377 цитат Александра Дюмы — коротко и по делу

Подборка из 377 цитат Александра Дюмы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Да, я знаю, — отвечал Франц, — человеческое правосудие — плохой утешитель; оно может пролить кровь за кровь и только; не следует требовать от него большего, чем оно может дать.

   Да, я знаю, — отвечал Франц, — человеческое правосудие — плохой утешитель; оно может пролить кровь за кровь и только; не следует требовать от него большего, чем оно может дать.

   — Барон д'Эпине · книга
2. «

   Но не следует думать, что маркиза де Брюйер была женщиной безобразной или непривлекательной. О вкусах не спорят, и то, что порой отталкивает мужа, может стать лакомой приманкой для любовника. Любовь носит повязку на глазах, а брак смотрит в оба.

   Но не следует думать, что маркиза де Брюйер была женщиной безобразной или непривлекательной. О вкусах не спорят, и то, что порой отталкивает мужа, может стать лакомой приманкой для любовника. Любовь носит повязку на глазах, а брак смотрит в оба.

   — Человек в Железной Маске · книга
3. «

   Философии не научаются; философия есть сочетание приобретённых знаний и высокого ума, применяющего их.

   Философии не научаются; философия есть сочетание приобретённых знаний и высокого ума, применяющего их.

   — Граф Монте-Кристо · книга
4. «

   Сегодня я живу надеждой и презираю их богатство, которое кажется мне глубочайшей нищетой; завтра, быть может, меня постигнет разочарование, и я буду считать эту нищету величайшим счастьем.

   Сегодня я живу надеждой и презираю их богатство, которое кажется мне глубочайшей нищетой; завтра, быть может, меня постигнет разочарование, и я буду считать эту нищету величайшим счастьем.

   — Эдмон Дантес (Граф Монте-Кристо) · книга
5. «

   Не от того, кто влюблен впервые, можно требовать умения молчать. Первой любви сопутствует такая бурная радость, что ей нужен исход, иначе она задушит влюбленного.

   Не от того, кто влюблен впервые, можно требовать умения молчать. Первой любви сопутствует такая бурная радость, что ей нужен исход, иначе она задушит влюбленного.

   — Три мушкетёра · книга
6. «

   Жизнь так изменчива, что надо ловить счастье, пока оно даётся в руки.

   Жизнь так изменчива, что надо ловить счастье, пока оно даётся в руки.

   — Бенедетто (Андреа Кавальканти) · книга
7. «

   Предпринимать невозможное значит восставать против Бога.

   Предпринимать невозможное значит восставать против Бога.

   — аббат Фариа · книга
8. «

   Увы, мадам, я вас люблю настолько, что каждое ваше желание — мое желание, хотя бы оно стало несчастьем всей моей жизни.

   Увы, мадам, я вас люблю настолько, что каждое ваше желание — мое желание, хотя бы оно стало несчастьем всей моей жизни.

   — граф Лерак де Ла Моль · книга
9. «

   Черт возьми, не выводите из моих слов ничего другого, кроме того, что я в них вкладываю, и не придавайте им такого значения, какого у них нет!

   Черт возьми, не выводите из моих слов ничего другого, кроме того, что я в них вкладываю, и не придавайте им такого значения, какого у них нет!

   — Бошан · книга
10. «

    Спасти человека, избавить отца от мучений, а женщину от слёз — вовсе не доброе дело, это человеческий долг.

    Спасти человека, избавить отца от мучений, а женщину от слёз — вовсе не доброе дело, это человеческий долг.

    — Граф Монте-Кристо · книга
11. «

    Счастье любимой женщины, когда это счастье подарено ей соперником,— пытка для того, кто ревнив.

    Счастье любимой женщины, когда это счастье подарено ей соперником,— пытка для того, кто ревнив.

    — Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя · книга
12. «

    В сердце моем обитают три чувства, с которыми никогда не соскучишься: печаль, любовь и благодарность.

    В сердце моем обитают три чувства, с которыми никогда не соскучишься: печаль, любовь и благодарность.

    — Граф Монте-Кристо · книга
13. «

    Человек — самое эгоистичное из всех животных, самое себялюбивое из всех живых созданий!

    Человек — самое эгоистичное из всех животных, самое себялюбивое из всех живых созданий!

    — д' Авриньи · книга
14. «

    Побаиваюсь я этих смертных приговоров при закрытых дверях в крепости, да еще со стороны таких противных рож, как те, что сидели перед нами.

    Побаиваюсь я этих смертных приговоров при закрытых дверях в крепости, да еще со стороны таких противных рож, как те, что сидели перед нами.

    — Аннибал де Коконнас · книга
15. «

    Существуют три вида аппетита. Первый, когда испытываешь голод, непреодолимое чувство, при котором не до капризов в еде, когда даже глоток воды во рту кажется изысканной закуской. Второй вид аппетита — когда садишься за стол, не испытывая при этом чувства голода, но, отведав какое-либо отменное блюдо, понимаешь, сколь верна поговорка «Аппетит приходит во время еды». Третий же вид аппетита пробуждается при виде какого-либо изысканного кушанья, появившегося к концу трапезы, когда желудок уже полон и ваши сотрапезники без угрызения совести покинули стол.

    Существуют три вида аппетита. Первый, когда испытываешь голод, непреодолимое чувство, при котором не до капризов в еде, когда даже глоток воды во рту кажется изысканной закуской. Второй вид аппетита — когда садишься за стол, не испытывая при этом чувства голода, но, отведав какое-либо отменное блюдо, понимаешь, сколь верна поговорка «Аппетит приходит во время еды». Третий же вид аппетита пробуждается при виде какого-либо изысканного кушанья, появившегося к концу трапезы, когда желудок уже полон и ваши сотрапезники без угрызения совести покинули стол.

    — Большой кулинарный словарь · книга
16. «

    Марго, я знаю — ты потеряла сегодня друга, но взгляни на меня: я потерял всех своих друзей! Больше того — я потерял мать! Ты всегда могла так плакать, как сейчас; я всегда должен был улыбаться, даже при самой сильной душевной боли. Ты страдаешь; а посмотри на меня — ведь я же умираю! Ну, Марго, будь мужественной! Прошу тебя, сестричка, во имя нашей доброй славы! Честь нашего королевского дома — это наш крест, будем же нести его, подобно Христу, до Голгофы; а если мы и споткнемся на своем пути, то снова встанем, безропотно и мужественно, как он. <...> Да, сестричка, жертва тяжела; но каждый приносит свою жертву — один жертвует честью, другой — своей жизнью. Неужели ты думаешь, что я, будучи двадцати пяти лет от роду и занимая лучший престол в мире, хочу смерти и умру без сожаления? Вглядись в меня... ведь у меня и глаза, и цвет лица, и губы умирающего; но я улыбаюсь... и глядя на мою улыбку, разве нельзя подумать, что я надеюсь жить? А на самом деле, моя сестричка, через неделю, самое большее — месяц, ты будешь оплакивать меня, как оплакиваешь сейчас того, кто умер сегодня утром.

    Марго, я знаю — ты потеряла сегодня друга, но взгляни на меня: я потерял всех своих друзей! Больше того — я потерял мать! Ты всегда могла так плакать, как сейчас; я всегда должен был улыбаться, даже при самой сильной душевной боли. Ты страдаешь; а посмотри на меня — ведь я же умираю! Ну, Марго, будь мужественной! Прошу тебя, сестричка, во имя нашей доброй славы! Честь нашего королевского дома — это наш крест, будем же нести его, подобно Христу, до Голгофы; а если мы и споткнемся на своем пути, то снова встанем, безропотно и мужественно, как он. <...> Да, сестричка, жертва тяжела; но каждый приносит свою жертву — один жертвует честью, другой — своей жизнью. Неужели ты думаешь, что я, будучи двадцати пяти лет от роду и занимая лучший престол в мире, хочу смерти и умру без сожаления? Вглядись в меня... ведь у меня и глаза, и цвет лица, и губы умирающего; но я улыбаюсь... и глядя на мою улыбку, разве нельзя подумать, что я надеюсь жить? А на самом деле, моя сестричка, через неделю, самое большее — месяц, ты будешь оплакивать меня, как оплакиваешь сейчас того, кто умер сегодня утром.

    — король Карл IX · книга
17. «

    Люди всегда так — по самолюбию ближнего готовы бить топором, а когда их собственное самолюбие уколют иголкой, они вопят.

    Люди всегда так — по самолюбию ближнего готовы бить топором, а когда их собственное самолюбие уколют иголкой, они вопят.

    — Граф Монте-Кристо · книга
18. «

    Известно, что ленивые люди больше других склонны утомлять себя, но только не работой, а развлечениями.

    Известно, что ленивые люди больше других склонны утомлять себя, но только не работой, а развлечениями.

    — Чёрный тюльпан · книга
19. «

    Два труса чувствуют себя смелее, когда они вместе, чем храбрец, когда он один.

    Два труса чувствуют себя смелее, когда они вместе, чем храбрец, когда он один.

    — Сорок пять · книга
20. «

    Часто любовь Эгерии оборачивается изменой Тирана по имени Купидон. Люби Разум, как я люблю, О нем, ведь, порой забывают, И глупость не сделаешь ты.

    Часто любовь Эгерии оборачивается изменой Тирана по имени Купидон. Люби Разум, как я люблю, О нем, ведь, порой забывают, И глупость не сделаешь ты.

    — Максимилиан-Жак Лорэн · книга