59 цитат, которые говорил Александр Александрович Зиновьев

Ниже 59 цитат Александра Александровича Зиновьева — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Верно, что человек стремится к счастью. Нет счастья без способности к самоограничению и без самоконтроля. Ограничивая и сдерживая себя в обычном житейском разрезе бытия, ты поворачиваешь свое «я» в иной разрез, в котором лишь можешь испытать счастье. Без этого возможна лишь мимолетная и кратковременная иллюзия счастья. Удовлетворение есть результат победы над обстоятельствами. Счастье же есть результат победы над самим собой.

   Верно, что человек стремится к счастью. Нет счастья без способности к самоограничению и без самоконтроля. Ограничивая и сдерживая себя в обычном житейском разрезе бытия, ты поворачиваешь свое «я» в иной разрез, в котором лишь можешь испытать счастье. Без этого возможна лишь мимолетная и кратковременная иллюзия счастья. Удовлетворение есть результат победы над обстоятельствами. Счастье же есть результат победы над самим собой.

   — Иди на Голгофу · книга
2. «

   Диссидентское движение было организовано Западом. Это было первой попыткой создания «пятой колонны»… Интеллектуальный и моральный уровень их был невысок. Когда я оказался на Западе, то убедился, что на 90% это шкурники.

   Диссидентское движение было организовано Западом. Это было первой попыткой создания «пятой колонны»… Интеллектуальный и моральный уровень их был невысок. Когда я оказался на Западе, то убедился, что на 90% это шкурники.
3. «

   Говорят, будто исторический Сальери был совсем не таким, как в легенде. Но если это и так, легенда всё равно ближе к истине. В моцартовское время на одного реализовавшегося Моцарта приходился один Сальери. В наше время на одного потенциального Моцарта находятся тысячи актуальных Сальери, действующих ещё более подло и мелко, чем легендарный Сальери. Прогресс!

   Говорят, будто исторический Сальери был совсем не таким, как в легенде. Но если это и так, легенда всё равно ближе к истине. В моцартовское время на одного реализовавшегося Моцарта приходился один Сальери. В наше время на одного потенциального Моцарта находятся тысячи актуальных Сальери, действующих ещё более подло и мелко, чем легендарный Сальери. Прогресс!

   — Русская судьба, исповедь отщепенца · книга
4. «

   Нам нужна мечта, надежда, утопия. Утопия — это великое открытие. Если люди не изобретут новую, на первый взгляд никому не нужную утопию, то они не выживут в качестве людей. Нам нужна сказка: людям важно, в какой они верят туман и какая им верится сказка.

   Нам нужна мечта, надежда, утопия. Утопия — это великое открытие. Если люди не изобретут новую, на первый взгляд никому не нужную утопию, то они не выживут в качестве людей. Нам нужна сказка: людям важно, в какой они верят туман и какая им верится сказка.
5. «

   Понимание вообще не приходит без усилия. Без усилия приходят только заблуждения.

   Понимание вообще не приходит без усилия. Без усилия приходят только заблуждения.

   — Коммунизм как реальность · книга
6. «

   Вскоре после войны я слышал такой анекдот. Молотов сказал Сталину, что в Москве появился человек, очень похожий на Сталина. Сталин приказал, чтобы этого человека расстреляли. Ворошилов сказал, что достаточно было бы побрить двойнику Сталина усы. «Хорошая мысль! — воскликнул Сталин. — Побрить этому мерзавцу усы. А затем расстрелять!»

   Вскоре после войны я слышал такой анекдот. Молотов сказал Сталину, что в Москве появился человек, очень похожий на Сталина. Сталин приказал, чтобы этого человека расстреляли. Ворошилов сказал, что достаточно было бы побрить двойнику Сталина усы. «Хорошая мысль! — воскликнул Сталин. — Побрить этому мерзавцу усы. А затем расстрелять!»

   — Русская судьба, исповедь отщепенца · книга
7. «

   ... истина о нашем обществе есть самый запретный плод в нашем земном раю, каким принято изображать наше общество.

   ... истина о нашем обществе есть самый запретный плод в нашем земном раю, каким принято изображать наше общество.

   — Глобальный человейник · книга
8. «

   По моим наблюдениям, в поведении американцев ощущается нечто голливудское, какая-то умственная тупость и моральная пустота, порождаемые сознанием превосходящей физической силы и самомнением «сверхчеловеков». Такое состояние наблюдалось в гитлеровской Германии в начале Второй мировой войны. Только немцы рядились в трагические костюмы вагнеризма. А тут все выглядит как в типично американском «костюмном» фильме.

   По моим наблюдениям, в поведении американцев ощущается нечто голливудское, какая-то умственная тупость и моральная пустота, порождаемые сознанием превосходящей физической силы и самомнением «сверхчеловеков». Такое состояние наблюдалось в гитлеровской Германии в начале Второй мировой войны. Только немцы рядились в трагические костюмы вагнеризма. А тут все выглядит как в типично американском «костюмном» фильме.

   — Русская трагедия · книга
9. «

   Взбунтовавшийся человек или группа людей не имеет никакой программы своего поведения в период бунта. Бунт имеет причины, но не имеет цели. Вернее, он имеет цель в себе самом. Бунт есть явление чисто эмоциональное, хотя в числе его причин и могут фигурировать соображения разума. Бунт есть проявление безысходного отчаяния. В состоянии бунта люди могут совершать поступки, которые, с точки зрения посторонних наблюдателей, выглядят безумными. Бунт и есть состояние безумия, но безумия не медицинского, а социального.

   Взбунтовавшийся человек или группа людей не имеет никакой программы своего поведения в период бунта. Бунт имеет причины, но не имеет цели. Вернее, он имеет цель в себе самом. Бунт есть явление чисто эмоциональное, хотя в числе его причин и могут фигурировать соображения разума. Бунт есть проявление безысходного отчаяния. В состоянии бунта люди могут совершать поступки, которые, с точки зрения посторонних наблюдателей, выглядят безумными. Бунт и есть состояние безумия, но безумия не медицинского, а социального.

   — Русская судьба, исповедь отщепенца · книга
10. «

    Пьянство я считал морально оправданным. Более того, я относился к нему как к явлению неизбежному в условиях России, причем как к явлению социальному, а не медицинскому. <...> В России алкоголь никогда не был элементом обычной пищи, как во многих других местах планеты. Он был всегда элементом государственной политики. Главными причинами пьянства всегда были бедность и убожество жизни, а также психологические драмы, порожденные безвыходностью положения и отчаянием. В первые послевоенные годы пьянство приняло такой размах, какого не было за всю прошлую историю России. Не было средств на хорошую еду и одежду. А на пьянство хватало. Оно было дешевле. Люди пережили неслыханные лишения и горе. В пьяном виде это на время забывалось. Жизнь становилась немного красочнее и веселее. Отношения с людьми становились душевнее. Власти умышленно поддерживали пьянство как средство отвлечь внимание людей от их тяжелого положения. Алкогольные напитки продавались повсюду. На вечерах отдыха, которые регулярно устраивались во всех учреждениях и предприятиях, непременно работал буфет.

    Пьянство я считал морально оправданным. Более того, я относился к нему как к явлению неизбежному в условиях России, причем как к явлению социальному, а не медицинскому. <...> В России алкоголь никогда не был элементом обычной пищи, как во многих других местах планеты. Он был всегда элементом государственной политики. Главными причинами пьянства всегда были бедность и убожество жизни, а также психологические драмы, порожденные безвыходностью положения и отчаянием. В первые послевоенные годы пьянство приняло такой размах, какого не было за всю прошлую историю России. Не было средств на хорошую еду и одежду. А на пьянство хватало. Оно было дешевле. Люди пережили неслыханные лишения и горе. В пьяном виде это на время забывалось. Жизнь становилась немного красочнее и веселее. Отношения с людьми становились душевнее. Власти умышленно поддерживали пьянство как средство отвлечь внимание людей от их тяжелого положения. Алкогольные напитки продавались повсюду. На вечерах отдыха, которые регулярно устраивались во всех учреждениях и предприятиях, непременно работал буфет.

    — Русская судьба, исповедь отщепенца · книга
11. «

    Сама идея материального изобилия при коммунизме и распределения материальных благ по потребностям оказалась самоубийственной для реального коммунизма, сместив систему ценностей из духовной сферы в материальную.

    Сама идея материального изобилия при коммунизме и распределения материальных благ по потребностям оказалась самоубийственной для реального коммунизма, сместив систему ценностей из духовной сферы в материальную.

    — Русская трагедия · книга
12. «

    Знание фактов само по себе еще не дает понимания.

    Знание фактов само по себе еще не дает понимания.

    — Коммунизм как реальность · книга
13. «

    Люди с удовольствием смотрят в кино или театре и читают в книгах сцены страдания изображаемых персонажей. Реальная же жизнь в основном идёт без зрителей и проходит в самом человеке, в его сознании и переживаниях. Она не для показа праздным зрителям.

    Люди с удовольствием смотрят в кино или театре и читают в книгах сцены страдания изображаемых персонажей. Реальная же жизнь в основном идёт без зрителей и проходит в самом человеке, в его сознании и переживаниях. Она не для показа праздным зрителям.

    — Глобальный человейник · книга
14. «

    Преимущество компьютерного помощника – он не обманет, не предаст, не подложит тебе свинью.

    Преимущество компьютерного помощника – он не обманет, не предаст, не подложит тебе свинью.

    — Глобальный человейник · книга
15. «

    Прошлый век был умнее нашего, а будущий будет ещё глупее. Ребенок, умеющий обращаться с компьютером, но не знающий таблицу умножения, есть признак деградации. Ко всему прочему в мире исчезла тайна и святость. Мы превращаемся в умную машину, состоящую из глупцов и служащую ещё более глупым ловкачам.

    Прошлый век был умнее нашего, а будущий будет ещё глупее. Ребенок, умеющий обращаться с компьютером, но не знающий таблицу умножения, есть признак деградации. Ко всему прочему в мире исчезла тайна и святость. Мы превращаемся в умную машину, состоящую из глупцов и служащую ещё более глупым ловкачам.

    — Русская судьба, исповедь отщепенца · книга
16. «

    Человек одинок. Твой жизненный путь пролегает так, что ты лишь внешне и случайно соприкасаешься с другими людьми, причем без взаимного проникновения душ. Это самое мучительное состояние человека. Можно вынести любые страдания, кроме одиночества. Против одиночества нет лекарств и нет упражнений, как преодолевать его. От одиночества нет спасения. Есть две формы одиночества — внешнее и внутреннее одиночество. Первое является вынужденным обстоятельством. Оно может исчезнуть вместе с обстоятельствами. Гораздо более серьезным является другая форма одиночества. Это состояние, когда человек окружен людьми, ни от кого не отделён, свободен в выборе знакомств, но при этом не имеет близких себе людей. Это одиночество человека в любом коллективе, среди людей. Такое одиночество ужасно. Человек постоянно живет в состоянии обречённости в ожидании конца. Никакой надежды, никакого просвета.

    Человек одинок. Твой жизненный путь пролегает так, что ты лишь внешне и случайно соприкасаешься с другими людьми, причем без взаимного проникновения душ. Это самое мучительное состояние человека. Можно вынести любые страдания, кроме одиночества. Против одиночества нет лекарств и нет упражнений, как преодолевать его. От одиночества нет спасения. Есть две формы одиночества — внешнее и внутреннее одиночество. Первое является вынужденным обстоятельством. Оно может исчезнуть вместе с обстоятельствами. Гораздо более серьезным является другая форма одиночества. Это состояние, когда человек окружен людьми, ни от кого не отделён, свободен в выборе знакомств, но при этом не имеет близких себе людей. Это одиночество человека в любом коллективе, среди людей. Такое одиночество ужасно. Человек постоянно живет в состоянии обречённости в ожидании конца. Никакой надежды, никакого просвета.

    — Русская судьба, исповедь отщепенца · книга
17. «

    ... никаких глубоких семейных привязанностей, никакой любви, никакой дружбы, никакой веры — таковы исходные принципы нашего бытия.

    ... никаких глубоких семейных привязанностей, никакой любви, никакой дружбы, никакой веры — таковы исходные принципы нашего бытия.

    — Глобальный человейник · книга
18. «

    Я не могу сказать, что счастлива. Но не могу сказать, что несчастлива. Категория счастья в применении к нам, западоидам, лишена смысла. Я удовлетворена.

    Я не могу сказать, что счастлива. Но не могу сказать, что несчастлива. Категория счастья в применении к нам, западоидам, лишена смысла. Я удовлетворена.

    — Ми · книга
19. «

    Нарушив все табу в отношении секса, люди встали на путь разрушения всех запретов, благодаря которым они стали людьми, то есть на путь обесчеловечивания.

    Нарушив все табу в отношении секса, люди встали на путь разрушения всех запретов, благодаря которым они стали людьми, то есть на путь обесчеловечивания.

    — Глобальный человейник · книга
20. «

    Массовые желания редко бывают разумными.

    Массовые желания редко бывают разумными.

    — Коммунизм как реальность · книга