Подборка «взросление» — 614 цитат

614 цитат про «взросление»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Зачем становиться взрослым, зачем жить, думал он, если человек не делается добрей? Бессмысленно.

   Зачем становиться взрослым, зачем жить, думал он, если человек не делается добрей? Бессмысленно.

   — Фазиль Искандер · книга
2. «

   Поздоровались, сварили суп, поговорили. Вудсток показывал как стер ноги, когда мы шли по пустыне 103 мили. Снупи, ты так поморщился, когда пробовал горячий суп. Я отдам все на свете, чтобы ты никогда не вырос, и никто бы не называл тебя Снуп.

   Поздоровались, сварили суп, поговорили. Вудсток показывал как стер ноги, когда мы шли по пустыне 103 мили. Снупи, ты так поморщился, когда пробовал горячий суп. Я отдам все на свете, чтобы ты никогда не вырос, и никто бы не называл тебя Снуп.
3. «

   Взрослым человек становится только тогда, когда у него пропадает желание это доказывать.

   Взрослым человек становится только тогда, когда у него пропадает желание это доказывать.

   — Лидия Петровна · фильм
4. «

   — Когда Лев бросает всё и мчится за тобой в другую страну, то он, типа, настоящий мужик. А когда я делаю тоже самое, то я просто эгоистичный ребёнок. — Егор, это разные вещи! — Нет, мама, одинаковые! Только ты предпочитаешь относиться к ним по-разному.

   — Когда Лев бросает всё и мчится за тобой в другую страну, то он, типа, настоящий мужик. А когда я делаю тоже самое, то я просто эгоистичный ребёнок. — Егор, это разные вещи! — Нет, мама, одинаковые! Только ты предпочитаешь относиться к ним по-разному.

   — Егор Георгиевич Сафронов · сериал
5. «

   Этот превосходный мир не для тех, кто для него стал слишком взрослыми.

   Этот превосходный мир не для тех, кто для него стал слишком взрослыми.
6. «

   Парадоксальным образом люди могут стать независимыми взрослыми, только если их детские потребности нормально удовлетворялись. Если же их детские потребности оставались неудовлетворенными, у детей в душе формировалась болезненная пустота, и это чувство они переносили в свою взрослую жизнь.

   Парадоксальным образом люди могут стать независимыми взрослыми, только если их детские потребности нормально удовлетворялись. Если же их детские потребности оставались неудовлетворенными, у детей в душе формировалась болезненная пустота, и это чувство они переносили в свою взрослую жизнь.

   — Сьюзан Форвард · книга
7. «

   – Не ходи по грязи, – сказал Папа. – Я просто хотел пройтись по радуге, – объяснил Мальчик. А про себя он подумал, что, наверное, человек вырастает тогда, когда перестает замечать радугу в бензиновой лужице.

   – Не ходи по грязи, – сказал Папа. – Я просто хотел пройтись по радуге, – объяснил Мальчик. А про себя он подумал, что, наверное, человек вырастает тогда, когда перестает замечать радугу в бензиновой лужице.
8. «

   На руках у матери ребенок чувствует, что все так, как должно быть. О себе он ничего не знает, кроме ощущения своей правильности, привлекательности и желанности. Без этого убеждения человек любого возраста ущербен: он не верит в свои силы, чувствует себя обделенным, ему не хватает спонтанности и грации. Все дети правильные, но сами они могут это знать только через отражение, через то, как с ними обращаются. Чувство собственной правильности — это единственное чувство человека по отношению к себе, на основе которого индивид можем построить свое благополучное существование.

   На руках у матери ребенок чувствует, что все так, как должно быть. О себе он ничего не знает, кроме ощущения своей правильности, привлекательности и желанности. Без этого убеждения человек любого возраста ущербен: он не верит в свои силы, чувствует себя обделенным, ему не хватает спонтанности и грации. Все дети правильные, но сами они могут это знать только через отражение, через то, как с ними обращаются. Чувство собственной правильности — это единственное чувство человека по отношению к себе, на основе которого индивид можем построить свое благополучное существование.

   — Жан Ледлофф · книга
9. «

   Ребёнок, выращенный зверем, никогда не станет уже человеком.

   Ребёнок, выращенный зверем, никогда не станет уже человеком.
10. «

    Вспомним, что содержание основного закона проекции состоит в том, что бессознательный материал будет либо вытесняться, либо проецироваться, становится ясно, что в любой конкретный момент в отношениях между людьми происходит большое количество самых разных процессов. Мы даже можем отметить различие между «большими» и «малыми» проекциями. «Малые» проекции действуют в отношении Другого привычным, запрограммированным способом, который вытекает из всей истории отношений. А «большие» проекции связаны с переносом на Другого стремления «вернуться домой» — фантазии о том, что он (или она) меня исцелит, защитит, обо мне позаботится и избавит меня от ужасного оцепенения, связанного с моим взрослением.

    Вспомним, что содержание основного закона проекции состоит в том, что бессознательный материал будет либо вытесняться, либо проецироваться, становится ясно, что в любой конкретный момент в отношениях между людьми происходит большое количество самых разных процессов. Мы даже можем отметить различие между «большими» и «малыми» проекциями. «Малые» проекции действуют в отношении Другого привычным, запрограммированным способом, который вытекает из всей истории отношений. А «большие» проекции связаны с переносом на Другого стремления «вернуться домой» — фантазии о том, что он (или она) меня исцелит, защитит, обо мне позаботится и избавит меня от ужасного оцепенения, связанного с моим взрослением.

    — Джеймс Холлис · книга
11. «

    Проблема детей в том, что они вырастают и не всегда ребенок вырастет успешным юристом, врачом, космонавтом. Он может вырастить ублюдком, наркоманом, убийцей, вором и много кем еще. И воспитание твое нихуя не значит. Воспитывает человека социум, а не семья.

    Проблема детей в том, что они вырастают и не всегда ребенок вырастет успешным юристом, врачом, космонавтом. Он может вырастить ублюдком, наркоманом, убийцей, вором и много кем еще. И воспитание твое нихуя не значит. Воспитывает человека социум, а не семья.

    — Алексей Шевцов (itpedia)
12. «

    Если на секунду представить, что время — это стремительно несущаяся река, а мы как форель плывем по течению в поисках лучшей жизни, то данная деревушка была скорее камнем, что неподвижно лежал у берега, на границе временного потока и вечности. А ведь под каждым, даже самым непритязательным на первый взгляд камнем, тоже во всю кипит жизнь! Спросите об этом у любого маленького ребенка, и он с горящими от восторга глазами, схватив вашу ладонь своей маленькой ручонкой, потащит вас за собой к ближайшему из них. Затем, сопя поднимет его, показывая пальцем на тысячи букашек, суетливо ползающих под ним. Возможно, даже начнет что-то вам объяснять, пока вы хмурясь будете требовать, чтобы он положил его на прежнее место...

    Если на секунду представить, что время — это стремительно несущаяся река, а мы как форель плывем по течению в поисках лучшей жизни, то данная деревушка была скорее камнем, что неподвижно лежал у берега, на границе временного потока и вечности. А ведь под каждым, даже самым непритязательным на первый взгляд камнем, тоже во всю кипит жизнь! Спросите об этом у любого маленького ребенка, и он с горящими от восторга глазами, схватив вашу ладонь своей маленькой ручонкой, потащит вас за собой к ближайшему из них. Затем, сопя поднимет его, показывая пальцем на тысячи букашек, суетливо ползающих под ним. Возможно, даже начнет что-то вам объяснять, пока вы хмурясь будете требовать, чтобы он положил его на прежнее место...
13. «

    Да... Нелегко сбрасывать кожу.

    Да... Нелегко сбрасывать кожу.

    — Каа · мультфильм
14. «

    Скоро, совсем чуть-чуть подождать осталось, тебе исполнится восемнадцать лет, и в этот день ты уйдёшь из дома, и больше ни одно человеческое существо никогда в жизни не станет тебе указывать, что «можно», а чего «нельзя», потому что ты этого не позволишь — никому, никогда. Сами разберёмся: нам жить, нам умирать. Никто за нас с тобой этого не сделает, а потому пусть сидят и молчат в тряпочку.

    Скоро, совсем чуть-чуть подождать осталось, тебе исполнится восемнадцать лет, и в этот день ты уйдёшь из дома, и больше ни одно человеческое существо никогда в жизни не станет тебе указывать, что «можно», а чего «нельзя», потому что ты этого не позволишь — никому, никогда. Сами разберёмся: нам жить, нам умирать. Никто за нас с тобой этого не сделает, а потому пусть сидят и молчат в тряпочку.

    — Макс Фрай · книга
15. «

    Сначала он был счастлив. Он видел свет, он впитывал его кожей, он смеялся беспечно и засыпал на руках ласковой матери. Безмятежность младенчества — колыбель грядущей войны с самим собой. Детство — это время большого мира. Большие люди, большие деревья, огромное небо. А ты совсем мал, ты еще пускаешь слюни на грудь беззубым ртом, но уже жадно глотаешь сущее вокруг себя. Не умея запоминать, ты просто улыбаешься ему.

    Сначала он был счастлив. Он видел свет, он впитывал его кожей, он смеялся беспечно и засыпал на руках ласковой матери. Безмятежность младенчества — колыбель грядущей войны с самим собой. Детство — это время большого мира. Большие люди, большие деревья, огромное небо. А ты совсем мал, ты еще пускаешь слюни на грудь беззубым ртом, но уже жадно глотаешь сущее вокруг себя. Не умея запоминать, ты просто улыбаешься ему.

    — Аль Квотион · книга
16. «

    Мы были такими, какими были, и не хотели меняться. Нас называли детьми Депрессии. На наших столах не бывало приличной пищи, но мы вымахали в настоящих верзил и силачей. Я думаю, многие из нас не были избалованы любовью в своих семьях, но мы привыкли и не нуждались в доброте и заботе со стороны. Мы не питали уважения к старшим. Мы были чудаковатые, но люди не смеялись над нами и были заботливы. Наверное, мы выросли слишком быстро, оставаясь в сущности детьми. Мы были словно плюшевые тигры.

    Мы были такими, какими были, и не хотели меняться. Нас называли детьми Депрессии. На наших столах не бывало приличной пищи, но мы вымахали в настоящих верзил и силачей. Я думаю, многие из нас не были избалованы любовью в своих семьях, но мы привыкли и не нуждались в доброте и заботе со стороны. Мы не питали уважения к старшим. Мы были чудаковатые, но люди не смеялись над нами и были заботливы. Наверное, мы выросли слишком быстро, оставаясь в сущности детьми. Мы были словно плюшевые тигры.

    — Чарльз Буковски · книга
17. «

    С детства где-то слышали, где-то читали, Не осознавая сами, жадно впитывали мир Пока не выросли, не стали взрослыми и с годами Ценное приобретая, бесценное теряли

    С детства где-то слышали, где-то читали, Не осознавая сами, жадно впитывали мир Пока не выросли, не стали взрослыми и с годами Ценное приобретая, бесценное теряли
18. «

    В детстве любишь хранить вещи. Камешек с улицы, ленточку от подарка, засохший цветок... А повзрослев — начинаешь выбрасывать всё, рано или поздно. Человека из жизни, мысли из головы, любовь из сердца... Я уже очень взрослая, да... Я всё выбросила.

    В детстве любишь хранить вещи. Камешек с улицы, ленточку от подарка, засохший цветок... А повзрослев — начинаешь выбрасывать всё, рано или поздно. Человека из жизни, мысли из головы, любовь из сердца... Я уже очень взрослая, да... Я всё выбросила.
19. «

    Ты повзрослела. И поумнела. И погрустнела. Обычная лестница из трех ступенек.

    Ты повзрослела. И поумнела. И погрустнела. Обычная лестница из трех ступенек.

    — Дмитрий Емец · книга
20. «

    Я все бы отдал, чтобы быть этим мужчиной, но я был всего лишь собой, тенью того, кого ты любила, когда мы были детьми, тенью взрослого, которым я стал.

    Я все бы отдал, чтобы быть этим мужчиной, но я был всего лишь собой, тенью того, кого ты любила, когда мы были детьми, тенью взрослого, которым я стал.

    — Марк Леви · книга