Топ-17 цитат Александра Дугина

Подборка из 17 цитат Александра Дугина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В ХХ веке на метафоре театра была построена такая дисциплина, как социология.

   В ХХ веке на метафоре театра была построена такая дисциплина, как социология.

   — Ноомахия. Войны ума. Англия или Британия? Морская миссия и позитивный субъект · книга
2. «

   Основная направленность моей деятельности состоит в эксплорации онтологии — меня интересует область смыслов, узлов бытия, парадигм, которые проявляются повсюду и во всем. Можно сказать, что я философ-онтолог. Все остальное — социология, история религий, геополитика, политология, культурология, литературоведение и т. д. проистекает из онтологии.

   Основная направленность моей деятельности состоит в эксплорации онтологии — меня интересует область смыслов, узлов бытия, парадигм, которые проявляются повсюду и во всем. Можно сказать, что я философ-онтолог. Все остальное — социология, история религий, геополитика, политология, культурология, литературоведение и т. д. проистекает из онтологии.

   — Путин против Путина · книга
3. «

   Что такое время? Это проекция семантики на горизонт феноменального. Время творимо сознанием...

   Что такое время? Это проекция семантики на горизонт феноменального. Время творимо сознанием...

   — Украина: моя война · книга
4. «

   Философия силы меня заинтересовала. С одной стороны она описывает культуру банту (народ Африки), эта же философия силы, по сути, объясняет функционирование современной политической пропаганды. Например, западной. Отсюда в западном обществе глагол пауэр, наполнить силой, появляется часто. Представление мира как игры сил, и когда сила прибывает — это хорошо, а когда убывает — это плохо, и если сила убывает, есть кто-то, кто в этом виноват. И поиск этого виноватого составляет целую систему в политической пропаганде.

   Философия силы меня заинтересовала. С одной стороны она описывает культуру банту (народ Африки), эта же философия силы, по сути, объясняет функционирование современной политической пропаганды. Например, западной. Отсюда в западном обществе глагол пауэр, наполнить силой, появляется часто. Представление мира как игры сил, и когда сила прибывает — это хорошо, а когда убывает — это плохо, и если сила убывает, есть кто-то, кто в этом виноват. И поиск этого виноватого составляет целую систему в политической пропаганде.
5. «

   Печальна судьба провидца, если он превращается в идола и в истукана. Провидец повествует о бытии, о жизни, о богах и судьбе мира, о том, что есть в данный момент, а значит, было и будет. Его слова — живые и оживляются жизнью тех, кто их понимает, кто через них соразмышляет. А поэтому через живое понимание эти слова и тот, через которого они были высказаны, продолжают жить, а в некоторых случаях — и только начинают жить по-настоящему. Если мы поймем Хайдеггера, мы сможем двинуться, отталкиваясь от этого понимания, в любую сторону. Более того, совершенно все равно, что это будет за сторона — подтвердим ли мы основные моменты его философии или откроем что-то еще, например, то, что в ней не содержится, или даже то, что ей противоречит. Тот, кто живет в мысли, оживляет тех, кто мыслил когда-то.

   Печальна судьба провидца, если он превращается в идола и в истукана. Провидец повествует о бытии, о жизни, о богах и судьбе мира, о том, что есть в данный момент, а значит, было и будет. Его слова — живые и оживляются жизнью тех, кто их понимает, кто через них соразмышляет. А поэтому через живое понимание эти слова и тот, через которого они были высказаны, продолжают жить, а в некоторых случаях — и только начинают жить по-настоящему. Если мы поймем Хайдеггера, мы сможем двинуться, отталкиваясь от этого понимания, в любую сторону. Более того, совершенно все равно, что это будет за сторона — подтвердим ли мы основные моменты его философии или откроем что-то еще, например, то, что в ней не содержится, или даже то, что ей противоречит. Тот, кто живет в мысли, оживляет тех, кто мыслил когда-то.

   — Мартин Хайдеггер. Философия другого начала · книга
6. «

   ...новизна и уникальность иранской традиции состоит в том, что существует еще один тип душ. Это души сынов тьмы, души Аримана, которые представляют собой дживатманы, но нанизанные на другую ось. Это уже не дети Ормузда, и не просто уже какие-то заблудившиеся скорлупы или какие-то материальные тела. Существует контр-человечество, анти-человечество. И вот это разделение всех существ, всех предметов, в том числе каких-то частей времени — года, суток между этими двумя началами, составлялось уже на новую топологию души в зороастрийской традиции. Это совершенно уникальное представление, что у душ, всех душ, и человеческих, и нечеловеческих, есть два источника. И одни собираются к Ормузду, а другие — к Ариману. И между Ормуздом и Ариманом ведется борьба за бытие. За это поле, которое может управляться в бОльшей степени в какой-то момент душами света, а в другой момент — душами тьмы. И в конечном итоге сама история, само время представляло собой историю столкновений, борьбы этих двух начал, где дети тьмы, с точки зрения иранской традиции, должны были захватывать все больше и больше власти. А власть детей света должна становиться все меньше и меньше, сужаться, пока не наступит финальная битва, когда могущество Ормузда, могущество света окончательно и бесповоротно победит могущество тьмы.

   ...новизна и уникальность иранской традиции состоит в том, что существует еще один тип душ. Это души сынов тьмы, души Аримана, которые представляют собой дживатманы, но нанизанные на другую ось. Это уже не дети Ормузда, и не просто уже какие-то заблудившиеся скорлупы или какие-то материальные тела. Существует контр-человечество, анти-человечество. И вот это разделение всех существ, всех предметов, в том числе каких-то частей времени — года, суток между этими двумя началами, составлялось уже на новую топологию души в зороастрийской традиции. Это совершенно уникальное представление, что у душ, всех душ, и человеческих, и нечеловеческих, есть два источника. И одни собираются к Ормузду, а другие — к Ариману. И между Ормуздом и Ариманом ведется борьба за бытие. За это поле, которое может управляться в бОльшей степени в какой-то момент душами света, а в другой момент — душами тьмы. И в конечном итоге сама история, само время представляло собой историю столкновений, борьбы этих двух начал, где дети тьмы, с точки зрения иранской традиции, должны были захватывать все больше и больше власти. А власть детей света должна становиться все меньше и меньше, сужаться, пока не наступит финальная битва, когда могущество Ормузда, могущество света окончательно и бесповоротно победит могущество тьмы.
7. «

   Рынок — это инструмент, функционирующий по принципу обогащения богатого и разорения бедного, усиления сильного и ослабления слабого.

   Рынок — это инструмент, функционирующий по принципу обогащения богатого и разорения бедного, усиления сильного и ослабления слабого.

   — Конец экономики · книга
8. «

   Почему мы так долго останавливаемся на Греции? Если мы не поймем хоть что-то здесь, то дальше нам вообще будет ничего не понятно. Ни про Францию, ни про Германию, ни про Россию, ни про Рим. Ни современность, ни средневековье, ни христианство. Если мы как следует не проработаем греческую культуру, греческую идентичность, вся остальная культура, вся остальная история, и наше собственное общество будут для нас закрыты. Мы будем жить как рыбки в аквариуме, ровным счетом ничего не понимая. И оишь Греция является для нас, для индоевропейцев, главным ключом к пониманию нас самих во всех своих измерениях. Чем мы были, чем мы должны были бы быть, но не являемся, и чем мы должны стать.

   Почему мы так долго останавливаемся на Греции? Если мы не поймем хоть что-то здесь, то дальше нам вообще будет ничего не понятно. Ни про Францию, ни про Германию, ни про Россию, ни про Рим. Ни современность, ни средневековье, ни христианство. Если мы как следует не проработаем греческую культуру, греческую идентичность, вся остальная культура, вся остальная история, и наше собственное общество будут для нас закрыты. Мы будем жить как рыбки в аквариуме, ровным счетом ничего не понимая. И оишь Греция является для нас, для индоевропейцев, главным ключом к пониманию нас самих во всех своих измерениях. Чем мы были, чем мы должны были бы быть, но не являемся, и чем мы должны стать.
9. «

   Поразительная вещь. Что происходит в этом превращении мышей в охотников на медведей? Вот та градуальность, о которой я говорил. Когда мыши являются мышами, они маленькие и живут в своих норках. Но когда их человечность, которая им безусловно присуща, которая присуща людям, духам и тем же медведям, начинает разрастаться, они обретают свойство души, или духа, они масштабируются, они из жертв, или предметов превращаются в хищников. И для того, чтобы подчеркнуть, насколько хищник, т. е. охотник, мышь как дух становится могущественным, чукчи описывают, что они охотятся на медведей. Представляете? — маленькая мышь охотится на большого медведя и тащит его на своих повозках себе в нору.

   Поразительная вещь. Что происходит в этом превращении мышей в охотников на медведей? Вот та градуальность, о которой я говорил. Когда мыши являются мышами, они маленькие и живут в своих норках. Но когда их человечность, которая им безусловно присуща, которая присуща людям, духам и тем же медведям, начинает разрастаться, они обретают свойство души, или духа, они масштабируются, они из жертв, или предметов превращаются в хищников. И для того, чтобы подчеркнуть, насколько хищник, т. е. охотник, мышь как дух становится могущественным, чукчи описывают, что они охотятся на медведей. Представляете? — маленькая мышь охотится на большого медведя и тащит его на своих повозках себе в нору.
10. «

    Народ — это не люди и даже не совокупность людей; Народ живет сквозь людей и проявляет себя только тогда, когда люди приближаются к своему центру, к своему сердцу, к самому человеческому в себе. Час Народа — это когда мы экзистируем как русские. Это очень хорошо чувствуется, когда рядом смерть.

    Народ — это не люди и даже не совокупность людей; Народ живет сквозь людей и проявляет себя только тогда, когда люди приближаются к своему центру, к своему сердцу, к самому человеческому в себе. Час Народа — это когда мы экзистируем как русские. Это очень хорошо чувствуется, когда рядом смерть.

    — Украина: моя война · книга
11. «

    Ангел никогда не сможет быть Богом. Ангел, который захотел быть Богом, перешагнуть эту черту, он пал, и его судьба печальна. И все монотеистические традиции знают фигуру дьявола, знают фигуру сатаны, падшего ангела, Люцифера, который вышел из подчинения Бога, желая стать Богом, желая осуществить высшее тождество. И с точки зрения монотеистической логики двух душ он пал и был отвергнут.

    Ангел никогда не сможет быть Богом. Ангел, который захотел быть Богом, перешагнуть эту черту, он пал, и его судьба печальна. И все монотеистические традиции знают фигуру дьявола, знают фигуру сатаны, падшего ангела, Люцифера, который вышел из подчинения Бога, желая стать Богом, желая осуществить высшее тождество. И с точки зрения монотеистической логики двух душ он пал и был отвергнут.
12. «

    Мы говорили об этих двух осях как об оси вертикальной, которая расположена между ангелами, умами, верными Богу, — и ангелами восставшими. И решение восстания Люцифера создает вертикальную ось, вертикальное измерение, онтологическую вертикаль бытия. А человеческое решение о верности Богу и грехопадении создает горизонтальное измерение бытия. Т.е. между этими двумя решениями, решением Люцифера и решением Адама о непослушании Богу, из этих решений и создаются две оси онтологии — вертикальная и горизонтальная. Эта вертикальная ось, натянутая между небом и адом, между ангельским воинством и павшими духами, составляет необходимое измерение души уже при жизни. Поэтому диалог души происходит на двух уровнях. На вертикальном, с высшими умами, и с умами, которые находятся ниже человеческого мира, — и на горизонтальном уровне, с различными душами, которые окружают человека уже на его уровне. Эта топология, это пространственное представление о трех мирах принципиально необходимо для понимания души в Старое время, в обществе, которое предшествует обществу модерна и Новому времени.

    Мы говорили об этих двух осях как об оси вертикальной, которая расположена между ангелами, умами, верными Богу, — и ангелами восставшими. И решение восстания Люцифера создает вертикальную ось, вертикальное измерение, онтологическую вертикаль бытия. А человеческое решение о верности Богу и грехопадении создает горизонтальное измерение бытия. Т.е. между этими двумя решениями, решением Люцифера и решением Адама о непослушании Богу, из этих решений и создаются две оси онтологии — вертикальная и горизонтальная. Эта вертикальная ось, натянутая между небом и адом, между ангельским воинством и павшими духами, составляет необходимое измерение души уже при жизни. Поэтому диалог души происходит на двух уровнях. На вертикальном, с высшими умами, и с умами, которые находятся ниже человеческого мира, — и на горизонтальном уровне, с различными душами, которые окружают человека уже на его уровне. Эта топология, это пространственное представление о трех мирах принципиально необходимо для понимания души в Старое время, в обществе, которое предшествует обществу модерна и Новому времени.
13. «

    Противников путинского курса больше нет, а если и есть, то это психически больные и их нужно отправить на диспансеризацию. Путин — везде, Путин — все, Путин абсолютен, Путин незаменим.

    Противников путинского курса больше нет, а если и есть, то это психически больные и их нужно отправить на диспансеризацию. Путин — везде, Путин — все, Путин абсолютен, Путин незаменим.
14. «

    Есть такой термин «рефлексивный контроль». Это когда тебе извне навязывают, как ты должен понимать то, другое, третье. Как ты должен толковать самого себя, свою историю, понимать, кто другие народы. И тогда тебя не надо завоевывать. Потому что если над тобой установлен рефлексный контроль, то ты поступаешь так, как в тебя это заложено.

    Есть такой термин «рефлексивный контроль». Это когда тебе извне навязывают, как ты должен понимать то, другое, третье. Как ты должен толковать самого себя, свою историю, понимать, кто другие народы. И тогда тебя не надо завоевывать. Потому что если над тобой установлен рефлексный контроль, то ты поступаешь так, как в тебя это заложено.
15. «

    Всё что имеет цену — ничего не стоит. Купить можно только дрянь!

    Всё что имеет цену — ничего не стоит. Купить можно только дрянь!
16. «

    Свойство разума — это особое качество души, способное к мышлению, к очень контрастному разделению. Разум становится собственно разумом человеческим и сверх-человеческим тогда, когда это различение достигает определенной, довольно условной, поначалу вообще условной, а далее все более и более определяемой, степенью контрастности. Когда душа начинает более резко отличать. И в каком-то смысле, когда она начинает различать настолько, что способна порвать связь между вещами и явлениями, вот это пожалуй наиболее яркое представление об именно человеческом разуме, человеческом рассудке. Эта способность к рассуждению, к разумению, анатомирует явления, говоря, что это — одно, а это — совсем другое. Это представление о проведении разделения между двумя частями явления, так, чтобы они были необратимо расчленены, эта способность разделять без возможности восстановить, это как раз свойство очень пронзительного размышления, которое, как считается, свойственно людям и более высоким сверх-человеческим существам.

    Свойство разума — это особое качество души, способное к мышлению, к очень контрастному разделению. Разум становится собственно разумом человеческим и сверх-человеческим тогда, когда это различение достигает определенной, довольно условной, поначалу вообще условной, а далее все более и более определяемой, степенью контрастности. Когда душа начинает более резко отличать. И в каком-то смысле, когда она начинает различать настолько, что способна порвать связь между вещами и явлениями, вот это пожалуй наиболее яркое представление об именно человеческом разуме, человеческом рассудке. Эта способность к рассуждению, к разумению, анатомирует явления, говоря, что это — одно, а это — совсем другое. Это представление о проведении разделения между двумя частями явления, так, чтобы они были необратимо расчленены, эта способность разделять без возможности восстановить, это как раз свойство очень пронзительного размышления, которое, как считается, свойственно людям и более высоким сверх-человеческим существам.
17. «

    Мы имеем дело с варварской, страшной силой. Никаких правил больше нет, мы находимся совершенно в другой фазе глобального противостояния. И надо отдать себе отчет, что мягко, путем переговоров едва ли нам разрешить этот кризис. Мы должны быть сильными, мы должны побеждать, мы должны мобилизовать всё наше общество. Мы много над ними смеялись. Над выжившим из ума Байденом, над наркоманом Зеленским, но Запад очень жестко нас атакует, и подчас эффективно и болезненно. Эта тема насмешек над противником исчерпала себя, надо воспринимать эту битву всерьез. Наркоман и синильный старик, общающийся с духами, это фасад. За этим стоит железная мощь англосаксонской и натовской цивилизации, Запада, либерализма, глобализма. Это результат последних 500 лет их истории. Они стоят за свою идею, за абсолютно ложную и абсолютно бесчеловечную, но самое главное – в их мире нам вообще не отводится никакого места. Мы должны осознать, что мы приговорены, и никакого компромисса с этой страшной, темной, жестокой силой мы достичь не сможем. Мы должны быть мобилизованы на это фундаментальное противостояние для спасения России, человечества, мира в конечном итоге.

    Мы имеем дело с варварской, страшной силой. Никаких правил больше нет, мы находимся совершенно в другой фазе глобального противостояния. И надо отдать себе отчет, что мягко, путем переговоров едва ли нам разрешить этот кризис. Мы должны быть сильными, мы должны побеждать, мы должны мобилизовать всё наше общество. Мы много над ними смеялись. Над выжившим из ума Байденом, над наркоманом Зеленским, но Запад очень жестко нас атакует, и подчас эффективно и болезненно. Эта тема насмешек над противником исчерпала себя, надо воспринимать эту битву всерьез. Наркоман и синильный старик, общающийся с духами, это фасад. За этим стоит железная мощь англосаксонской и натовской цивилизации, Запада, либерализма, глобализма. Это результат последних 500 лет их истории. Они стоят за свою идею, за абсолютно ложную и абсолютно бесчеловечную, но самое главное – в их мире нам вообще не отводится никакого места. Мы должны осознать, что мы приговорены, и никакого компромисса с этой страшной, темной, жестокой силой мы достичь не сможем. Мы должны быть мобилизованы на это фундаментальное противостояние для спасения России, человечества, мира в конечном итоге.