234 сильных цитаты: «война»

234 цитаты про «война»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Мы должны быть достаточно сильны, чтобы выиграть войну, и достаточно мудры, чтобы ее избежать.

   Мы должны быть достаточно сильны, чтобы выиграть войну, и достаточно мудры, чтобы ее избежать.

   — Линдон Джонсон
2. «

   Война — это по большей части каталог грубых ошибок.

   Война — это по большей части каталог грубых ошибок.

   — Уинстон Черчилль
3. «

   Умираю, но не сдаюсь.

   Умираю, но не сдаюсь.

   — Брестская крепость · фильм
4. «

   Религия и война сочетаются так же хорошо, как сухая трава и горящий факел.

   Религия и война сочетаются так же хорошо, как сухая трава и горящий факел.
5. «

   Если воюют торговцы оружием, боеприпасы никогда не кончаются.

   Если воюют торговцы оружием, боеприпасы никогда не кончаются.

   — Симеон Вайс · фильм
6. «

   Во времена моей молодости, которая прошла в Нью-Йорке, я отказался произносить клятву верности флагу. Естественно, меня направили в кабинет директора, который спросил: «Почему ты не хочешь принести клятву верности? Ведь все это делают!» Я ответил: «Когда-то все верили, что Земля плоская, но это не значит, что так оно и есть». Я объяснил, что своими достижениями Америка обязана другим культурам и народам, и я бы предпочел принести клятву верности Земле и всем её обитателям. Излишне говорить, что вскоре после этого я бросил школу и оборудовал у себя в комнате лабораторию, где приступил к изучению естествознания и других наук. И тогда я понял, что Вселенная подчиняется законам, и что человек, как и само общество, не являются исключением. Затем, в 1929 году произошел биржевой крах, который стал началом того, что сейчас называют Великой депрессией. Я не мог понять, почему миллионы людей остались без работы, потеряли жильё и были вынуждены голодать, тогда как заводы простаивали, и ресурсы были по-прежнему доступны. Именно тогда я осознал, что правила экономической игры в своей основе ошибочны. Вскоре после этого началась Вторая мировая война, в ходе которой многие страны последовательно уничтожали друг друга. По окончании войны я подсчитал, что все израсходованные на разрушения средства и ресурсы могли бы легко обеспечить всем необходимым каждого человека на планете. С тех пор я наблюдаю, как человечество роет себе могилу. Как постоянно растрачиваются и уничтожаются бесценные исчерпаемые ресурсы во имя прибыли и свободного рынка. Я наблюдаю, как социальные ценности сводятся к искусственному материализму и бездумному потреблению. И как финансовые силы контролируют политическую систему якобы свободного общества. Сейчас мне 94 года. Боюсь, что моё отношение к этому осталось таким же, как и 75 лет назад. Пора прекратить это безумие.

   Во времена моей молодости, которая прошла в Нью-Йорке, я отказался произносить клятву верности флагу. Естественно, меня направили в кабинет директора, который спросил: «Почему ты не хочешь принести клятву верности? Ведь все это делают!» Я ответил: «Когда-то все верили, что Земля плоская, но это не значит, что так оно и есть». Я объяснил, что своими достижениями Америка обязана другим культурам и народам, и я бы предпочел принести клятву верности Земле и всем её обитателям. Излишне говорить, что вскоре после этого я бросил школу и оборудовал у себя в комнате лабораторию, где приступил к изучению естествознания и других наук. И тогда я понял, что Вселенная подчиняется законам, и что человек, как и само общество, не являются исключением. Затем, в 1929 году произошел биржевой крах, который стал началом того, что сейчас называют Великой депрессией. Я не мог понять, почему миллионы людей остались без работы, потеряли жильё и были вынуждены голодать, тогда как заводы простаивали, и ресурсы были по-прежнему доступны. Именно тогда я осознал, что правила экономической игры в своей основе ошибочны. Вскоре после этого началась Вторая мировая война, в ходе которой многие страны последовательно уничтожали друг друга. По окончании войны я подсчитал, что все израсходованные на разрушения средства и ресурсы могли бы легко обеспечить всем необходимым каждого человека на планете. С тех пор я наблюдаю, как человечество роет себе могилу. Как постоянно растрачиваются и уничтожаются бесценные исчерпаемые ресурсы во имя прибыли и свободного рынка. Я наблюдаю, как социальные ценности сводятся к искусственному материализму и бездумному потреблению. И как финансовые силы контролируют политическую систему якобы свободного общества. Сейчас мне 94 года. Боюсь, что моё отношение к этому осталось таким же, как и 75 лет назад. Пора прекратить это безумие.

   — Жак Фреско
7. «

   — Какой тяжелый год! — Знаете почему? Потому что високосный. Следующий будет счастливым, вот увидите! Следующим был тысяча девятьсот сорок первый.

   — Какой тяжелый год! — Знаете почему? Потому что високосный. Следующий будет счастливым, вот увидите! Следующим был тысяча девятьсот сорок первый.

   — Борис Васильев · книга
8. «

   Горе тому государственному деятелю, который не позаботится найти такое основание для войны, которое и после войны еще сохранит свое значение.

   Горе тому государственному деятелю, который не позаботится найти такое основание для войны, которое и после войны еще сохранит свое значение.

   — Отто фон Бисмарк
9. «

   Даже вымуштрованный солдат впадает в панику, когда неожиданно получает тяжелое ранение. Это не редкость.

   Даже вымуштрованный солдат впадает в панику, когда неожиданно получает тяжелое ранение. Это не редкость.
10. «

    Если за каждого погибшего во второй мировой войне объявить минуту молчания, мир молчал бы 50 лет.

    Если за каждого погибшего во второй мировой войне объявить минуту молчания, мир молчал бы 50 лет.
11. «

    — Была война. Мы проиграли. — Война с кем? (Доктор не отвечает с задумчивым видом) А твой народ? — Я — Повелитель Времени. Я — последний из Повелителей Времени. Их больше нет. Я — единственный оставшийся в живых. Я путешествую один, потому что больше никого нет. — Есть я.

    — Была война. Мы проиграли. — Война с кем? (Доктор не отвечает с задумчивым видом) А твой народ? — Я — Повелитель Времени. Я — последний из Повелителей Времени. Их больше нет. Я — единственный оставшийся в живых. Я путешествую один, потому что больше никого нет. — Есть я.

    — 9 Доктор · сериал
12. «

    Кропп — философ. Он предлагает, чтобы при объявлении войны устраивалось нечто вроде народного празднества, с музыкой и с входными билетами, как во время боя быков. Затем на арену должны выйти министры и генералы враждующих стран, в трусиках, вооруженные дубинками, и пусть они схватятся друг с другом. Кто останется в живых, объявит свою страну победительницей. Это было бы проще и справедливее, чем то, что делается здесь, где друг с другом воюют совсем не те люди.

    Кропп — философ. Он предлагает, чтобы при объявлении войны устраивалось нечто вроде народного празднества, с музыкой и с входными билетами, как во время боя быков. Затем на арену должны выйти министры и генералы враждующих стран, в трусиках, вооруженные дубинками, и пусть они схватятся друг с другом. Кто останется в живых, объявит свою страну победительницей. Это было бы проще и справедливее, чем то, что делается здесь, где друг с другом воюют совсем не те люди.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    Где елей искалеченные руки Взывали к мщенью — зеленеет ель, И там, где сердце ныло от разлуки,— Там мать поет, качая колыбель.

    Где елей искалеченные руки Взывали к мщенью — зеленеет ель, И там, где сердце ныло от разлуки,— Там мать поет, качая колыбель.

    — Анна Андреевна Ахматова
14. «

    Кто знает, для какой войны он рождён!

    Кто знает, для какой войны он рождён!

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    ... У людей, которые воюют, нервы всегда на взводе. Можно быть героем в сражении, но потом станешь психовать из-за того, что тебе в миске с супом попался чей-то волос...

    ... У людей, которые воюют, нервы всегда на взводе. Можно быть героем в сражении, но потом станешь психовать из-за того, что тебе в миске с супом попался чей-то волос...

    — Валентин Пикуль · книга
16. «

    Любое патриархальное общество или готовится к войне, или воюет, или восстанавливается после войны.

    Любое патриархальное общество или готовится к войне, или воюет, или восстанавливается после войны.

    — Джордж Карлин
17. «

    — И момент настал! Пальцы над кнопками! Вам сегодня везет? Готовы начать игру? Кто будет быстрее? Кто будет удачливее? — Это не игра! — Да, это не игра, дорогуша, я говорю это искренне! — Почему ты это делаешь? — Да, я бы тоже хотела узнать. Ты подстроил это. Зачем? — Потому что это не игра, Кейт! Это масштабная модель войны! Любая война на свете сейчас перед вами! Потому что всегда одно и то же. Делая первый выстрел, несмотря на то, какими бы правыми вы себя не считали, вы не знаете, кто погибнет! Вы не знаете, чьи дети будут кричать и гореть! Сколько сердец будет разбито! Сколько жизней погублено! Сколько крови прольется, пока воюющие не сделают то, что стоило сделать с самого начала – сесть за стол переговоров!

    — И момент настал! Пальцы над кнопками! Вам сегодня везет? Готовы начать игру? Кто будет быстрее? Кто будет удачливее? — Это не игра! — Да, это не игра, дорогуша, я говорю это искренне! — Почему ты это делаешь? — Да, я бы тоже хотела узнать. Ты подстроил это. Зачем? — Потому что это не игра, Кейт! Это масштабная модель войны! Любая война на свете сейчас перед вами! Потому что всегда одно и то же. Делая первый выстрел, несмотря на то, какими бы правыми вы себя не считали, вы не знаете, кто погибнет! Вы не знаете, чьи дети будут кричать и гореть! Сколько сердец будет разбито! Сколько жизней погублено! Сколько крови прольется, пока воюющие не сделают то, что стоило сделать с самого начала – сесть за стол переговоров!

    — 12 Доктор · сериал
18. «

    Героизм по команде, бессмысленная жестокость и омерзительная бессмысленность, называющаяся патриотизмом — как сильно я ненавижу все это, какой низкой и подлой является война.

    Героизм по команде, бессмысленная жестокость и омерзительная бессмысленность, называющаяся патриотизмом — как сильно я ненавижу все это, какой низкой и подлой является война.

    — Альберт Эйнштейн · книга
19. «

    — Дед, не умирай, слышишь?! — Мне можно, я старый. Одно жалко — знать бы, когда война кончится... — Весной кончится. — Больно ты скорый сынок, до весны нам немцев не погнать. — Весной 45-го. Я точно знаю! Мы эту Победу никогда не забудем, дед, понимаешь! Для нас 9 мая — самый главный праздник будет! Важнее Нового года. И Ветераны каждый год будут идти по главной улице, а все им будут цветы дарить и спасибо говорить. Минута молчания каждый год и через 10 лет, через 20 и через 40, через 70... Всегда, понимаешь, дед! И кино снимать будут. Потому что если бы не вы, нас бы вообще не было!

    — Дед, не умирай, слышишь?! — Мне можно, я старый. Одно жалко — знать бы, когда война кончится... — Весной кончится. — Больно ты скорый сынок, до весны нам немцев не погнать. — Весной 45-го. Я точно знаю! Мы эту Победу никогда не забудем, дед, понимаешь! Для нас 9 мая — самый главный праздник будет! Важнее Нового года. И Ветераны каждый год будут идти по главной улице, а все им будут цветы дарить и спасибо говорить. Минута молчания каждый год и через 10 лет, через 20 и через 40, через 70... Всегда, понимаешь, дед! И кино снимать будут. Потому что если бы не вы, нас бы вообще не было!

    — Туман · фильм
20. «

    Мне не нужна война — мне нужен мир! Желательно весь!

    Мне не нужна война — мне нужен мир! Желательно весь!

    — Карибский Кризис 2: Человек-Осьминог · фильм