360 фраз про «Красивые цитаты на тему «женщины»» с глубоким смыслом

Тема «Красивые цитаты на тему «женщины»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 360 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Она кивнула, и в ее зрачках полыхнул тот древний гордый огонь, который загорается в глазах любой женщины, когда она чувствует, что за нее сейчас станут драться самцы – а саму ее бить пока не будут.

   Она кивнула, и в ее зрачках полыхнул тот древний гордый огонь, который загорается в глазах любой женщины, когда она чувствует, что за нее сейчас станут драться самцы – а саму ее бить пока не будут.

   — Виктор Пелевин · книга
2. «

   Как по мне, так зима в сто раз теплее сердца этой женщины.

   Как по мне, так зима в сто раз теплее сердца этой женщины.

   — Стюарт Тёртон · книга
3. «

   Мужчина без женщины и женщина без мужчины – всего лишь пол, полчеловека.

   Мужчина без женщины и женщина без мужчины – всего лишь пол, полчеловека.

   — Олег Рой · книга
4. «

   Иногда он украдкой бросал на неё вопросительные взгляды. Люсиль была необычайно ленива. То, как мало ей нужно для счастья, её способность абсолютно ничего не делать, ни о чём не думать, её дар довольствоваться столь пустыми, бездеятельными, однообразными днями — все это казалось ему странным, почти чудовищным. Антуан знал, что она его любит и потому ей не бывает с ним скучно. Но он догадывался также, что подобный образ жизни вполне соответствует её натуре, тогда как для него эта пустота была временной паузой, данью страсти. Порой ему казалось, что рядом с ним не женщина, а непонятный зверек, неведомое растение, мандрагора.

   Иногда он украдкой бросал на неё вопросительные взгляды. Люсиль была необычайно ленива. То, как мало ей нужно для счастья, её способность абсолютно ничего не делать, ни о чём не думать, её дар довольствоваться столь пустыми, бездеятельными, однообразными днями — все это казалось ему странным, почти чудовищным. Антуан знал, что она его любит и потому ей не бывает с ним скучно. Но он догадывался также, что подобный образ жизни вполне соответствует её натуре, тогда как для него эта пустота была временной паузой, данью страсти. Порой ему казалось, что рядом с ним не женщина, а непонятный зверек, неведомое растение, мандрагора.

   — Франсуаза Саган · книга
5. «

   Секрет счастья для мужчины не только в обладании женщиной, но и в постоянном восхищении ею.

   Секрет счастья для мужчины не только в обладании женщиной, но и в постоянном восхищении ею.

   — Аристарх Ромашин · книга
6. «

   Затем: страданье длится слишком долго и слишком тяжело для нас, страданье от лжелюбви, кивающей на давность привычки называться правом и расти в ботву из всей неправоты. Где, у кого есть право на владенье? Владенье тем, что и себя не держит, что лишь себя, подхватывая, ловит, отбрасывая, как ребенок мяч. И как не может флотоводец Нику к форштевню прикрепить насильно, если своя же собственная легкокрылость её уносит в светлый ветер моря, - так женщину никто не призовет, когда она, не видя нас, уходит по узенькой полоске жизни, как сквозь чудо, — и уходит без опаски: ведь страсть — она не долг и не вина. Вина — предать свой труд, себя, вина - в любви не умножать ничьей свободы своей свободой, что с трудом обрёл. И нам дано, где любим, только это: друг друга отпустить; мы держим то, что нам само упало, ни за что.

   Затем: страданье длится слишком долго и слишком тяжело для нас, страданье от лжелюбви, кивающей на давность привычки называться правом и расти в ботву из всей неправоты. Где, у кого есть право на владенье? Владенье тем, что и себя не держит, что лишь себя, подхватывая, ловит, отбрасывая, как ребенок мяч. И как не может флотоводец Нику к форштевню прикрепить насильно, если своя же собственная легкокрылость её уносит в светлый ветер моря, - так женщину никто не призовет, когда она, не видя нас, уходит по узенькой полоске жизни, как сквозь чудо, — и уходит без опаски: ведь страсть — она не долг и не вина. Вина — предать свой труд, себя, вина - в любви не умножать ничьей свободы своей свободой, что с трудом обрёл. И нам дано, где любим, только это: друг друга отпустить; мы держим то, что нам само упало, ни за что.

   — Райнер Мария Рильке
7. «

   ...новая волна желания опять, вопреки всему, беспомощно и жадно поднимается в ней, потому что он своими ладонями касается не кожи её, а самого сердца, и с каждым его прикосновением незнакомая раскованность расцветает в ней, и она ему поддается. Ах, вот в чём. Вот в чём. Смысл этого соединения. Отдавать. Отдавать себя. Губы, язык — теперь немая, глаза — слепая, руки не мои, живот, бёдра, колени — отдавать всё, что тело, но и всё, что внутри — косточки, нервы, душу. Отдалась. Вот в чём. А с Колей, с Колей разве не так? Нет! Вот в чём. Здесь не было насилия, унижения, здесь никто никого не заставлял, а билась одна только спятившая от этого бесконечного ожидания жажда, жажда быть вместе, и в том, чтобы как сейчас, и состояло её призвание. Она для этого. И была. Создана.

   ...новая волна желания опять, вопреки всему, беспомощно и жадно поднимается в ней, потому что он своими ладонями касается не кожи её, а самого сердца, и с каждым его прикосновением незнакомая раскованность расцветает в ней, и она ему поддается. Ах, вот в чём. Вот в чём. Смысл этого соединения. Отдавать. Отдавать себя. Губы, язык — теперь немая, глаза — слепая, руки не мои, живот, бёдра, колени — отдавать всё, что тело, но и всё, что внутри — косточки, нервы, душу. Отдалась. Вот в чём. А с Колей, с Колей разве не так? Нет! Вот в чём. Здесь не было насилия, унижения, здесь никто никого не заставлял, а билась одна только спятившая от этого бесконечного ожидания жажда, жажда быть вместе, и в том, чтобы как сейчас, и состояло её призвание. Она для этого. И была. Создана.

   — Майя Кучерская · книга
8. «

   Женщина для мужчины и есть та самая река, куда он все время норовит нырнуть, чтобы искупаться во влажном омуте глаз, вытереться насухо шелком волос, сесть к костру ее сердца, ощутив волнующий аромат кожи, выпить одним глотком ее губы, съесть с аппетитом все ее время, потом залечь в душу и уснуть. Спать до тех пор, пока его не начнет будить какой-нибудь мужик со словами: «Вставай, ты проспал свое счастье, теперь это моя река».

   Женщина для мужчины и есть та самая река, куда он все время норовит нырнуть, чтобы искупаться во влажном омуте глаз, вытереться насухо шелком волос, сесть к костру ее сердца, ощутив волнующий аромат кожи, выпить одним глотком ее губы, съесть с аппетитом все ее время, потом залечь в душу и уснуть. Спать до тех пор, пока его не начнет будить какой-нибудь мужик со словами: «Вставай, ты проспал свое счастье, теперь это моя река».

   — Ринат Валиуллин · книга
9. «

   «Куда нужно наносить духи?» — как-то спросила меня молодая женщина. «Всюду, куда бы вам хотелось, чтобы вас поцеловал мужчина», — сказала я.

   «Куда нужно наносить духи?» — как-то спросила меня молодая женщина. «Всюду, куда бы вам хотелось, чтобы вас поцеловал мужчина», — сказала я.

   — Коко Шанель
10. «

    Не красота делает женщин красивыми. Красивая женщина привлекает тем, что она ценит себя. Любит жизнь. Готова делиться своим светом со всем миром.

    Не красота делает женщин красивыми. Красивая женщина привлекает тем, что она ценит себя. Любит жизнь. Готова делиться своим светом со всем миром.

    — Светлана Дронова · сериал
11. «

    Понять космос — все равно что пытаться понять женщину.

    Понять космос — все равно что пытаться понять женщину.

    — Ринат Валиуллин · книга
12. «

    You hypnotize And mesmerize With your dirty eyes. Dirty eyes, Your dirty eyes...

    You hypnotize And mesmerize With your dirty eyes. Dirty eyes, Your dirty eyes...
13. «

    Осенние женщины – самые красивые: еще сохранилась летняя легкость, но уже набежала осенняя загадочность.

    Осенние женщины – самые красивые: еще сохранилась летняя легкость, но уже набежала осенняя загадочность.

    — Владимир Дараган · книга
14. «

    Было в ней нечто глубоко мирное, словно тихие снежинки постоянно оседали в её душе.

    Было в ней нечто глубоко мирное, словно тихие снежинки постоянно оседали в её душе.

    — Элис Хоффман · книга
15. «

    Только теперь он увидел, кого защищал. Волнение от случившегося, которое он чувствовал, несмотря на все свое самообладание, – а уже одного этого достаточно для возникновения напряжения, превращающего ситуацию в событие, а ее преодоление в глубочайшее удовлетворение, – смешалось с сознанием, что благодаря неожиданному приключению он оказался наедине с прекрасной незнакомкой в тропической ночи, и превратилось в таинственный соблазн и фантастическое опьянение, которые дали ему внутреннюю уверенность, необходимую для продолжения этого приключения и доведения его до той силы выразительности, которую Оле Хансен как-то окрестил «бешеной кровью».

    Только теперь он увидел, кого защищал. Волнение от случившегося, которое он чувствовал, несмотря на все свое самообладание, – а уже одного этого достаточно для возникновения напряжения, превращающего ситуацию в событие, а ее преодоление в глубочайшее удовлетворение, – смешалось с сознанием, что благодаря неожиданному приключению он оказался наедине с прекрасной незнакомкой в тропической ночи, и превратилось в таинственный соблазн и фантастическое опьянение, которые дали ему внутреннюю уверенность, необходимую для продолжения этого приключения и доведения его до той силы выразительности, которую Оле Хансен как-то окрестил «бешеной кровью».

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    Мы все хотим получить искомое. Ты думаешь о небе, а я о доме, женском вдохновении, семье, роддоме. О том, как живут цветы, как открываются глаза-бутоны. Как безветренность сохранить у окон и на балконе. Как остаться облачной с тобой на полях и склоне. Как проснуться лет в семьдесят и целовать тебя в полудреме.

    Мы все хотим получить искомое. Ты думаешь о небе, а я о доме, женском вдохновении, семье, роддоме. О том, как живут цветы, как открываются глаза-бутоны. Как безветренность сохранить у окон и на балконе. Как остаться облачной с тобой на полях и склоне. Как проснуться лет в семьдесят и целовать тебя в полудреме.
17. «

    С тех самых пор, как в земном раю было вечное лето, и до наших дней, когда стоит большей частью зима, жизненный путь мужчины пролегает всегда одинаково — в том смысле, что ему суждено полюбить женщину.

    С тех самых пор, как в земном раю было вечное лето, и до наших дней, когда стоит большей частью зима, жизненный путь мужчины пролегает всегда одинаково — в том смысле, что ему суждено полюбить женщину.

    — Чарльз Диккенс · книга
18. «

    Юпитером в любви клялась И поцелуи расточала страстно, Как женских слов жестокосердна власть, Их лжи внимаем мы напрасно.

    Юпитером в любви клялась И поцелуи расточала страстно, Как женских слов жестокосердна власть, Их лжи внимаем мы напрасно.

    — Дик Лиддил · фильм
19. «

    Такова волшебная сила девочек: из простой глины они могут вылепить большую классическую идею.

    Такова волшебная сила девочек: из простой глины они могут вылепить большую классическую идею.

    — Себастьян Барри · книга
20. «

    Руки Флоры, обнимающие его, были такими нежными, а сама она казалась особенно беззащитной и ранимой. Когда леди уснула, он смотрел на неё, вновь удивляясь, как в этом прекрасном создании могут сосуществовать одновременно страстность и холодность, самоотверженность и коварство, романтичность и расчетливость.

    Руки Флоры, обнимающие его, были такими нежными, а сама она казалась особенно беззащитной и ранимой. Когда леди уснула, он смотрел на неё, вновь удивляясь, как в этом прекрасном создании могут сосуществовать одновременно страстность и холодность, самоотверженность и коварство, романтичность и расчетливость.

    — Алексей Пехов · книга