482 цитаты про «жестокость», которые стоит перечитать

482 цитаты про «жестокость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Ну как тебе, Джек? Здесь мы можем поиграть, не повредив товар. — Что произойдёт через три часа? — Это уже не имеет значения — ты уже опоздал. Двигайся ты хоть на скорости в два Маха, всё равно не успеешь. Тем более, я буду убивать тебя медленно и болезненно, что займёт некоторое время... Как я говорил, Джек, дети жестоки. А мой внутренний ребёнок просто рвётся наружу.

   — Ну как тебе, Джек? Здесь мы можем поиграть, не повредив товар. — Что произойдёт через три часа? — Это уже не имеет значения — ты уже опоздал. Двигайся ты хоть на скорости в два Маха, всё равно не успеешь. Тем более, я буду убивать тебя медленно и болезненно, что займёт некоторое время... Как я говорил, Джек, дети жестоки. А мой внутренний ребёнок просто рвётся наружу.

   — Сандаунер · игра
2. «

   Вы должны закончить свою миссию, Полковник. Быстро, неожиданно и жестоко. Стреляйте насмерть и побеждайте в битве.

   Вы должны закончить свою миссию, Полковник. Быстро, неожиданно и жестоко. Стреляйте насмерть и побеждайте в битве.

   — Генерал Скотт Митчелл · игра
3. «

   Дети воспитывались в невероятной строгости. Даже в самые холодные дни им не позволялось носить носки, запрещалось перекусывать в необеденное время, нельзя было брать в руки палочки, пока за стол не садился отец, во время праздников покупать еду с лотков, есть на ходу, приглашать домой друзей. Таким было воспитание в семье.

   Дети воспитывались в невероятной строгости. Даже в самые холодные дни им не позволялось носить носки, запрещалось перекусывать в необеденное время, нельзя было брать в руки палочки, пока за стол не садился отец, во время праздников покупать еду с лотков, есть на ходу, приглашать домой друзей. Таким было воспитание в семье.

   — Рю Мураками · книга
4. «

   Саймон имел хороший дом — лакомый кусочек для них. Они обвинили его в измене. Любой хайлендер, чья собственность интересовала англичан, становился изменником, даже если не поддерживал Стюартов. Я, можно сказать, вышел сухим из воды. Саймон же не дожил до суда. Английская корона хотела прихватить все, по ее мнению, причитающееся ей.

   Саймон имел хороший дом — лакомый кусочек для них. Они обвинили его в измене. Любой хайлендер, чья собственность интересовала англичан, становился изменником, даже если не поддерживал Стюартов. Я, можно сказать, вышел сухим из воды. Саймон же не дожил до суда. Английская корона хотела прихватить все, по ее мнению, причитающееся ей.

   — Диана Гэблдон · книга
5. «

   — Вы жестоки, — говорю я. — Да. Когда мне кажется, что симпатичный молодой человек начинает сходить с ума, я бываю жестока.

   — Вы жестоки, — говорю я. — Да. Когда мне кажется, что симпатичный молодой человек начинает сходить с ума, я бываю жестока.

   — Сергей Лукьяненко · книга
6. «

   Люди не могут поверить в свою силу, не причинив жестокости.

   Люди не могут поверить в свою силу, не причинив жестокости.

   — Александр Солженицын
7. «

   Мужчина жесток, когда он не любит больше. В особенности, если он любит другую.

   Мужчина жесток, когда он не любит больше. В особенности, если он любит другую.

   — Анн и Серж Голон · книга
8. «

   Осуждать гомосексуала за его сексуальное предпочтение – это преступление и жестокость.

   Осуждать гомосексуала за его сексуальное предпочтение – это преступление и жестокость.

   — Зигмунд Фрейд
9. «

   Природа относится ко всем своим созданиям с восхитительной жестокостью.

   Природа относится ко всем своим созданиям с восхитительной жестокостью.

   — Жозе Сарамаго · книга
10. «

    Просто я понял, что жертва ожесточается и сама становится палачом.

    Просто я понял, что жертва ожесточается и сама становится палачом.

    — Дэниел Киз · книга
11. «

    ... Жестокость – тяжелейшая инфекция, склонная к пандемии. Она не бывает одноразовой. Начинали с жителей Чечни и, хотя многим казалось, что на них и закончится, но продолжили на «своих», как это принято теперь «патриотично» выражаться. Включая тех «своих», кто как раз-то и «патриотично» воевал с теми, с кого начинали, и только наивный мог рассчитывать на что-то другое.

    ... Жестокость – тяжелейшая инфекция, склонная к пандемии. Она не бывает одноразовой. Начинали с жителей Чечни и, хотя многим казалось, что на них и закончится, но продолжили на «своих», как это принято теперь «патриотично» выражаться. Включая тех «своих», кто как раз-то и «патриотично» воевал с теми, с кого начинали, и только наивный мог рассчитывать на что-то другое.

    — Анна Политковская · книга
12. «

    Не было [ни одного] города, который заключил бы мир с сынами Израилевыми, кроме Евеев, жителей Гаваона: все взяли они войною; ибо от Господа было то, что они ожесточили сердце свое и войною встречали Израиля — для того, чтобы преданы были заклятию и чтобы не было им помилования, но чтобы истреблены были так, как повелел Господь Моисею.

    Не было [ни одного] города, который заключил бы мир с сынами Израилевыми, кроме Евеев, жителей Гаваона: все взяли они войною; ибо от Господа было то, что они ожесточили сердце свое и войною встречали Израиля — для того, чтобы преданы были заклятию и чтобы не было им помилования, но чтобы истреблены были так, как повелел Господь Моисею.

    — Библия. Ветхий Завет. Книга Иисуса Навина · книга
13. «

    Лу, я адекватно понимаю — мир не переделать. Мы говорили с тобой об этом… Эксперименты над живыми людьми, массовые казни, узаконенное рабство, страх, воспитываемый с детства… Промывание мозгов из всех источников информации. И всё под приторно-ванильной глазурью благости и единственно правильной идеологии.

    Лу, я адекватно понимаю — мир не переделать. Мы говорили с тобой об этом… Эксперименты над живыми людьми, массовые казни, узаконенное рабство, страх, воспитываемый с детства… Промывание мозгов из всех источников информации. И всё под приторно-ванильной глазурью благости и единственно правильной идеологии.

    — Йонас Бэр · игра
14. «

    Из бывших рабов получаются самые жестокие хозяева.

    Из бывших рабов получаются самые жестокие хозяева.

    — Роберт Харрис · книга
15. «

    Жестокость характерна для законов, продиктованных трусостью, ибо трусость может быть энергична, только будучи жестокой.

    Жестокость характерна для законов, продиктованных трусостью, ибо трусость может быть энергична, только будучи жестокой.

    — Карл Маркс
16. «

    Люди <...> любят выдумывать страшилищ и страхи. Тогда сами себе они кажутся не столь уродливыми и ужасными. Напиваясь до белой горячки, обманывая, воруя, исхлёстывая жен вожжами, моря голодом старую бабку, четвертуя топорами пойманную в курятнике лису или осыпая стрелами последнего оставшегося на свете единорога, они любят думать, что ужаснее и безобразнее их все-таки привидение, которое ходит на заре по хатам. Тогда у них легчает на душе. И им проще жить.

    Люди <...> любят выдумывать страшилищ и страхи. Тогда сами себе они кажутся не столь уродливыми и ужасными. Напиваясь до белой горячки, обманывая, воруя, исхлёстывая жен вожжами, моря голодом старую бабку, четвертуя топорами пойманную в курятнике лису или осыпая стрелами последнего оставшегося на свете единорога, они любят думать, что ужаснее и безобразнее их все-таки привидение, которое ходит на заре по хатам. Тогда у них легчает на душе. И им проще жить.

    — Анджей Сапковский · книга
17. «

    А потом я спросил себя: кому нужна жестокость без очищения? Чему это научит мировую душу? О чем думал господь, помешивая поварешкой свой кипящий суп? Если ты не хочешь, не можешь повторить чуда Иова, господи, то убери свои руки от мира, зверствовать здесь и без тебя умеют…

    А потом я спросил себя: кому нужна жестокость без очищения? Чему это научит мировую душу? О чем думал господь, помешивая поварешкой свой кипящий суп? Если ты не хочешь, не можешь повторить чуда Иова, господи, то убери свои руки от мира, зверствовать здесь и без тебя умеют…

    — Юрий Нагибин · книга
18. «

    С жестокостью надо бороться там, где на нее наткнешься, а помощь оказывать там, где в ней нуждаются.

    С жестокостью надо бороться там, где на нее наткнешься, а помощь оказывать там, где в ней нуждаются.

    — Филип Пулман · книга
19. «

    Я впервые по-настоящему задумался в 1982-м, когда Америка позволила Израилю вторгнуться в Ливан. Я все еще помню эти сцены: кровь, оторванные конечности, женщин и детей, потерявших своих мужей и отцов, ракеты, падающие на их дома без жалости и разбора. Это было как если бы крокодил повстречал ребенка, у которого есть силы только на то, чтобы кричать. Разве крокодил принимает какие-либо аргументы, кроме оружия?

    Я впервые по-настоящему задумался в 1982-м, когда Америка позволила Израилю вторгнуться в Ливан. Я все еще помню эти сцены: кровь, оторванные конечности, женщин и детей, потерявших своих мужей и отцов, ракеты, падающие на их дома без жалости и разбора. Это было как если бы крокодил повстречал ребенка, у которого есть силы только на то, чтобы кричать. Разве крокодил принимает какие-либо аргументы, кроме оружия?

    — Усама бен Ладен
20. «

    Люди, которые внутренне жестоки, а в жизни бездарны, часто занимают зрительские места на корриде.

    Люди, которые внутренне жестоки, а в жизни бездарны, часто занимают зрительские места на корриде.

    — Фэн Цзицай · книга