22 высказываний на тему «XXI век»

Тема «XXI век» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 22 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Сейчас 21 век! Не важно, спишь ты с мужчиной или с женщиной — ты спишь с личностью!

   Сейчас 21 век! Не важно, спишь ты с мужчиной или с женщиной — ты спишь с личностью!

   — Саманта Джонс · сериал
2. «

   Я зашел на сайты Би-би-си и «Гардиан». Прочитал пару статей о разладе в американо-китайских отношениях. Комментаторы единодушно предсказывали скорый апокалипсис. Вот когда мысль о том, что тебе четыреста тридцать девять лет, служит утешением. Ты начинаешь понимать, в чем состоит главный урок истории: люди не способны извлекать уроки из истории. Двадцать первый век имеет все шансы обернуться дрянной версией двадцатого, но что тут поделаешь? Умы людей во всем мире под завязку набиты самыми противоречивыми утопиями. А это верный путь к беде, увы, слишком хорошо мне знакомый. Сочувствие к ближнему становится все большей редкостью, но это не новость. Мирная жизнь – штука хрупкая, как фарфоровая безделушка, и так тоже было всегда.

   Я зашел на сайты Би-би-си и «Гардиан». Прочитал пару статей о разладе в американо-китайских отношениях. Комментаторы единодушно предсказывали скорый апокалипсис. Вот когда мысль о том, что тебе четыреста тридцать девять лет, служит утешением. Ты начинаешь понимать, в чем состоит главный урок истории: люди не способны извлекать уроки из истории. Двадцать первый век имеет все шансы обернуться дрянной версией двадцатого, но что тут поделаешь? Умы людей во всем мире под завязку набиты самыми противоречивыми утопиями. А это верный путь к беде, увы, слишком хорошо мне знакомый. Сочувствие к ближнему становится все большей редкостью, но это не новость. Мирная жизнь – штука хрупкая, как фарфоровая безделушка, и так тоже было всегда.

   — Мэтт Хейг · книга
3. «

   — Это просто потрясающе — наш двадцать первый век, — заметил Матиас. — Люди разводятся из-за любого пустяка, женщины заводят детей от проезжих серфингистов, а потом ещё говорят, что нам, мужчинам, не хватает той уверенности в себе, что была прежде...

   — Это просто потрясающе — наш двадцать первый век, — заметил Матиас. — Люди разводятся из-за любого пустяка, женщины заводят детей от проезжих серфингистов, а потом ещё говорят, что нам, мужчинам, не хватает той уверенности в себе, что была прежде...

   — Марк Леви · книга
4. «

   В ней кротости, как и во всем её поколении.

   В ней кротости, как и во всем её поколении.

   — Януш Леон Вишневский · книга
5. «

   Современные люди смущение скрывают под водостойкими тональными кремами, а пятна стыда — под шоколадным загаром солярия.

   Современные люди смущение скрывают под водостойкими тональными кремами, а пятна стыда — под шоколадным загаром солярия.

   — Эльчин Сафарли · книга
6. «

   Выключи свет, задерни шторы Тщетный побег на три минуты Слышишь вдали сирены «скорой»? Это Земля и двадцать первый век.

   Выключи свет, задерни шторы Тщетный побег на три минуты Слышишь вдали сирены «скорой»? Это Земля и двадцать первый век.
7. «

   Двадцать первый век. Чудеса творит не любовь, а технологии.

   Двадцать первый век. Чудеса творит не любовь, а технологии.

   — Оксана Робски · книга
8. «

   Полное поведенческое перевоспитание, начавшееся с появлением вездесущих электронных девайсов, в корне изменило человечество. Но эта серьезная (если не сказать эпохальная) перемена все равно недооценивается. Недооценивается, потому что мы живем, когда она происходит в реальном времени, как лягушки, которые сидят в холодной воде, которая медленно греется, и не выпрыгивают, в результате превращаясь в суп. Вот и наш мир так же нагревается. Мы-то, конечно, можем выпрыгнуть, но сделать это довольно сложно, надо же как-то дальше жить в современном мире. Современная жизнь заставляет мозг работать быстрее и быстрее, делать больше и больше, принимать и передавать информацию 24 часа, семь дней в неделю. Нам нужна непрерывная стимуляция: кино, телевидение, разговоры, новости, да и просто жизнь. Большинству из нас сложно продержаться несколько секунд, не глядя в экран. Современная жизнь все усложняет, заставляя наш мозг обрабатывать больше информации, чем когдалибо за всю историю человечества, несравнимо больше с появлением интернета, смартфонов и социальных сетей. «Проводка» мозга не изменилась, насколько нам известно, хотя некоторые специалисты подозревают, что перемена все же происходит, но в попытке пособиться к ускоренному темпу жизни и непрерывному потоку информации изо всех щелей, мы были вынуждены выработать новые, часто антисоциальные, привычки. Эти привычки сошлись вместе и образовали то, что мы зовем чертой стимул-зависимого внимания (СЗВ, VAST 10).

   Полное поведенческое перевоспитание, начавшееся с появлением вездесущих электронных девайсов, в корне изменило человечество. Но эта серьезная (если не сказать эпохальная) перемена все равно недооценивается. Недооценивается, потому что мы живем, когда она происходит в реальном времени, как лягушки, которые сидят в холодной воде, которая медленно греется, и не выпрыгивают, в результате превращаясь в суп. Вот и наш мир так же нагревается. Мы-то, конечно, можем выпрыгнуть, но сделать это довольно сложно, надо же как-то дальше жить в современном мире. Современная жизнь заставляет мозг работать быстрее и быстрее, делать больше и больше, принимать и передавать информацию 24 часа, семь дней в неделю. Нам нужна непрерывная стимуляция: кино, телевидение, разговоры, новости, да и просто жизнь. Большинству из нас сложно продержаться несколько секунд, не глядя в экран. Современная жизнь все усложняет, заставляя наш мозг обрабатывать больше информации, чем когдалибо за всю историю человечества, несравнимо больше с появлением интернета, смартфонов и социальных сетей. «Проводка» мозга не изменилась, насколько нам известно, хотя некоторые специалисты подозревают, что перемена все же происходит, но в попытке пособиться к ускоренному темпу жизни и непрерывному потоку информации изо всех щелей, мы были вынуждены выработать новые, часто антисоциальные, привычки. Эти привычки сошлись вместе и образовали то, что мы зовем чертой стимул-зависимого внимания (СЗВ, VAST 10).

   — Эдвард Хэлловэлл · книга
9. «

   ... теперь все не лучше и не хуже, а глупее и грубее.

   ... теперь все не лучше и не хуже, а глупее и грубее.

   — Айрис Мёрдок · книга
10. «

    В наши дни у детей совсем другие мысли на уме!

    В наши дни у детей совсем другие мысли на уме!

    — Мистер Хрюшка · аниме
11. «

    В телепрограмме — кровь и слезы Новая доза каждый новый день Нет ответа И каждый новый день Нет ответа На вопрос «зачем?»

    В телепрограмме — кровь и слезы Новая доза каждый новый день Нет ответа И каждый новый день Нет ответа На вопрос «зачем?»
12. «

    Парадокс современности в том, что мы боимся смерти, но каждый день убиваем жизнь, тратя ее на ненужную суету, избыточную информацию, страхи о будущем, пережевывание прошлого.

    Парадокс современности в том, что мы боимся смерти, но каждый день убиваем жизнь, тратя ее на ненужную суету, избыточную информацию, страхи о будущем, пережевывание прошлого.
13. «

    Величайшим достижением двадцать первого века стали малодушие, лицемерие и страх перед общественным мнением.

    Величайшим достижением двадцать первого века стали малодушие, лицемерие и страх перед общественным мнением.

    — Сергей Минаев · книга
14. «

    21st century breakdown I was once lost but never was found I think I am losing what's left of my mind To the 20th century deadline.

    21st century breakdown I was once lost but never was found I think I am losing what's left of my mind To the 20th century deadline.
15. «

    В 21 веке любовь — это смска без ответа. Смски — это форма пытки, очень извращенной. Один день без ответа — думаешь «берет измором», два — обижаешься, три — влюбляешься. Алиса оставила меня без ответа на 8 дней.

    В 21 веке любовь — это смска без ответа. Смски — это форма пытки, очень извращенной. Один день без ответа — думаешь «берет измором», два — обижаешься, три — влюбляешься. Алиса оставила меня без ответа на 8 дней.

    — Любовь живет три года (L'amour dure trois ans) · фильм
16. «

    Впрочем, я и раньше вам жаловался: в этом веке, доверху забитом информацией и высокими технологиями, дети взрослеют рано. В полных девять лет – это уже старики, серьёзно утомленные жизнью и покемонами.

    Впрочем, я и раньше вам жаловался: в этом веке, доверху забитом информацией и высокими технологиями, дети взрослеют рано. В полных девять лет – это уже старики, серьёзно утомленные жизнью и покемонами.

    — Георгий Зотов · книга
17. «

    Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.

    Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.

    — Никита Михалков
18. «

    Два маленьких слова вошли в жизнь людей, расположились, заняли головы, души — вообще всё заняли! Два маленьких слова — «успех» и «комфорт». И всё испортили. И продолжают портить. Слова эти гонят людей из жизни, гонят в какой-то непрерывный подскок с целью достичь. Достичь успеха, непременно! Сегодня не достиг?! Снова вперёд! К успеху! А куда вперёд-то? И зачем люди бегут из своего сегодня? Может, оно — хорошее? Мы забыли такое слово — «хорошо».

    Два маленьких слова вошли в жизнь людей, расположились, заняли головы, души — вообще всё заняли! Два маленьких слова — «успех» и «комфорт». И всё испортили. И продолжают портить. Слова эти гонят людей из жизни, гонят в какой-то непрерывный подскок с целью достичь. Достичь успеха, непременно! Сегодня не достиг?! Снова вперёд! К успеху! А куда вперёд-то? И зачем люди бегут из своего сегодня? Может, оно — хорошее? Мы забыли такое слово — «хорошо».

    — Анастасия Коваленкова · книга
19. «

    Я почувствовала, что наш нынешний век — век притворства и мистификаций. Как много люди говорят о ташизме, о кубизме, о том или другом «изме» и произносят длинные слова и фразы — огромные, вязкие сгустки слов и фраз. И все для того лишь, чтобы замазать, скрыть простой факт — либо ты можешь писать картины, либо — нет.

    Я почувствовала, что наш нынешний век — век притворства и мистификаций. Как много люди говорят о ташизме, о кубизме, о том или другом «изме» и произносят длинные слова и фразы — огромные, вязкие сгустки слов и фраз. И все для того лишь, чтобы замазать, скрыть простой факт — либо ты можешь писать картины, либо — нет.

    — Джон Фаулз · книга
20. «

    Двадцать первый век – это не повод быть ублюдком.

    Двадцать первый век – это не повод быть ублюдком.