пристальных глаз неудержимо текли слезы.

    — Борис Васильев · книга
15. «

    Как собака на цепи тяжелой, Тявкает за лесом пулемет, И жужжат шрапнели, словно пчелы, Собирая ярко-красный мед.

    Как собака на цепи тяжелой, Тявкает за лесом пулемет, И жужжат шрапнели, словно пчелы, Собирая ярко-красный мед.

    — Николай Степанович Гумилёв
16. «

    Товарищ Спиридонов, тут и Кутузова, и Ленина, и геройскую звезду дают за то, чтоб побольше набить народу. Сколько наколотили и наших, и ихних. Какую же звезду — наверное, кило на два — надо вашей дочке дать, что она в такой каторге жизнь новую принесла.

    Товарищ Спиридонов, тут и Кутузова, и Ленина, и геройскую звезду дают за то, чтоб побольше набить народу. Сколько наколотили и наших, и ихних. Какую же звезду — наверное, кило на два — надо вашей дочке дать, что она в такой каторге жизнь новую принесла.

    — Василий Гроссман · книга
17. «

    Это были трудные тридцать лет; Я растил империю, а не сына. Результат бесспорный моих побед - Сильный Барраяр и свободный ныне.

    Это были трудные тридцать лет; Я растил империю, а не сына. Результат бесспорный моих побед - Сильный Барраяр и свободный ныне.
18. «

    Ой, пришла беда в землю отчую, Похваляяся, шли враги на Русь. И таким большим было их число, Что его пока не придумали.

    Ой, пришла беда в землю отчую, Похваляяся, шли враги на Русь. И таким большим было их число, Что его пока не придумали.

    — Голос за кадром · фильм
19. «

    Для драки всегда можно найти хороший повод, но для этой войны я бы не назвал их хорошими. Какая разница, какому богу ты молишься. Для войны нужен более существенный повод.

    Для драки всегда можно найти хороший повод, но для этой войны я бы не назвал их хорошими. Какая разница, какому богу ты молишься. Для войны нужен более существенный повод.

    — Вилкас, один из Соратников · игра
20. «

    Когда кругом царит разрушение, искусство приобретает еще более важное значение.

    Когда кругом царит разрушение, искусство приобретает еще более важное значение.