219 мыслей Александра Куприна без воды

Ниже 219 цитат Александра Куприна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Дорогой Никита Антоныч, я пришел к вам просить руки вашей дочери. Поверьте, что это святое существо...» А у папы уже и глаза мокрые, и уж целоваться лезет... «Милый! Я давно догадывался... Ну, дай вам бог... Смотри только береги это сокровище...» И вот через три месяца святое сокровище ходит в затрепанном капоте, туфли на босу ногу, волосенки жиденькие, нечесаные, в папильотках, с денщиками собачится, как кухарка, с молодыми офицерами ломается, сюсюкает, взвизгивает, закатывает глаза. Мужа почему-то на людях называет Жаком. Знаешь, этак в нос, с растяжкой, томно: «Ж-а-а-ак». Мотовка, актриса, неряха, жадная. И глаза всегда лживые-лживые...

   Дорогой Никита Антоныч, я пришел к вам просить руки вашей дочери. Поверьте, что это святое существо...» А у папы уже и глаза мокрые, и уж целоваться лезет... «Милый! Я давно догадывался... Ну, дай вам бог... Смотри только береги это сокровище...» И вот через три месяца святое сокровище ходит в затрепанном капоте, туфли на босу ногу, волосенки жиденькие, нечесаные, в папильотках, с денщиками собачится, как кухарка, с молодыми офицерами ломается, сюсюкает, взвизгивает, закатывает глаза. Мужа почему-то на людях называет Жаком. Знаешь, этак в нос, с растяжкой, томно: «Ж-а-а-ак». Мотовка, актриса, неряха, жадная. И глаза всегда лживые-лживые...

   — генерал Яков Михайлович Аносов · книга
2. «

   Твоя прекрасная нога — Явленье страсти неземной!

   Твоя прекрасная нога — Явленье страсти неземной!

   — Гранатовый браслет · книга
3. «

   Нам они лгут потому, что мы сами этого от них требуем, потому что мы лезем в их совсем чуждые нам души со своими глупыми приемами и расспросами, потому, наконец, что они нас втайне считают большими дураками и бестолковыми притворщиками.

   Нам они лгут потому, что мы сами этого от них требуем, потому что мы лезем в их совсем чуждые нам души со своими глупыми приемами и расспросами, потому, наконец, что они нас втайне считают большими дураками и бестолковыми притворщиками.

   — Сергей Иванович Платонов · книга
4. «

   ... так же просто, как ярославская баба на огороде срезает капустные кончи.

   ... так же просто, как ярославская баба на огороде срезает капустные кончи.

   — Генерал Аносов · книга
5. «

   Она разлюбила меня за то, что я пью... Впрочем, я не знаю, может быть, я пью оттого, что она меня разлюбила.

   Она разлюбила меня за то, что я пью... Впрочем, я не знаю, может быть, я пью оттого, что она меня разлюбила.

   — Назанский · книга
6. «

   А раз её нет, женщины мстят. Пройдет ещё лет тридцать... я не увижу, но ты, может быть, увидишь, Верочка. Помяни моё слово, что лет через тридцать женщины займут в мире неслыханную власть. Они будут одеваться, как индийские идолы. Они будут попирать нас, мужчин, как презренных, низкопоклонных рабов. Их сумасбродные прихоти и капризы станут для нас мучительными законами. И все оттого, что мы целыми поколениями не умели преклоняться и благоговеть перед любовью. Это будет месть. Знаешь закон: сила действия равна силе противодействия.

   А раз её нет, женщины мстят. Пройдет ещё лет тридцать... я не увижу, но ты, может быть, увидишь, Верочка. Помяни моё слово, что лет через тридцать женщины займут в мире неслыханную власть. Они будут одеваться, как индийские идолы. Они будут попирать нас, мужчин, как презренных, низкопоклонных рабов. Их сумасбродные прихоти и капризы станут для нас мучительными законами. И все оттого, что мы целыми поколениями не умели преклоняться и благоговеть перед любовью. Это будет месть. Знаешь закон: сила действия равна силе противодействия.

   — Генерал Аносов · книга
7. «

   Он не сказал жене ни одного слова, она ему не задала ни одного вопроса. Они поняли друг друга по тому отчаянию, которое прочли друг у друга в глазах.

   Он не сказал жене ни одного слова, она ему не задала ни одного вопроса. Они поняли друг друга по тому отчаянию, которое прочли друг у друга в глазах.

   — Чудесный доктор · книга
8. «

   Глубокая тишина и великое спокойствие, сторожившие сад, пробудили в истерзанной душе Мерцалова нестерпимую жажду спокойствия, такой же тишины.

   Глубокая тишина и великое спокойствие, сторожившие сад, пробудили в истерзанной душе Мерцалова нестерпимую жажду спокойствия, такой же тишины.

   — Чудесный доктор · книга
9. «

   Вы мне напоминаете тех мещан, которые еще затемно собрались глазеть на смертную казнь, говорят: мы здесь ни при чем, мы против смертной казни, это все прокурор и палач.

   Вы мне напоминаете тех мещан, которые еще затемно собрались глазеть на смертную казнь, говорят: мы здесь ни при чем, мы против смертной казни, это все прокурор и палач.

   — Яма · книга
10. «

    Я помню каждое слово, каждую улыбку; теперь — это моя тайная шкатулочка с сокровищами.

    Я помню каждое слово, каждую улыбку; теперь — это моя тайная шкатулочка с сокровищами.

    — Колесо времени · книга
11. «

    Нет, Суламифь, в любви помогает только любовь.

    Нет, Суламифь, в любви помогает только любовь.

    — Соломон · книга
12. «

    Уговор лучше денег.

    Уговор лучше денег.

    — Олеся · книга
13. «

    На то и молодость, чтобы делать святые глупости.

    На то и молодость, чтобы делать святые глупости.

    — Соловьёв · книга
14. «

    Чувство темпа — особенное, шестое чувство, вряд ли понятное где-нибудь, кроме балета и цирка, но необходимое при всех трудных и согласованных движениях под музыку.

    Чувство темпа — особенное, шестое чувство, вряд ли понятное где-нибудь, кроме балета и цирка, но необходимое при всех трудных и согласованных движениях под музыку.

    — В цирке · книга
15. «

    ...иногда, очень редко, расцветала на этом навозе нежная, пламенная и чистая любовь; иногда женщины даже покидали при помощи любимого человека заведение, но почти всегда возвращались обратно.

    ...иногда, очень редко, расцветала на этом навозе нежная, пламенная и чистая любовь; иногда женщины даже покидали при помощи любимого человека заведение, но почти всегда возвращались обратно.

    — Яма · книга
16. «

    И вот среди разговора взгляды наши встретились, между нами пробежала искра, подобная электрической, и я почувствовал, что влюбился сразу — пламенно и бесповоротно.

    И вот среди разговора взгляды наши встретились, между нами пробежала искра, подобная электрической, и я почувствовал, что влюбился сразу — пламенно и бесповоротно.

    — Генерал Аносов · книга
17. «

    И они шли домой так, как будто бы, кроме них, никого на улице не было: держась за руки и беспрестанно смеясь.

    И они шли домой так, как будто бы, кроме них, никого на улице не было: держась за руки и беспрестанно смеясь.

    — Куст сирени · книга
18. «

    Разве можно запомнить слова, произносимые в первые моменты встречи матерью и сыном, мужем и женой или двумя влюбленными? Говорятся самые простые, самые обиходные фразы, смешные даже, если их записывать с точностью на бумаге. Но здесь каждое слово уместно и бесконечно мило уже потому, что говорится оно самым дорогим на свете голосом.

    Разве можно запомнить слова, произносимые в первые моменты встречи матерью и сыном, мужем и женой или двумя влюбленными? Говорятся самые простые, самые обиходные фразы, смешные даже, если их записывать с точностью на бумаге. Но здесь каждое слово уместно и бесконечно мило уже потому, что говорится оно самым дорогим на свете голосом.

    — Олеся · книга
19. «

    Известно, что «женщины любви» никогда не знают середины в любовных отношениях. Они или истеричные лгуньи, обманщицы, притворщицы, с холодно-развращенным умом и извилистой темной душой, или же безгранично самоотверженные, слепо преданные, глупые, наивные животные, которые не знают меры ни в уступках, ни в потере личного достоинства.

    Известно, что «женщины любви» никогда не знают середины в любовных отношениях. Они или истеричные лгуньи, обманщицы, притворщицы, с холодно-развращенным умом и извилистой темной душой, или же безгранично самоотверженные, слепо преданные, глупые, наивные животные, которые не знают меры ни в уступках, ни в потере личного достоинства.

    — Яма · книга
20. «

    Но вся эта радость мгновенно исчезла, точно её смыло, как следы детских ножек на морском побережье.

    Но вся эта радость мгновенно исчезла, точно её смыло, как следы детских ножек на морском побережье.

    — Гамбринус · книга