652 цитаты про «война» для вдохновения

652 цитаты про «война»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Меня всегда встречали как героя, но я никогда не понимал, что я такого сделал, кроме очередного убийства.

   Меня всегда встречали как героя, но я никогда не понимал, что я такого сделал, кроме очередного убийства.

   — Мастер Чиф · игра
2. «

   Всякий, кто хоть раз заглянул в стекленеющие глаза солдата, умирающего на поле боя, хорошо подумает, прежде чем начать войну.

   Всякий, кто хоть раз заглянул в стекленеющие глаза солдата, умирающего на поле боя, хорошо подумает, прежде чем начать войну.

   — Отто фон Бисмарк
3. «

   Быть может, только потому вновь и вновь возникают войны, что один никогда не может до конца почувствовать, как страдает другой.

   Быть может, только потому вновь и вновь возникают войны, что один никогда не может до конца почувствовать, как страдает другой.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   — На настоящей войне в девяти случаях из десяти побеждает тот, чьи силы больше. — Значит, мы — десятый случай.

   — На настоящей войне в девяти случаях из десяти побеждает тот, чьи силы больше. — Значит, мы — десятый случай.

   — Станнис Баратеон · сериал
5. «

   Тот, кто врёт о войне прошлой, приближает войну будущую.

   Тот, кто врёт о войне прошлой, приближает войну будущую.

   — Виктор Астафьев · книга
6. «

   На войне правда — первая потеря.

   На войне правда — первая потеря.
7. «

   Меня неверным не зови За то, что тихий сад Твоей доверчивой любви Сменил на гром и ад. Да, я отныне увлечен Врагом, бегущим прочь. Коня ласкаю и с мечем Я коротаю ночь... Я изменил? Что ж — так и есть! Но изменил любя, Ведь если бы я предал честь... ... Я предал бы тебя.

   Меня неверным не зови За то, что тихий сад Твоей доверчивой любви Сменил на гром и ад. Да, я отныне увлечен Врагом, бегущим прочь. Коня ласкаю и с мечем Я коротаю ночь... Я изменил? Что ж — так и есть! Но изменил любя, Ведь если бы я предал честь... ... Я предал бы тебя.

   — Ричард Лавлейс
8. «

   Войну ведёт правящая группа против своих подданных, и цель войны — не избежать захвата своей территории, а сохранить общественный строй.

   Войну ведёт правящая группа против своих подданных, и цель войны — не избежать захвата своей территории, а сохранить общественный строй.

   — Джордж Оруэлл · книга
9. «

   Во время войны не было того разделения на народ и элиту, что сегодня. Да, были вожди и массы. Но вот в чем важнейшее отличие: в войну ценности и цели у власти и народа были общие. Одно великое общее дело. И сыновья вождей уходили на фронт – так же, как сыновья учителей, рабочих, колхозников.

   Во время войны не было того разделения на народ и элиту, что сегодня. Да, были вожди и массы. Но вот в чем важнейшее отличие: в войну ценности и цели у власти и народа были общие. Одно великое общее дело. И сыновья вождей уходили на фронт – так же, как сыновья учителей, рабочих, колхозников.

   — Владимир Мединский · книга
10. «

    Война дурна тем, что создает больше злых людей, чем их забирает.

    Война дурна тем, что создает больше злых людей, чем их забирает.

    — Иммануил Кант
11. «

    — Ты хочешь войну? — Этого жаждет вся страна. — Значит нам повезло, что это решает не страна.

    — Ты хочешь войну? — Этого жаждет вся страна. — Значит нам повезло, что это решает не страна.

    — Доран Мартелл · сериал
12. «

    ... Беседуя с солдатами, я понял, что они не горят желанием «нюхать порох», не хотят войны. У них были уже иные думы — не о присяге царю, а о земле, мире и о своих близких. ...

    ... Беседуя с солдатами, я понял, что они не горят желанием «нюхать порох», не хотят войны. У них были уже иные думы — не о присяге царю, а о земле, мире и о своих близких. ...

    — Георгий Константинович Жуков · книга
13. «

    В прежние дни часто писали о том, как сладко и прекрасно умереть за родину. Но в современных войнах нет ничего сладкого и прекрасного. Ты умрешь как собака, безо всякой на то причины.

    В прежние дни часто писали о том, как сладко и прекрасно умереть за родину. Но в современных войнах нет ничего сладкого и прекрасного. Ты умрешь как собака, безо всякой на то причины.

    — Эрнест Хемингуэй
14. «

    Кеннеди: У нас достаточно ракет, чтобы тридцать раз уничтожить вас. Хрущёв: У нас хватит только для одного раза, но нам этого достаточно.

    Кеннеди: У нас достаточно ракет, чтобы тридцать раз уничтожить вас. Хрущёв: У нас хватит только для одного раза, но нам этого достаточно.

    — Никита Сергеевич Хрущев
15. «

    Бдительность — в мире. Победа — в войне. Жертва — в смерти.

    Бдительность — в мире. Победа — в войне. Жертва — в смерти.
16. «

    — Знаете почему всегда будут новые войны? — Потому что память подделывает воспоминания, — сказал я. — Это сито, которое пропускает и предаёт забвению всё ужасное, превращая прошлое в сплошное приключение. В воспоминаниях-то каждый герой. О войне имеют право рассказывать только павшие — они прошли её до конца. Но их-то как раз заставили умолкнуть навеки. Равич покачал головой. — Просто человек не чувствует чужой боли, — сказал он. — В этом всё дело. И чужой смерти не чувствует. Проходит совсем немного времени, и он помнит уже только одно: как он сам уцелел.

    — Знаете почему всегда будут новые войны? — Потому что память подделывает воспоминания, — сказал я. — Это сито, которое пропускает и предаёт забвению всё ужасное, превращая прошлое в сплошное приключение. В воспоминаниях-то каждый герой. О войне имеют право рассказывать только павшие — они прошли её до конца. Но их-то как раз заставили умолкнуть навеки. Равич покачал головой. — Просто человек не чувствует чужой боли, — сказал он. — В этом всё дело. И чужой смерти не чувствует. Проходит совсем немного времени, и он помнит уже только одно: как он сам уцелел.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Да, самое страшное на войне — это не снаряды, не бомбы, ко всему этому можно привыкнуть; самое страшное — это бездеятельность, неопределённость, отсутствие непосредственной цели. Куда страшнее сидеть в щели в открытом поле под бомбёжкой, чем идти в атаку. А в щели ведь шансов на смерть куда меньше, чем в атаке. Но в атаке — цель, задача, а в щели только бомбы считаешь, попадёт или не попадёт.

    Да, самое страшное на войне — это не снаряды, не бомбы, ко всему этому можно привыкнуть; самое страшное — это бездеятельность, неопределённость, отсутствие непосредственной цели. Куда страшнее сидеть в щели в открытом поле под бомбёжкой, чем идти в атаку. А в щели ведь шансов на смерть куда меньше, чем в атаке. Но в атаке — цель, задача, а в щели только бомбы считаешь, попадёт или не попадёт.

    — Виктор Некрасов · книга
18. «

    Знаешь, я видел кучу придурков, которые утверждали, что они — патриоты, и готовы умереть за свою Родину. Да нифига! По-моему патриот, настоящий патриот, должен сделать так, чтобы патриоты другой, враждебной стороны, умерли за свою Родину. И мерли за нее как можно больше и чаще.

    Знаешь, я видел кучу придурков, которые утверждали, что они — патриоты, и готовы умереть за свою Родину. Да нифига! По-моему патриот, настоящий патриот, должен сделать так, чтобы патриоты другой, враждебной стороны, умерли за свою Родину. И мерли за нее как можно больше и чаще.

    — Константин Костин · книга
19. «

    Прошла война, пройдет революция. Россия станет уже не той. Воюем, гибнем, мучимся. А дерево распускается так же, как и прошлой весной, как много весен назад.

    Прошла война, пройдет революция. Россия станет уже не той. Воюем, гибнем, мучимся. А дерево распускается так же, как и прошлой весной, как много весен назад.

    — Алексей Толстой · книга
20. «

    Война – удобный способ проредить цвет нации, вырезать лучших. Война, особенно затяжная, потребляет не только тупое пушечное мясо – ей нравятся деликатесы. Патриоты, умники, просто образованные люди, к примеру – врачи, все они попадают в жернова и далеко не все выбираются живыми. А если у народа нет умников, кто поведёт его вперёд? Кто поставит дерзкие, амбициозные цели? Кто захочет большего, а когда достигнет – ещё большего? Кто?

    Война – удобный способ проредить цвет нации, вырезать лучших. Война, особенно затяжная, потребляет не только тупое пушечное мясо – ей нравятся деликатесы. Патриоты, умники, просто образованные люди, к примеру – врачи, все они попадают в жернова и далеко не все выбираются живыми. А если у народа нет умников, кто поведёт его вперёд? Кто поставит дерзкие, амбициозные цели? Кто захочет большего, а когда достигнет – ещё большего? Кто?

    — Вадим Панов · книга