98 мудрых цитат про «земля»

Собрали 98 цитат на тему «земля» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   В час, когда из снегов поднималось рассветное солнце, перед взором моим вся земля внезапно предстала как огромнейший белый лотос…

   В час, когда из снегов поднималось рассветное солнце, перед взором моим вся земля внезапно предстала как огромнейший белый лотос…

   — Акико Ёсано
2. «

   Остановите землю! Меня укачало...

   Остановите землю! Меня укачало...
3. «

   География говорит нам о земле как о жилище; история же — о ней же как о кладбище.

   География говорит нам о земле как о жилище; история же — о ней же как о кладбище.

   — Николай Фёдорович Фёдоров · книга
4. «

   Через дождь небо занимается с землёй любовью.

   Через дождь небо занимается с землёй любовью.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   Во имя закатов, что мы наблюдаем И травки зелёной, куда мы ступаем Во имя мелодий, что шепчут нам реки И горных ветров оставляют побеги, Спасибо, брат Ветер и матерь Земля, Отче наш Солнце и сестричка Луна.

   Во имя закатов, что мы наблюдаем И травки зелёной, куда мы ступаем Во имя мелодий, что шепчут нам реки И горных ветров оставляют побеги, Спасибо, брат Ветер и матерь Земля, Отче наш Солнце и сестричка Луна.
6. «

   Небо и земля долговечны потому, что они существуют не для себя.

   Небо и земля долговечны потому, что они существуют не для себя.

   — Лао-Цзы · книга
7. «

   Философия природы не должна быть слишком земной, для нее Земля – лишь одна из малых планет, вращающаяся вокруг одной из малых звезд Млечного Пути. Нелепо понуждать философию природы к выводам, которые ублажали бы крошечных паразитов, населяющих эту незначительную планету.

   Философия природы не должна быть слишком земной, для нее Земля – лишь одна из малых планет, вращающаяся вокруг одной из малых звезд Млечного Пути. Нелепо понуждать философию природы к выводам, которые ублажали бы крошечных паразитов, населяющих эту незначительную планету.

   — Бертран Рассел · книга
8. «

   Мы постоянно мучаем ее [землю] железом и деревом, огнем и камнем. Мы вкапываемся в нее и сваливаем ее в море. Мы долбим в ней шахты и выволакиваем оттуда ее внутренности, и все ради того, чтобы надеть на чей-то красивый пальчик кольцо с драгоценным камнем.

   Мы постоянно мучаем ее [землю] железом и деревом, огнем и камнем. Мы вкапываемся в нее и сваливаем ее в море. Мы долбим в ней шахты и выволакиваем оттуда ее внутренности, и все ради того, чтобы надеть на чей-то красивый пальчик кольцо с драгоценным камнем.

   — Роберт Харрис · книга
9. «

   Меж скорбной землей и бесцветным небом высился образ скудного мира, где ему наконец-то было суждено обрести самого себя. Здесь, на этой равнине, погруженной в простодушное отчаяние, чувствуя себя странником, затерянным среди первобытного мира, он мало-помалу воскрешал в себе былую привязанность к жизни и, стиснув кулаки, прижавшись лицом к стеклу, пытался наметить путь к самому себе, а заодно увериться в своих скрытых силах. Ему хотелось распластаться по этой земле, вываляться в грязи, а потом встать во весь рост посреди бескрайней равнины, воздев заляпанные грязью руки к губчатому, томимому испариной небу, — встать живым символом безнадежности и великолепия жизни, утверждая свою связь с миром, как бы отвратителен и неблагодарен тот ни был.

   Меж скорбной землей и бесцветным небом высился образ скудного мира, где ему наконец-то было суждено обрести самого себя. Здесь, на этой равнине, погруженной в простодушное отчаяние, чувствуя себя странником, затерянным среди первобытного мира, он мало-помалу воскрешал в себе былую привязанность к жизни и, стиснув кулаки, прижавшись лицом к стеклу, пытался наметить путь к самому себе, а заодно увериться в своих скрытых силах. Ему хотелось распластаться по этой земле, вываляться в грязи, а потом встать во весь рост посреди бескрайней равнины, воздев заляпанные грязью руки к губчатому, томимому испариной небу, — встать живым символом безнадежности и великолепия жизни, утверждая свою связь с миром, как бы отвратителен и неблагодарен тот ни был.

   — Альбер Камю · книга
10. «

    Все говорят: нет счастья на земле… Но счастья нет и выше.

    Все говорят: нет счастья на земле… Но счастья нет и выше.

    — Мелькор
11. «

    Если бы рядом никого не было, я разделась бы догола. Земля радовалась бы прикосновению моих босых ног, а ветер наслаждался, играя с моими волосами.

    Если бы рядом никого не было, я разделась бы догола. Земля радовалась бы прикосновению моих босых ног, а ветер наслаждался, играя с моими волосами.

    — Лисси · игра
12. «

    Наши взгляды встречаются. Обуревающая нас страсть так сильна, что мне кажется, мы могли бы сжечь всю землю.

    Наши взгляды встречаются. Обуревающая нас страсть так сильна, что мне кажется, мы могли бы сжечь всю землю.

    — Ким Лиггетт · книга
13. «

    Всё возможно построить на основе того, что у нас есть сейчас. Чтобы изменить поверхность земли потребуется десять лет, чтобы мир превратился в райский сад. Выбор за вами!

    Всё возможно построить на основе того, что у нас есть сейчас. Чтобы изменить поверхность земли потребуется десять лет, чтобы мир превратился в райский сад. Выбор за вами!

    — Жак Фреско
14. «

    Земля — это громадный организм, наделенный чувствами, планета, насквозь пропитанная человеческой сущностью, живая планета, выражающая свои чувства с трудом и с запинками, она не дом белой расы, или черной расы, или желтой расы, или исчезнувшей голубой расы, а дом человека, и все человеки равны перед Богом, и все получат свой шанс, не сейчас, так через миллион лет.

    Земля — это громадный организм, наделенный чувствами, планета, насквозь пропитанная человеческой сущностью, живая планета, выражающая свои чувства с трудом и с запинками, она не дом белой расы, или черной расы, или желтой расы, или исчезнувшей голубой расы, а дом человека, и все человеки равны перед Богом, и все получат свой шанс, не сейчас, так через миллион лет.

    — Генри Миллер · книга
15. «

    Земля сохраняет свою стоимость, сколько бы раз ее не бомбили.

    Земля сохраняет свою стоимость, сколько бы раз ее не бомбили.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    Сегодня я прошу вас драться не за Альфреда. Я прошу вас драться не за Эдуарда, не за корону. Деритесь за самих себя и за своих предков. Они погребены в почве Уэссекса и Мерсии и они стали этой землей. Они наша земля. И сегодня ради них мы победим!

    Сегодня я прошу вас драться не за Альфреда. Я прошу вас драться не за Эдуарда, не за корону. Деритесь за самих себя и за своих предков. Они погребены в почве Уэссекса и Мерсии и они стали этой землей. Они наша земля. И сегодня ради них мы победим!

    — король Эдуард Старший · сериал
17. «

    Слухи, подобно кочующим племенам, не знают покоя, и нет на земле места, куда они не сумели бы добраться.

    Слухи, подобно кочующим племенам, не знают покоя, и нет на земле места, куда они не сумели бы добраться.

    — Элиф Шафак · книга
18. «

    Кто-то сказал, что астрономия прививает смирение и воспитывает характер. Наверное, нет лучшего доказательства глупости человеческого тщеславия, чем этот далёкий образ нашего крошечного мира. Для меня, он подчёркивает нашу обязанность быть добрее друг с другом, беречь и лелеять бледно-голубую точку — единственный дом, который мы когда-либо знали.

    Кто-то сказал, что астрономия прививает смирение и воспитывает характер. Наверное, нет лучшего доказательства глупости человеческого тщеславия, чем этот далёкий образ нашего крошечного мира. Для меня, он подчёркивает нашу обязанность быть добрее друг с другом, беречь и лелеять бледно-голубую точку — единственный дом, который мы когда-либо знали.

    — Карл Саган
19. «

    Для мужчины нормально, если он защищает женщину. У нас любят вспоминать слова Расула Гамзатова, который сказал, что настоящие мужчины дерутся в двух случаях. За землю и за любимую женщину. Во всех остальных случаях дерутся петухи.

    Для мужчины нормально, если он защищает женщину. У нас любят вспоминать слова Расула Гамзатова, который сказал, что настоящие мужчины дерутся в двух случаях. За землю и за любимую женщину. Во всех остальных случаях дерутся петухи.

    — Чингиз Абдуллаев · книга
20. «

    Хозяин земли русской — есть один лишь русский (великорус, малорус, белорус — это всё одно) — и так будет навсегда...

    Хозяин земли русской — есть один лишь русский (великорус, малорус, белорус — это всё одно) — и так будет навсегда...

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга