99 цитат Алана Брэдли — избранное

Алан Брэдли — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 99 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Скажите им, что мы, возможно, не молимся с ними, — заявил отец викарию, — но мы, по крайней мере, не молимся против них.

   Скажите им, что мы, возможно, не молимся с ними, — заявил отец викарию, — но мы, по крайней мере, не молимся против них.

   — Полковник де Люс · книга
2. «

   Может быть, со временем я найду противоядие от горя. Но сейчас я могу только молча жалеть его.

   Может быть, со временем я найду противоядие от горя. Но сейчас я могу только молча жалеть его.

   — Здесь мертвецы под сводом спят · книга
3. «

   Хотя это звучит ужасно, но скорбь – забавная штука. С одной стороны, ты нем, но с другой – что-то внутри отчаянно пытается проковырять путь обратно к нормальному состоянию: сделать веселое лицо, выскочить, словно черт из табакерки, и сказать: «Улыбайся, черт тебя дери, улыбайся!» Юное сердце не может долго быть угрюмым, и я уже чувствовала, что мышцы моего лица устали скорбеть.

   Хотя это звучит ужасно, но скорбь – забавная штука. С одной стороны, ты нем, но с другой – что-то внутри отчаянно пытается проковырять путь обратно к нормальному состоянию: сделать веселое лицо, выскочить, словно черт из табакерки, и сказать: «Улыбайся, черт тебя дери, улыбайся!» Юное сердце не может долго быть угрюмым, и я уже чувствовала, что мышцы моего лица устали скорбеть.

   — Здесь мертвецы под сводом спят · книга
4. «

   Меня охватило ощущение, которое я для себя определяю как льдом по сердцу. Больно и одновременно влажно. Иногда это не более, чем несколько ледяных капель, а иногда — ушат воды, но это ощущение всегда сопровождается паникой, ужасом или неожиданным воспоминанием.

   Меня охватило ощущение, которое я для себя определяю как льдом по сердцу. Больно и одновременно влажно. Иногда это не более, чем несколько ледяных капель, а иногда — ушат воды, но это ощущение всегда сопровождается паникой, ужасом или неожиданным воспоминанием.

   — Флавия · книга
5. «

   Ценю её заботу, но разве может человек, расследующий убийство, носить варежки? Приходится дуть на ладони, чтобы немного согреться.

   Ценю её заботу, но разве может человек, расследующий убийство, носить варежки? Приходится дуть на ладони, чтобы немного согреться.

   — Флавия · книга
6. «

   Мозги и мораль не имеют ничего общего друг с другом.

   Мозги и мораль не имеют ничего общего друг с другом.

   — Флавия де Люс · книга
7. «

   Если он ждет, что я начну возражать, ему придется ждать, пока не явятся коровы в бордовых пижамах.

   Если он ждет, что я начну возражать, ему придется ждать, пока не явятся коровы в бордовых пижамах.

   — Сорняк, обвивший сумку палача · книга
8. «

   — Любовь — это не широкая река, которая течёт и течёт себе вечно, и если ты в это веришь, ты дура бестолковая. Её может запрудить плотина, и тогда ничего не останется, кроме тонкой струйки…

   — Любовь — это не широкая река, которая течёт и течёт себе вечно, и если ты в это веришь, ты дура бестолковая. Её может запрудить плотина, и тогда ничего не останется, кроме тонкой струйки…

   — Порслин · книга
9. «

   Одна из тех вещей, которые вгоняют меня в ужас при мысли о взрослой жизни, — то, что рано или поздно ты поддаешься сентиментальности в ущерб простой логике. Фальшивые чувства препятствуют действиям, как густой мед склеивает крошечные детали часового механизма.

   Одна из тех вещей, которые вгоняют меня в ужас при мысли о взрослой жизни, — то, что рано или поздно ты поддаешься сентиментальности в ущерб простой логике. Фальшивые чувства препятствуют действиям, как густой мед склеивает крошечные детали часового механизма.

   — Сэндвич с пеплом и фазаном · книга
10. «

    — Похоже, Петр Великий теперь хорошо себя ведет, — заметила я с рассчитанной дрожью и кивком в сторону сверкающей громадины. — Временами он очень дерзок. — Она улыбнулась. — Это все потому, что он русский, полагаю.

    — Похоже, Петр Великий теперь хорошо себя ведет, — заметила я с рассчитанной дрожью и кивком в сторону сверкающей громадины. — Временами он очень дерзок. — Она улыбнулась. — Это все потому, что он русский, полагаю.

    — Флавия де Люс · книга
11. «

    Сочиняя ложь, очень важно придумать правильное количество подробностей: слишком много или слишком мало — и тебя выведут на чистую воду.

    Сочиняя ложь, очень важно придумать правильное количество подробностей: слишком много или слишком мало — и тебя выведут на чистую воду.

    — Здесь мертвецы под сводом спят · книга
12. «

    Когда сомневаешься, положись на чувства.

    Когда сомневаешься, положись на чувства.

    — Сладость на корочке пирога · книга
13. «

    А – это аспид, что спит под скалой, Б – браконьер бородатый и злой, В – это вор…

    А – это аспид, что спит под скалой, Б – браконьер бородатый и злой, В – это вор…

    — Здесь мертвецы под сводом спят · книга
14. «

    — Я обнаружила еще один труп, но вы, наверное, в курсе? — Разумеется. Такие новости разносятся как пожар. Не могу сказать, что я удивилась. Каждому свое, если ты понимаешь, о чем я.

    — Я обнаружила еще один труп, но вы, наверное, в курсе? — Разумеется. Такие новости разносятся как пожар. Не могу сказать, что я удивилась. Каждому свое, если ты понимаешь, о чем я.

    — Трижды пестрый кот мяукнул · книга
15. «

    Я дважды моргнула: достаточно, чтобы не выглядеть непочтительной.

    Я дважды моргнула: достаточно, чтобы не выглядеть непочтительной.

    — Флавия де Люс · книга
16. «

    Терпение — необходимое свойство гения!

    Терпение — необходимое свойство гения!

    — Флавия де Люс · книга
17. «

    Но слишком скоро мы выросли. Слишком скоро, чтобы принять не только удовольствия мира взрослых, но и его сложности.

    Но слишком скоро мы выросли. Слишком скоро, чтобы принять не только удовольствия мира взрослых, но и его сложности.

    — тетушка Фелисити · книга
18. «

    Рай — это место, где библиотека открыта двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

    Рай — это место, где библиотека открыта двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

    — Флавия де Люс · книга
19. «

    Как только люди получают над тобой власть, поразительно, как быстро их хватка распространяется на все стороны твоей жизни. Сначала они просто учат тебя азам безобидной географии, а потом ты ловишь их на том, что они критикуют твою манеру стоять или дышать.

    Как только люди получают над тобой власть, поразительно, как быстро их хватка распространяется на все стороны твоей жизни. Сначала они просто учат тебя азам безобидной географии, а потом ты ловишь их на том, что они критикуют твою манеру стоять или дышать.

    — Сэндвич с пеплом и фазаном · книга
20. «

    Семьи — это поистине тихий омут, и мне еще только предстоит выяснить, какие щуки плавают в глубине моего собственного омута.

    Семьи — это поистине тихий омут, и мне еще только предстоит выяснить, какие щуки плавают в глубине моего собственного омута.

    — Флавия де Люс · книга