Айрис Мёрдок: 176 цитат на каждый день

Ниже 176 цитат Айриса Мёрдока — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В жизни нет отдельных, пустых, немаркированных моментов, в которые можно поступать как попало, с тем чтобы потом продолжать существование с того места, на котором остановились. Дурные люди считают время прерывным, они нарочно притупляют свое восприятие естественной причинности. Добродетельные же воспринимают бытие как всеобъемлющую густую сеть мельчайших переплетений.

   В жизни нет отдельных, пустых, немаркированных моментов, в которые можно поступать как попало, с тем чтобы потом продолжать существование с того места, на котором остановились. Дурные люди считают время прерывным, они нарочно притупляют свое восприятие естественной причинности. Добродетельные же воспринимают бытие как всеобъемлющую густую сеть мельчайших переплетений.

   — Брэдли Пирсон · книга
2. «

   Желание высказать любовь — естественная составляющая самой любви; любовь чувствует, что она — благословение, благо, подарок, требующий вручения.

   Желание высказать любовь — естественная составляющая самой любви; любовь чувствует, что она — благословение, благо, подарок, требующий вручения.

   — Ученик философа · книга
3. «

   Все человеческие дела несерьезны, но относиться к ним нужно серьезно.

   Все человеческие дела несерьезны, но относиться к ним нужно серьезно.
4. «

   Время, как море, развязывает любые узлы.

   Время, как море, развязывает любые узлы.

   — Море, море · книга
5. «

   Похоже, это уравнение насчет простить и быть прощенным не такое уж простое, даже когда все вроде бы ясно.

   Похоже, это уравнение насчет простить и быть прощенным не такое уж простое, даже когда все вроде бы ясно.

   — Дитя слова · книга
6. «

   — А вы верите в Бога? — Нет. — Я тоже, по-моему, не верю. Мой отец был священником в Уэльсе — собственно, он до сих пор там. Мы жили над долиной. Он проповедовал овцам. Он был немножко странный. Правда, им это нравилось. Они даже подпускали его к себе, и он их гладил. — Кто? — Овцы. У них такие красивые глаза. Мы устраивали молебствия дома, вставали на колени перед диваном, и отец зарывался головой в подушки и стонал. — Надо будет мне как-нибудь попробовать

   — А вы верите в Бога? — Нет. — Я тоже, по-моему, не верю. Мой отец был священником в Уэльсе — собственно, он до сих пор там. Мы жили над долиной. Он проповедовал овцам. Он был немножко странный. Правда, им это нравилось. Они даже подпускали его к себе, и он их гладил. — Кто? — Овцы. У них такие красивые глаза. Мы устраивали молебствия дома, вставали на колени перед диваном, и отец зарывался головой в подушки и стонал. — Надо будет мне как-нибудь попробовать

   — Джимбо Дэвис · книга
7. «

   Не следует подходить слишком близко к тому, в чем угадываешь чужие страдания.

   Не следует подходить слишком близко к тому, в чем угадываешь чужие страдания.

   — Джеймс Эрроуби · книга
8. «

   Страдание только тогда справедливо, когда оно очищает.

   Страдание только тогда справедливо, когда оно очищает.

   — Единорог · книга
9. «

   У желания покорить мир нет никаких здравых пределов.

   У желания покорить мир нет никаких здравых пределов.

   — матушка Мэй · книга
10. «

    Суждения о людях никогда не бывают окончательными, они рождаются из итогов анализа, сразу же требующих пересмотра.

    Суждения о людях никогда не бывают окончательными, они рождаются из итогов анализа, сразу же требующих пересмотра.

    — Море, море · книга
11. «

    Письмо — это стена, за которой можно спрятаться, отсрочка важных свершений, защитный талисман, заговоренный от жизни, это почти безошибочный способ воздействия на расстоянии (а также, нельзя отрицать, способ свалить с себя ответственность). Письмо даёт возможность остановить мгновение.

    Письмо — это стена, за которой можно спрятаться, отсрочка важных свершений, защитный талисман, заговоренный от жизни, это почти безошибочный способ воздействия на расстоянии (а также, нельзя отрицать, способ свалить с себя ответственность). Письмо даёт возможность остановить мгновение.

    — Чёрный принц · книга
12. «

    Искусство вместо средства коммуникации нередко становится средством мистификации.

    Искусство вместо средства коммуникации нередко становится средством мистификации.

    — Чёрный принц · книга
13. «

    Все эти разговоры о любви так мало значат. Любовь — не чувство. Её можно проверить. Любовь — это поступки, это молчание, тишина. Это вовсе не эмоциональные уловки и борьба за обладание, как тебе когда-то казалось.

    Все эти разговоры о любви так мало значат. Любовь — не чувство. Её можно проверить. Любовь — это поступки, это молчание, тишина. Это вовсе не эмоциональные уловки и борьба за обладание, как тебе когда-то казалось.

    — Анна Квентин · книга
14. «

    Человека отчаявшегося любая неудача способна ввергнуть в глубочайшую депрессию, любой грех становится первородным грехом, по сути являясь частью его, любое преступление — Преступлением.

    Человека отчаявшегося любая неудача способна ввергнуть в глубочайшую депрессию, любой грех становится первородным грехом, по сути являясь частью его, любое преступление — Преступлением.

    — Хилари Бэрд · книга
15. «

    Ведь живой связи с прошлым действительно нет, прошлое кануло безвозвратно — это совершенно ясно, если вдуматься: оно больше не существует. Остались лишь эмоции, которыми можно манипулировать.

    Ведь живой связи с прошлым действительно нет, прошлое кануло безвозвратно — это совершенно ясно, если вдуматься: оно больше не существует. Остались лишь эмоции, которыми можно манипулировать.

    — Хилари Берд · книга
16. «

    Перспектива, маячивший вдали свет — исчезли; дверь, ведущая к спасению, закрылась; замуровывание, падение в бездну — ускорились, последний взмах маятника стал ближе. Меня словно могильным камнем придавила тень прошлого, — а быть может, будущего — страдания. Несчастье и грех неизбежно вплетены в человеческую участь. Я познал на себе эту неизбежность.

    Перспектива, маячивший вдали свет — исчезли; дверь, ведущая к спасению, закрылась; замуровывание, падение в бездну — ускорились, последний взмах маятника стал ближе. Меня словно могильным камнем придавила тень прошлого, — а быть может, будущего — страдания. Несчастье и грех неизбежно вплетены в человеческую участь. Я познал на себе эту неизбежность.

    — Хилари Бэрд · книга
17. «

    В кругу семьи люди частенько, сами того не ведая, умеют одним жестом причинить страшную боль, а сам по себе этот жест может быть совершенно невинным.

    В кругу семьи люди частенько, сами того не ведая, умеют одним жестом причинить страшную боль, а сам по себе этот жест может быть совершенно невинным.

    — Человек случайностей · книга
18. «

    Как странно, что за улыбающейся болтающей маской скрывается мозг, воссоздающий в мельчайших деталях мизансцены и разговоры, превращая это в пытку, и ты, укрывшись за маской, можешь плакать, можешь кричать от боли.

    Как странно, что за улыбающейся болтающей маской скрывается мозг, воссоздающий в мельчайших деталях мизансцены и разговоры, превращая это в пытку, и ты, укрывшись за маской, можешь плакать, можешь кричать от боли.

    — Дитя слова · книга
19. «

    Поиски, как замечено психологами, представляют собой весьма своеобразный феномен: весь мир вокруг оказывается как бы единым пьедесталом, на который возводится зловещее отсутствие разыскиваемого.

    Поиски, как замечено психологами, представляют собой весьма своеобразный феномен: весь мир вокруг оказывается как бы единым пьедесталом, на который возводится зловещее отсутствие разыскиваемого.

    — Чёрный принц · книга
20. «

    Человеческая способность забывать поистине безгранична.

    Человеческая способность забывать поистине безгранична.

    — Чёрный принц · книга