74 цитаты, которые говорил Александр Мазин

Ниже 74 цитаты Александра Мазина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Когда встречаются жадность и глупость, у воронов — праздник.

   Когда встречаются жадность и глупость, у воронов — праздник.

   — кормчий Ольбард · книга
2. «

   Сами понимаете: телевизоров здесь нет. Нет также театров, варьете и компьютерных игр. Потому людям совершенно нечем заняться. Секс, жратва, выпивка и драки. По восходящей. Наилучшая драка — это поединок. Любимое зрелище каждого датчанина, независимо от пола и возраста.

   Сами понимаете: телевизоров здесь нет. Нет также театров, варьете и компьютерных игр. Потому людям совершенно нечем заняться. Секс, жратва, выпивка и драки. По восходящей. Наилучшая драка — это поединок. Любимое зрелище каждого датчанина, независимо от пола и возраста.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
3. «

   Не дело тем, кто идёт путём закона, шастать по тайным тропам!

   Не дело тем, кто идёт путём закона, шастать по тайным тропам!

   — Стенульф · книга
4. «

   В воздухе висела тяжелая вонь крови, боли, пота, выпущенных внутренностей. К вони Серега уже давно принюхался. Притерпелся, как к свербящей под доспехами коже. <...> Естественная брезгливость цивилизованного человека, конечно, не исчезает совсем, но привычка натягивается на неё сверху, как перчатки патологоанатома.

   В воздухе висела тяжелая вонь крови, боли, пота, выпущенных внутренностей. К вони Серега уже давно принюхался. Притерпелся, как к свербящей под доспехами коже. <...> Естественная брезгливость цивилизованного человека, конечно, не исчезает совсем, но привычка натягивается на неё сверху, как перчатки патологоанатома.

   — Сергей Духарев · книга
5. «

   Требовалось выкинуть этот страх не только из мыслей, но даже из подсознания, потому что такой неуправляемый страх крайне опасен в бою, ведь трус теряет самое главное. Он теряет кураж. То, что местные называют верой в собственную удачу. Уверенность: ты можешь разить врагов, а до тебя они ни за что не дотянутся. Воин не должен бояться погибнуть, потому что тогда он станет хреновым воином. Таким же хреновым, как тот боксёр, который боится получить по морде. То есть боксёр вовсе не обязан позволять бить себя по морде, совсем наоборот. Но допускать такою возможность — непременно. И не трусить.

   Требовалось выкинуть этот страх не только из мыслей, но даже из подсознания, потому что такой неуправляемый страх крайне опасен в бою, ведь трус теряет самое главное. Он теряет кураж. То, что местные называют верой в собственную удачу. Уверенность: ты можешь разить врагов, а до тебя они ни за что не дотянутся. Воин не должен бояться погибнуть, потому что тогда он станет хреновым воином. Таким же хреновым, как тот боксёр, который боится получить по морде. То есть боксёр вовсе не обязан позволять бить себя по морде, совсем наоборот. Но допускать такою возможность — непременно. И не трусить.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
6. «

   — Это золото, да, Серегей? — Золото. И серебро. И утварь. — Больно много. <...> — В том-то и дело, — хмуро бросил Серега. — Это ничего! — Машег блеснул зубами. — Много золота не бывает! — Зато бывает, что вокруг этого золота много трупов, — заметил Духарев. — Не хотелось бы к ним присоединиться.

   — Это золото, да, Серегей? — Золото. И серебро. И утварь. — Больно много. <...> — В том-то и дело, — хмуро бросил Серега. — Это ничего! — Машег блеснул зубами. — Много золота не бывает! — Зато бывает, что вокруг этого золота много трупов, — заметил Духарев. — Не хотелось бы к ним присоединиться.

   — Сергей Духарев · книга
7. «

   Поздно пить боржом, когда почки отвалились.

   Поздно пить боржом, когда почки отвалились.

   — Сергей Духарев · книга
8. «

   Целоваться на морозе вредно. Говорят, мол, губы потрескаются. Врут. Проверено.

   Целоваться на морозе вредно. Говорят, мол, губы потрескаются. Врут. Проверено.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
9. «

   И именно из-за Одина нить моей судьбы больше похожа на собачий колтун. <...> Это, не исключено, – тоже интрига Одина. Отец воинов любит создавать для своих адептов ситуации, благоприятные с точки зрения добычи славы. Иными словами, настоящий любимец Одина — это двуногая провокация к смертоубийству.

   И именно из-за Одина нить моей судьбы больше похожа на собачий колтун. <...> Это, не исключено, – тоже интрига Одина. Отец воинов любит создавать для своих адептов ситуации, благоприятные с точки зрения добычи славы. Иными словами, настоящий любимец Одина — это двуногая провокация к смертоубийству.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
10. «

    Я вздохнул. Всё в этом мире хорошо, только с женщинами… как-то не так. Я люблю таких, чтоб общаться можно было… по-человечески. И чувства чтобы были... Необязательно — глубокие, но чтобы — были. А тут исключительно физиология. Скучно.

    Я вздохнул. Всё в этом мире хорошо, только с женщинами… как-то не так. Я люблю таких, чтоб общаться можно было… по-человечески. И чувства чтобы были... Необязательно — глубокие, но чтобы — были. А тут исключительно физиология. Скучно.

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
11. «

    Жизнь — интересная штука. Иногда достаточно лишь принять решение — и жизнь тут же подкидывает что-нибудь важное.

    Жизнь — интересная штука. Иногда достаточно лишь принять решение — и жизнь тут же подкидывает что-нибудь важное.

    — Герой · книга
12. «

    — Кто напал? Много? — Побьём — посчитаем, — пообещал Духарев.

    — Кто напал? Много? — Побьём — посчитаем, — пообещал Духарев.

    — Сергей Духарев · книга
13. «

    Ах как я корил себя потом за эту ошибку! За день, прошедший быстро и интересно… За упущенное время. Но мне было в тот день так славно, жизнь казалась такой яркой…

    Ах как я корил себя потом за эту ошибку! За день, прошедший быстро и интересно… За упущенное время. Но мне было в тот день так славно, жизнь казалась такой яркой…

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
14. «

    Воин же, как учил его старый битый варяг Рёрех, должен сам выбирать место для битвы. Если не хочет умереть на чужом.

    Воин же, как учил его старый битый варяг Рёрех, должен сам выбирать место для битвы. Если не хочет умереть на чужом.

    — Сергей Духарев · книга
15. «

    Совесть майора не мучила. Какая, к зеленым мартышкам, совесть? Местным он ничего не должен. Наоборот, это ему должны. <...> «Тащи с завода каждый гвоздь, ты здесь хозяин, а не гость!»

    Совесть майора не мучила. Какая, к зеленым мартышкам, совесть? Местным он ничего не должен. Наоборот, это ему должны. <...> «Тащи с завода каждый гвоздь, ты здесь хозяин, а не гость!»

    — Никита Федоров · книга
16. «

    В лошадях Серега разбирался достаточно, чтобы уверенно отличить жеребца от кобылы.

    В лошадях Серега разбирался достаточно, чтобы уверенно отличить жеребца от кобылы.

    — Варяг · книга
17. «

    Гордость и безжалостность к собственной слабости — безусловно, полезное качество.

    Гордость и безжалостность к собственной слабости — безусловно, полезное качество.

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
18. «

    Деньги и женщины — вот причина всех раздоров.

    Деньги и женщины — вот причина всех раздоров.

    — Викинг. Танец Волка · книга
19. «

    Простая житейская логика: кто наезжает на сильного противника просто из молодецкой удали, до зрелости, как правило, не доживает.

    Простая житейская логика: кто наезжает на сильного противника просто из молодецкой удали, до зрелости, как правило, не доживает.

    — Стратегия. Книга 3. Игры викингов · книга
20. «

    «Расконсервация» и перевод лука в режим «походного хранения» заняла у Сереги часа четыре. Разумеется, под неусыпным присмотром хозяина лука. При этом в туповатое (по мнению наставника) сознание ученика в сотый раз вкладывалась мысль, что лук — оружие нежное и хрупкое. И внимания требует несравненно большего, чем, например, меч. И ежели мастер-лучник может истратить целый год на изготовление этого великолепного инструмента для порчи человеческих организмов, то ленивый или неумелый парень вроде Духарева может испоганить сие совершенное оружие значительно быстрее. А лук, даже на самую малость потерявший форму или упругость, станет пригоден исключительно для охоты на зайцев. И то, если заяц подпустит к себе на пятьдесят шагов.

    «Расконсервация» и перевод лука в режим «походного хранения» заняла у Сереги часа четыре. Разумеется, под неусыпным присмотром хозяина лука. При этом в туповатое (по мнению наставника) сознание ученика в сотый раз вкладывалась мысль, что лук — оружие нежное и хрупкое. И внимания требует несравненно большего, чем, например, меч. И ежели мастер-лучник может истратить целый год на изготовление этого великолепного инструмента для порчи человеческих организмов, то ленивый или неумелый парень вроде Духарева может испоганить сие совершенное оружие значительно быстрее. А лук, даже на самую малость потерявший форму или упругость, станет пригоден исключительно для охоты на зайцев. И то, если заяц подпустит к себе на пятьдесят шагов.

    — Варяг · книга