205 цитат про «Земля (планета)» от великих людей

205 цитат про «Земля (планета)»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Теперь Создатель вселенной хотел бы перед вами извиниться не только за то, что на время опыта специально окружил вас такими суетливыми, причудливыми спутниками, но и за то, что на вашей планете столько мусора и вони.

   Теперь Создатель вселенной хотел бы перед вами извиниться не только за то, что на время опыта специально окружил вас такими суетливыми, причудливыми спутниками, но и за то, что на вашей планете столько мусора и вони.

   — Курт Воннегут · книга
2. «

   Когда ребенку в первый раз говорят, что Земля вращается, в это просто не верится, ведь все вокруг стоит и не движется. Я это чувствую. Вращение Земли. Земля у нас под ногами вращается со скоростью 1600 километров в час, а вся планета обращается вокруг Солнца со скоростью сто тысяч километров в час, и я чувствую как мы летим в космосе: ты и я. Мы стараемся зацепиться за эту планету, потому что если мы упадем... Вот кто я такой.

   Когда ребенку в первый раз говорят, что Земля вращается, в это просто не верится, ведь все вокруг стоит и не движется. Я это чувствую. Вращение Земли. Земля у нас под ногами вращается со скоростью 1600 километров в час, а вся планета обращается вокруг Солнца со скоростью сто тысяч километров в час, и я чувствую как мы летим в космосе: ты и я. Мы стараемся зацепиться за эту планету, потому что если мы упадем... Вот кто я такой.

   — 9 Доктор · сериал
3. «

   Современное индустриальное общество стало религией фанатиков. Мы разрушаем, отравляем, уничтожаем все живые системы этой планеты. Мы подписываем векселя, которые наши дети не смогут оплатить... Мы ведем себя так, будто наше поколение последнее на этой планете. Если не произойдет коренной перемены в наших сердцах, умах, представлениях, то Земля станет такой же сожженной и мертвой, как Венера.

   Современное индустриальное общество стало религией фанатиков. Мы разрушаем, отравляем, уничтожаем все живые системы этой планеты. Мы подписываем векселя, которые наши дети не смогут оплатить... Мы ведем себя так, будто наше поколение последнее на этой планете. Если не произойдет коренной перемены в наших сердцах, умах, представлениях, то Земля станет такой же сожженной и мертвой, как Венера.

   — Хосе Антонио Лутценбергер
4. «

   А что, если наша Земля — ад какой-то другой планеты?

   А что, если наша Земля — ад какой-то другой планеты?

   — Олдос Хаксли · книга
5. «

   И, наконец, рассмеявшись, мы поднимаемся, выколачиваем погасшие трубки и со словами «спокойной ночи» засыпаем под большими тихими звездами, убаюканные плеском воды и шелестом деревьев, и нам грезится, что мир снова молод, молод и прекрасен, как была прекрасна земля до того, как столетия смут и волнений избороздили морщинами ее лицо, а грехи и безумства ее детей состарили ее любящее сердце, — прекрасна, как в былые дни, когда, словно молодая мать, она баюкала нас, своих сыновей, на широкой груди, пока коварная цивилизация не выманила нас из ее любящих объятий и ядовитые насмешки искусственности не заставили нас устыдиться простой жизни, которую мы вели с нею, и простого величавого обиталища, где столько тысячелетий назад родилось человечество.

   И, наконец, рассмеявшись, мы поднимаемся, выколачиваем погасшие трубки и со словами «спокойной ночи» засыпаем под большими тихими звездами, убаюканные плеском воды и шелестом деревьев, и нам грезится, что мир снова молод, молод и прекрасен, как была прекрасна земля до того, как столетия смут и волнений избороздили морщинами ее лицо, а грехи и безумства ее детей состарили ее любящее сердце, — прекрасна, как в былые дни, когда, словно молодая мать, она баюкала нас, своих сыновей, на широкой груди, пока коварная цивилизация не выманила нас из ее любящих объятий и ядовитые насмешки искусственности не заставили нас устыдиться простой жизни, которую мы вели с нею, и простого величавого обиталища, где столько тысячелетий назад родилось человечество.

   — Джером Клапка Джером · книга
6. «

   — Ты ни разу мне не сказала «Я люблю тебя». — Верно, не сказала. — Почему? — Разве Земля говорит: «Я верчусь»? — Нет. — Но она же вертится.

   — Ты ни разу мне не сказала «Я люблю тебя». — Верно, не сказала. — Почему? — Разве Земля говорит: «Я верчусь»? — Нет. — Но она же вертится.
7. «

   Сначала на Земле все было неправильно и обжить ее было не так-то просто. Не было мостов, чтобы переходить через реки, не было тропинок, чтобы подниматься в горы. Тебе хотелось посидеть? Но не было даже намека на скамейку. Ты падал от усталости, и у тебя слипались глаза? Но на всей Земле не было ни единой кровати. Ты то и дело сбивал ноги? А что поделаешь? Не было ни башмаков, ни сапог. Если ты плохо видел, то ни за что на свете не нашел бы очков. Захотелось тебе сыграть в футбол? Дудки! На всем земном шаре — ни одного мяча. Не было ни кастрюли, ни огня, чтобы сварить макароны. Даже если хорошенько разобраться, то и макарон-то не было. Одним словом, ровным счетом ничего не было. Нуль минус нуль, и ничего больше. Были только люди, и у каждого две руки, которые любили работать и умели исправить все, что было неправильно. И все-таки на Земле еще очень много неправильного. И все надо исправлять. Так что засучивай рукава и принимайся за дело. Работы на всех хватит.

   Сначала на Земле все было неправильно и обжить ее было не так-то просто. Не было мостов, чтобы переходить через реки, не было тропинок, чтобы подниматься в горы. Тебе хотелось посидеть? Но не было даже намека на скамейку. Ты падал от усталости, и у тебя слипались глаза? Но на всей Земле не было ни единой кровати. Ты то и дело сбивал ноги? А что поделаешь? Не было ни башмаков, ни сапог. Если ты плохо видел, то ни за что на свете не нашел бы очков. Захотелось тебе сыграть в футбол? Дудки! На всем земном шаре — ни одного мяча. Не было ни кастрюли, ни огня, чтобы сварить макароны. Даже если хорошенько разобраться, то и макарон-то не было. Одним словом, ровным счетом ничего не было. Нуль минус нуль, и ничего больше. Были только люди, и у каждого две руки, которые любили работать и умели исправить все, что было неправильно. И все-таки на Земле еще очень много неправильного. И все надо исправлять. Так что засучивай рукава и принимайся за дело. Работы на всех хватит.

   — Джанни Родари · книга
8. «

   Земной шар — это всего лишь переходящий кубок, который достается чемпиону-победителю.

   Земной шар — это всего лишь переходящий кубок, который достается чемпиону-победителю.

   — Адольф Гитлер
9. «

   Все, что ни есть на земле, постоянно изменяется, потому что и сама земля — живая и тоже обладает душой. Все мы — часть этой Души, поэтому сами не отдаем себе отчета во всем том, что она постоянно делает нам во благо.

   Все, что ни есть на земле, постоянно изменяется, потому что и сама земля — живая и тоже обладает душой. Все мы — часть этой Души, поэтому сами не отдаем себе отчета во всем том, что она постоянно делает нам во благо.

   — Пауло Коэльо · книга
10. «

    Еще пока с лица Земли Не стерт последний след Цветущих трав, тенистых рощ, Лесов, полей и рек. Пока моря полны воды, - Луга полны цветов, Сады, не ведая беды, Осенних ждут плодов. На миг замри и повернись Лицом к лицу Земли. Вдали от праведных трудов И городов в пыли. Под звон ручья, под пенье птиц, Под шорохи листвы Приди, умри и вновь родись Среди лесной травы.

    Еще пока с лица Земли Не стерт последний след Цветущих трав, тенистых рощ, Лесов, полей и рек. Пока моря полны воды, - Луга полны цветов, Сады, не ведая беды, Осенних ждут плодов. На миг замри и повернись Лицом к лицу Земли. Вдали от праведных трудов И городов в пыли. Под звон ручья, под пенье птиц, Под шорохи листвы Приди, умри и вновь родись Среди лесной травы.
11. «

    «Вот это и есть Земля», – подумал он. Не висящий в пустоте тысячекилометровый шар, а редкий лес и сверкающая на солнце гладь озера, утонувший в листве дом на вершине холма, травянистый склон, спускающийся к воде, плеск волны, серебристая чешуя рыбы, птицы, ныряющие вниз, чтобы поймать муху или жука над самой поверхностью воды. Земля – это непрекращающийся треск цикад, свист ветра и пение птиц.

    «Вот это и есть Земля», – подумал он. Не висящий в пустоте тысячекилометровый шар, а редкий лес и сверкающая на солнце гладь озера, утонувший в листве дом на вершине холма, травянистый склон, спускающийся к воде, плеск волны, серебристая чешуя рыбы, птицы, ныряющие вниз, чтобы поймать муху или жука над самой поверхностью воды. Земля – это непрекращающийся треск цикад, свист ветра и пение птиц.

    — Орсон Скотт Кард · книга
12. «

    Всю мою жизнь моим самым страстным желанием было посетить красивейшие уголки Земли; теперь я могу лишь надеяться, что мне будет позволено отправиться туда после смерти и увидеть их воочию.

    Всю мою жизнь моим самым страстным желанием было посетить красивейшие уголки Земли; теперь я могу лишь надеяться, что мне будет позволено отправиться туда после смерти и увидеть их воочию.

    — Гарриет Бичер-Стоу
13. «

    Бал аватаров. Давка. Просто смотри в глазницы, И находи планеты, словно ты астронавт. И из-под аватаров вдруг засияют лица - Это свои. Их много. Больше, чем было правд.

    Бал аватаров. Давка. Просто смотри в глазницы, И находи планеты, словно ты астронавт. И из-под аватаров вдруг засияют лица - Это свои. Их много. Больше, чем было правд.
14. «

    Обойдя планету и не найдя себе приюта, переходи на небесные сферы.

    Обойдя планету и не найдя себе приюта, переходи на небесные сферы.

    — Авессалом Подводный · книга
15. «

    Земля, как с червоточиною плод В ладонь творца однажды упадёт... Ужели Человек — ошибка Бога, И надобно пустить его в расход?

    Земля, как с червоточиною плод В ладонь творца однажды упадёт... Ужели Человек — ошибка Бога, И надобно пустить его в расход?

    — Эдуард Хандюков
16. «

    И вот когда к тебе вдруг приходит это понимание — понимание того, что, собственно, она совсем маленькая, наша Земля, голубовато-зелёная песчинка в бездне вселенной, — тогда и рождается в душе щемяще-болезненное чувство огромной любви к ней. Я не устану повторять это тысячу раз, как не устану повторять и того, что мы все, от мала до велика, должны беречь на ней каждую травинку, каждое деревцо, каждую речку и речушку, каждую пядь поля и луга.

    И вот когда к тебе вдруг приходит это понимание — понимание того, что, собственно, она совсем маленькая, наша Земля, голубовато-зелёная песчинка в бездне вселенной, — тогда и рождается в душе щемяще-болезненное чувство огромной любви к ней. Я не устану повторять это тысячу раз, как не устану повторять и того, что мы все, от мала до велика, должны беречь на ней каждую травинку, каждое деревцо, каждую речку и речушку, каждую пядь поля и луга.

    — Пётр Ильич Климук · книга
17. «

    Когда-нибудь, Вселенная, живущая только вечным движением, поднимет из своих вод новые материки, затопит старые, и люди, спасшиеся от этого всемирного потопа, будут продолжать человеческий род на новой и плодородной земле.

    Когда-нибудь, Вселенная, живущая только вечным движением, поднимет из своих вод новые материки, затопит старые, и люди, спасшиеся от этого всемирного потопа, будут продолжать человеческий род на новой и плодородной земле.

    — Луи Жаколио · книга
18. «

    Однако из того, что Земля имеет форму шара, следует, по меньшей мере, два равноправных вывода: у Земли нет края, у Земли всё — край.

    Однако из того, что Земля имеет форму шара, следует, по меньшей мере, два равноправных вывода: у Земли нет края, у Земли всё — край.

    — Евгений Клюев · книга
19. «

    Земля для того и задумана круглой, чтобы мы не могли заглянуть слишком далеко вперед.

    Земля для того и задумана круглой, чтобы мы не могли заглянуть слишком далеко вперед.

    — Карен Бликсен · фильм
20. «

    Я спал так крепко прошлой ночью, что не заметил как планета вращается вокруг своей оси быстрее тысячи миль в час. Я не слышал ни криков 120000 младенцев, родившихся между 10 вечера и 5 часами утра, ни стонов 50000 умирающих. Возможно какие-то мирные договоры были разорваны — я проспал и это. Если где-то падали бомбы на мирных жителей — я укрылся от этого подушкой. Мужчины и женщины целовались и их стоны были полны нежности, но час за часом я лежал свернувшись под одеялом, закрыв глаза — вдох и выдох, вдох и выдох.

    Я спал так крепко прошлой ночью, что не заметил как планета вращается вокруг своей оси быстрее тысячи миль в час. Я не слышал ни криков 120000 младенцев, родившихся между 10 вечера и 5 часами утра, ни стонов 50000 умирающих. Возможно какие-то мирные договоры были разорваны — я проспал и это. Если где-то падали бомбы на мирных жителей — я укрылся от этого подушкой. Мужчины и женщины целовались и их стоны были полны нежности, но час за часом я лежал свернувшись под одеялом, закрыв глаза — вдох и выдох, вдох и выдох.

    — Рюдигер Сафрански