Вспомним, что содержание основного закона проекции состоит в том, что бессознательный материал будет либо вытесняться, либо проецироваться, становится ясно, что в любой конкретный момент в отношениях между людьми происходит большое количество самых разных процессов. Мы даже можем отметить различие между «большими» и «малыми» проекциями. «Малые» проекции действуют в отношении Другого привычным, запрограммированным способом, который вытекает из всей истории отношений. А «большие» проекции связаны с переносом на Другого стремления «вернуться домой» — фантазии о том, что он (или она) меня исцелит, защитит, обо мне позаботится и избавит меня от ужасного оцепенения, связанного с моим взрослением.
Вспоминать о прошлом — это напрасное дело. Неважно, вспоминаешь ли ты о чем-то веселом или грустном, это все вызывает печальные чувства. Но есть ли в этом что-то хорошее? Взросление — это то, что заставляет человека радоваться, верно? От необходимости зависеть от родителей до возможности жить самостоятельно, от кругозора, который ограничен детской кроваткой и коляской, до целого мира. Делаешь то, что любишь, любишь того, кто нравится. Ты разве не считаешь, что это как раз более радостно?
Мы много приобрели, взрослея и постигая премудрости жизни. Но кое-что мы все же потеряли. Став взрослыми, умными и всезнающими, мы потеряли самое дорогое – нашего «внутреннего ребенка», свою истинную сущность, свои уникальные отличия и неповторимость. Мы стали похожи на всех, затерялись в толпе и забыли свои детские желания и мечты.
Бублик, Мотыль, Пончик... Пончик, Бублик, Мотыль... А по-другому — Вася, Дима, Петя — так, кажется? А знаете ли вы, Вася, Дима, Петя, что вот уже тридцать человек на этой земле называют меня Иннокентий Петрович, ждут, просят помочь, советуются. Я им нужен. Ну космос, что космос? Космос — дело наживное. А дети? Дети они ведь перспективные, их только надо почувствовать. Вот вы, например. Вы же тоже не без способностей. Вас просто не почувствовали и всё.
Когда они маленькими плохо себя вели, мы говорили «Ничего, они маленькие. Подрастут и поймут». Но, Том, им уже шестнадцать. Ничего не изменилось. У нас осталось очень мало времени, чтобы что-то сделать, и если мы не будем делать это вместе, боюсь, мы не успеем.
— Надо учиться ошибаться, пока ты не повзрослела. — Надо учиться...? — В молодости от этого быстро оправляешься. Если научишься падать сейчас, то легче будет вставать потом. Во взрослом возрасте, каждый промах — как нож в сердце, чем больше ответственности на себя берешь, тем меньше права на ошибку.