581 цитата Агаты Кристи — читать онлайн

Ниже 581 цитата Агаты Кристи — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Давайте останемся просто двумя одинокими людьми, которым довелось встретиться и которые стали друзьями. Так гораздо чудеснее... и... и по-особенному.

   Давайте останемся просто двумя одинокими людьми, которым довелось встретиться и которые стали друзьями. Так гораздо чудеснее... и... и по-особенному.

   — Одинокий божок · книга
2. «

   – Вы не можете мне сказать, от кого вы это слышали? – Я дала слово, дорогой мистер Клемент. А честное слово для меня святыня. – Она приняла чрезвычайно серьезный вид. – Давайте скажем, что мне начирикала птичка, ладно? Так будет спокойнее, не правда ли? Мне очень хотелось сказать: «Чертовски глупо!» Жаль, что я удержался. Хотелось бы посмотреть, как это подействует на мисс Уэзерби. – Так вот, эта маленькая птичка сказала мне, что она видела одну даму, которую я называть не стану. – Стало быть, видела еще одну птичку? – поинтересовался я.

   – Вы не можете мне сказать, от кого вы это слышали? – Я дала слово, дорогой мистер Клемент. А честное слово для меня святыня. – Она приняла чрезвычайно серьезный вид. – Давайте скажем, что мне начирикала птичка, ладно? Так будет спокойнее, не правда ли? Мне очень хотелось сказать: «Чертовски глупо!» Жаль, что я удержался. Хотелось бы посмотреть, как это подействует на мисс Уэзерби. – Так вот, эта маленькая птичка сказала мне, что она видела одну даму, которую я называть не стану. – Стало быть, видела еще одну птичку? – поинтересовался я.

   — Леонард Клемент · книга
3. «

   Нужно думать не о сегодняшних неприятностях, а о завтрашних радостях.

   Нужно думать не о сегодняшних неприятностях, а о завтрашних радостях.

   — леди Эндкателл · книга
4. «

   Успех и счастье — два совершенно разных понятия.

   Успех и счастье — два совершенно разных понятия.

   — Роза и тис · книга
5. «

   Ее не сдерживали никакие правила, она руководствовалась девизом нашего времени: «Бери что хочешь – ибо живешь только раз!».

   Ее не сдерживали никакие правила, она руководствовалась девизом нашего времени: «Бери что хочешь – ибо живешь только раз!».

   — Калеб Джонатан · книга
6. «

   – Тереза считает, что ради денег каждый готов на все, что угодно, – сказал молодой доктор скучным голосом, каким обычно произносят прописные истины. – Верно. Точно так же рассуждает и ее брат. – Чарлз сам, вероятно, готов на что угодно ради денег.

   – Тереза считает, что ради денег каждый готов на все, что угодно, – сказал молодой доктор скучным голосом, каким обычно произносят прописные истины. – Верно. Точно так же рассуждает и ее брат. – Чарлз сам, вероятно, готов на что угодно ради денег.

   — Эркюль Пуаро · книга
7. «

   Я жду лжи, и по ней я узнаю правду!

   Я жду лжи, и по ней я узнаю правду!

   — Эркюль Пуаро · книга
8. «

   – Но вы не допустите, чтобы меня допрашивала полиция? – жалобно сказала мисс Уэзерби, сжимая мою руку обеими руками. – Я не выношу, совершенно не выношу толпу. А стоять перед судом!.. – В особых случаях, – сказал я, – они разрешают свидетелю сидеть. – И ускользнул.

   – Но вы не допустите, чтобы меня допрашивала полиция? – жалобно сказала мисс Уэзерби, сжимая мою руку обеими руками. – Я не выношу, совершенно не выношу толпу. А стоять перед судом!.. – В особых случаях, – сказал я, – они разрешают свидетелю сидеть. – И ускользнул.

   — Леонард Клемент · книга
9. «

   Еще бы. Дело проясняется прямо на глазах! Убийца — мужчина огромной физической силы, он же мозгляк, он же женщина, он же левша и правша одновременно. Да это же просто смешно!

   Еще бы. Дело проясняется прямо на глазах! Убийца — мужчина огромной физической силы, он же мозгляк, он же женщина, он же левша и правша одновременно. Да это же просто смешно!

   — Эркюль Пуаро · книга
10. «

    ... нет ничего более смехотворного, чем вчерашняя мода, хотя лет через тридцать она может снова захватить воображение общества или по крайней мере дать о себе знать.

    ... нет ничего более смехотворного, чем вчерашняя мода, хотя лет через тридцать она может снова захватить воображение общества или по крайней мере дать о себе знать.

    — Миссис Макгинти с жизнью рассталась · книга
11. «

    Испытывать сожаление — пустая трата времени.

    Испытывать сожаление — пустая трата времени.

    — После похорон · книга
12. «

    Эта необыкновенная женщина обладала поразительным, неотразимым обаянием. Я сам всеми силами противился даже мысли о том, что она могла совершить преступление. Сердце говорило мне: «Она на это не способна!» А бесенок в моем мозгу возражал: «Ну да, и только потому, что она на редкость красивая и привлекательная женщина!» Как сказала бы мисс Марпл, такова уж человеческая натура.

    Эта необыкновенная женщина обладала поразительным, неотразимым обаянием. Я сам всеми силами противился даже мысли о том, что она могла совершить преступление. Сердце говорило мне: «Она на это не способна!» А бесенок в моем мозгу возражал: «Ну да, и только потому, что она на редкость красивая и привлекательная женщина!» Как сказала бы мисс Марпл, такова уж человеческая натура.

    — Леонард Клемент · книга
13. «

    Слово может стать и оружием. Слово может стать причиной смерти, и не одной.

    Слово может стать и оружием. Слово может стать причиной смерти, и не одной.

    — Смерть приходит в конце · книга
14. «

    – Сейчас мы с ужасом думаем о тех временах, когда жгли на кострах ведьм. Мне кажется, что настанут дни, когда мы содрогнемся при одной мысли о том, что мы когда-то вешали преступников. – Вы против высшей меры наказания? – Дело даже не в этом. – Он умолк. – Знаете, – медленно произнес он наконец, – моя профессия все же лучше вашей. – Почему? – Потому что вам приходится очень часто судить, кто прав, кто виноват, а я вообще не уверен, что можно об этом судить. А если все это целиком зависит от желез внутренней секреции? Слишком активна одна железа, слишком мало развита другая – и вот перед вами убийца, вор, рецидивист. Клемент, я убежден, что настанет время, когда мы с ужасом и отвращением будем вспоминать долгие века, когда мы позволяли себе упиваться так называемыми справедливыми мерами наказания за преступления, и поймем, что осуждали и наказывали людей больных, которые были не в силах справиться с болезнью, бедолаги! Ведь не вешают же того, кто болен туберкулезом! – Он не представляет опасности для окружающих. – Нет, в определенном смысле он опасен. Он может заразить других. Ладно, возьмем, к примеру, несчастного, который воображает, что он китайский император. Вы же не обвиняете его в злом умысле. Я согласен, что общество нуждается в защите. Поместите этих людей куда-нибудь, где они никому не причинят вреда, даже устраните их безболезненным путем, да, я готов согласиться на крайние меры, но только не называйте это наказанием. Не убивайте позором их семьи – невинных людей.

    – Сейчас мы с ужасом думаем о тех временах, когда жгли на кострах ведьм. Мне кажется, что настанут дни, когда мы содрогнемся при одной мысли о том, что мы когда-то вешали преступников. – Вы против высшей меры наказания? – Дело даже не в этом. – Он умолк. – Знаете, – медленно произнес он наконец, – моя профессия все же лучше вашей. – Почему? – Потому что вам приходится очень часто судить, кто прав, кто виноват, а я вообще не уверен, что можно об этом судить. А если все это целиком зависит от желез внутренней секреции? Слишком активна одна железа, слишком мало развита другая – и вот перед вами убийца, вор, рецидивист. Клемент, я убежден, что настанет время, когда мы с ужасом и отвращением будем вспоминать долгие века, когда мы позволяли себе упиваться так называемыми справедливыми мерами наказания за преступления, и поймем, что осуждали и наказывали людей больных, которые были не в силах справиться с болезнью, бедолаги! Ведь не вешают же того, кто болен туберкулезом! – Он не представляет опасности для окружающих. – Нет, в определенном смысле он опасен. Он может заразить других. Ладно, возьмем, к примеру, несчастного, который воображает, что он китайский император. Вы же не обвиняете его в злом умысле. Я согласен, что общество нуждается в защите. Поместите этих людей куда-нибудь, где они никому не причинят вреда, даже устраните их безболезненным путем, да, я готов согласиться на крайние меры, но только не называйте это наказанием. Не убивайте позором их семьи – невинных людей.

    — Леонард Клемент · книга
15. «

    Не можем же мы поощрять кровную месть или пырять друг друга кинжалами, как корсиканцы или мафия, – сказал полковник. – Говорите что хотите, а, по-моему, суд присяжных – система вполне разумная.

    Не можем же мы поощрять кровную месть или пырять друг друга кинжалами, как корсиканцы или мафия, – сказал полковник. – Говорите что хотите, а, по-моему, суд присяжных – система вполне разумная.

    — полковник Арбэтнот · книга
16. «

    …И занялся выращиванием кабачков. И сразу же произошло убийство, и я послал кабачки к чёрту. Я хорошо знаю, что вы на это скажете: я как примадонна, которая дает прощальный спектакль. Дает неопределённое количество раз.

    …И занялся выращиванием кабачков. И сразу же произошло убийство, и я послал кабачки к чёрту. Я хорошо знаю, что вы на это скажете: я как примадонна, которая дает прощальный спектакль. Дает неопределённое количество раз.

    — Эркюль Пуаро · книга
17. «

    Убеждение, что свобода является привилегией только твоего народа, – весьма распространенная иллюзия.

    Убеждение, что свобода является привилегией только твоего народа, – весьма распространенная иллюзия.

    — Свидание со смертью · книга
18. «

    Преимущество профессии врача в том, что мы привыкли распознавать, когда люди нам лгут.

    Преимущество профессии врача в том, что мы привыкли распознавать, когда люди нам лгут.

    — Убийство Роджера Экройда · книга
19. «

    Мой девиз: метод, порядок и серые клеточки.

    Мой девиз: метод, порядок и серые клеточки.

    — Эркюль Пуаро · книга
20. «

    Свежий воздух неплох на улице, где ему и надлежит быть. Но зачем впускать его в дом?

    Свежий воздух неплох на улице, где ему и надлежит быть. Но зачем впускать его в дом?

    — Эркюль Пуаро · книга