313 цитат Айриса Мёрдока для поста и дневника

Ниже 313 цитат Айриса Мёрдока — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Некоторые воспоминания похожи на счастливые талисманы, о них никому нельзя рассказывать, иначе они потеряют силу.

   Некоторые воспоминания похожи на счастливые талисманы, о них никому нельзя рассказывать, иначе они потеряют силу.

   — Мидж · книга
2. «

   Люди с тонкой душевной организацией слишком многое видят и поэтому никогда не могут дать прямой ответ.

   Люди с тонкой душевной организацией слишком многое видят и поэтому никогда не могут дать прямой ответ.

   — Под сетью · книга
3. «

   Влюбленность – это тоже вид рабства, глупость, как подумаешь, просто помешательство. Превращаешь другого человека в бога. Не может это быть хорошо. <…> Истинная любовь – чувство свободное и нормальное.

   Влюбленность – это тоже вид рабства, глупость, как подумаешь, просто помешательство. Превращаешь другого человека в бога. Не может это быть хорошо. <…> Истинная любовь – чувство свободное и нормальное.

   — Море, море · книга
4. «

   — Он такое ничтожество. У нее же есть какой-то вкус. — Вы недооцениваете Артура. У него много достоинств. — Назовите хотя бы одно. — Хороший характер. — Слабенький он человечек. Ладно, ладно, мой дорогой, слишком поздно создавать Артуру авторитет в моих глазах. — Брак может изменить его. — Перемены производит страсть — та самая, что заставила Аполлона похитить Дафну. А здесь этого нет в помине. — Не понимаю, откуда вы это взяли. — Вы хотите сказать, что любовь способна облагородить Артура? — Такое может с кем угодно произойти. — Признайтесь, до сих пор вы ни разу не сказали о нем доброго слова. — Но вы же над ним издеваетесь. Вы издеваетесь над всеми. Вот я и клюнул. А не следовало. Я уважаю Артура.

   — Он такое ничтожество. У нее же есть какой-то вкус. — Вы недооцениваете Артура. У него много достоинств. — Назовите хотя бы одно. — Хороший характер. — Слабенький он человечек. Ладно, ладно, мой дорогой, слишком поздно создавать Артуру авторитет в моих глазах. — Брак может изменить его. — Перемены производит страсть — та самая, что заставила Аполлона похитить Дафну. А здесь этого нет в помине. — Не понимаю, откуда вы это взяли. — Вы хотите сказать, что любовь способна облагородить Артура? — Такое может с кем угодно произойти. — Признайтесь, до сих пор вы ни разу не сказали о нем доброго слова. — Но вы же над ним издеваетесь. Вы издеваетесь над всеми. Вот я и клюнул. А не следовало. Я уважаю Артура.

   — Хилари Берд · книга
5. «

   …Жизнь, в отличие от искусства, обладает досадным свойством – хоть и спотыкаясь и прихрамывая, двигаться все дальше, сводя насмарку моральные перерождения, ставя под сомнение разгадки и вообще показывая полную невозможность жить праведно и счастливо до последнего вздоха…

   …Жизнь, в отличие от искусства, обладает досадным свойством – хоть и спотыкаясь и прихрамывая, двигаться все дальше, сводя насмарку моральные перерождения, ставя под сомнение разгадки и вообще показывая полную невозможность жить праведно и счастливо до последнего вздоха…

   — Море, море · книга
6. «

   Беда в том, что когда превращаешься в алкоголика, обычное состояние разума воспринимаешь как пытку. Полагаю, это и значит стать алкоголиком.

   Беда в том, что когда превращаешься в алкоголика, обычное состояние разума воспринимаешь как пытку. Полагаю, это и значит стать алкоголиком.

   — Итальянка · книга
7. «

   Для влюблённого даже слабый свет сияет долго.

   Для влюблённого даже слабый свет сияет долго.

   — Отрубленная голова · книга
8. «

   Демоны, как и вирусы, живут в каждом человеческом теле, но у некоторых счастливчиков никогда не просыпаются.

   Демоны, как и вирусы, живут в каждом человеческом теле, но у некоторых счастливчиков никогда не просыпаются.

   — Ученик философа · книга
9. «

   Всякое ничтожество, которому хочется чувствовать себя значительным и быть вправе пинать то, чего не способен понять, — против...

   Всякое ничтожество, которому хочется чувствовать себя значительным и быть вправе пинать то, чего не способен понять, — против...

   — Книга и братство · книга
10. «

    — В ней много дурости, — сказал Руперт. — Всегда живет то в одном выдуманном мире, то в другом. — А разве все мы живем иначе?

    — В ней много дурости, — сказал Руперт. — Всегда живет то в одном выдуманном мире, то в другом. — А разве все мы живем иначе?

    — Честный проигрыш · книга
11. «

    Я захлебывался от злости и ненависти. Я ненавидел не общество — абстракцию, выдуманную ничтожными социологами, — я ненавидел всю вселенную. Мне хотелось причинить ей боль в отместку за боль, причиненную мне.

    Я захлебывался от злости и ненависти. Я ненавидел не общество — абстракцию, выдуманную ничтожными социологами, — я ненавидел всю вселенную. Мне хотелось причинить ей боль в отместку за боль, причиненную мне.

    — Хилари Берд · книга
12. «

    Это — моя работа, это — мои друзья, это — моя семья, это — моя страна, и делаешь для них все, что можешь. Страх и тревогу нельзя просто взять и перечеркнуть, но страх и тревога не должны быть нормальным состоянием.

    Это — моя работа, это — мои друзья, это — моя семья, это — моя страна, и делаешь для них все, что можешь. Страх и тревогу нельзя просто взять и перечеркнуть, но страх и тревога не должны быть нормальным состоянием.
13. «

    Настоящие отношения по большей части складываются сами собой.

    Настоящие отношения по большей части складываются сами собой.

    — Море, море · книга
14. «

    Когда что-то из прошлого вырывается наружу живым и цельным, поневоле мерещится, что от него веет пламенем ада.

    Когда что-то из прошлого вырывается наружу живым и цельным, поневоле мерещится, что от него веет пламенем ада.

    — Море, море · книга
15. «

    …Прошлое и настоящее так неразрывны, только что не едины, словно время – это искусственное расчленение материала, который стремится к тому, чтобы стать компактным и однородным, тяжелым и очень маленьким, как некоторые небесные тела, о которых нас осведомила наука.

    …Прошлое и настоящее так неразрывны, только что не едины, словно время – это искусственное расчленение материала, который стремится к тому, чтобы стать компактным и однородным, тяжелым и очень маленьким, как некоторые небесные тела, о которых нас осведомила наука.

    — Море, море · книга
16. «

    Некоторые люди, даже если их ценишь, навсегда остаются зловещими свидетелями прошлого.

    Некоторые люди, даже если их ценишь, навсегда остаются зловещими свидетелями прошлого.

    — Море, море · книга
17. «

    ... Ей удавалось создать посреди шума повседневности собственную область тишины.

    ... Ей удавалось создать посреди шума повседневности собственную область тишины.

    — Человек случайностей · книга
18. «

    Мистер Османд верил в конкуренцию. Он считал ее необходимой для совершенствования. Он был сторонником экзаменационной системы и культивировал ее. (И правильно делал. Это было тем путем, который вывел меня из бездны.) Parvenir à tout prix стало моим лозунгом.

    Мистер Османд верил в конкуренцию. Он считал ее необходимой для совершенствования. Он был сторонником экзаменационной системы и культивировал ее. (И правильно делал. Это было тем путем, который вывел меня из бездны.) Parvenir à tout prix стало моим лозунгом.

    — Дитя слова · книга
19. «

    Психика — странная вещь. У неё есть свои таинственные способы восстанавливать равновесие. Она автоматически ищет преимущества и утешения.

    Психика — странная вещь. У неё есть свои таинственные способы восстанавливать равновесие. Она автоматически ищет преимущества и утешения.

    — Отрубленная голова · книга
20. «

    Я чувствовал себя особой привилегированной, когда видел, как он презирает весь мир, кроме меня.

    Я чувствовал себя особой привилегированной, когда видел, как он презирает весь мир, кроме меня.

    — Дитя слова · книга