75 цитат от Александра Мазина

Ниже 75 цитат Александра Мазина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Серега еле успел увернуться — едва палкой по голове не схлопотал. — Взбесилась, ведьма старая? — поинтересовался он. — Хорошо ты, Шорка, гостей привечаешь! — захохотал варяг. — От таких гостей мясо слезет с костей! — сварливо проскрипела старуха описывая клюкой замысловатые кривые.

   Серега еле успел увернуться — едва палкой по голове не схлопотал. — Взбесилась, ведьма старая? — поинтересовался он. — Хорошо ты, Шорка, гостей привечаешь! — захохотал варяг. — От таких гостей мясо слезет с костей! — сварливо проскрипела старуха описывая клюкой замысловатые кривые.

   — Сергей Духарев · книга
2. «

   Удача — девушка разборчивая. Она предпочитает тех, кому известно, где её искать.

   Удача — девушка разборчивая. Она предпочитает тех, кому известно, где её искать.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
3. «

   Догадку за гашник не спрячешь.

   Догадку за гашник не спрячешь.

   — Славка · книга
4. «

   – Значит, так, дорогой друг, – сказал я парню. – Или ты называешь настоящую цену – или я звоню в полицию.

   – Значит, так, дорогой друг, – сказал я парню. – Или ты называешь настоящую цену – или я звоню в полицию.

   — Стратегия. Книга 3. Игры викингов · книга
5. «

   Мне дед рассказал, что железо – это кровь земли. Зачем его перековывают? Чтобы из него негодь и труха вышла. Так же и воины ещё с отрочества перековывают себя, чтобы из тела и духа вся слабость вышла. В ком останется – тот в первом же бою сломается. Каждый, если хватит духу, может захотеть стать воином. Но руда, как и кровь, бывает разная. Чем чище она, тем легче кузнецу из неё выковать клинок. Чем крепче кровь и лучше род, из которого вышел отрок, тем легче ему избавиться от своей гнили и стать настоящим воином. Только клинок один раз выковать нужно, а человек каждый день сам себя ковать должен, иначе растеряет всю крепость свою и силу и проржавеет, что железяка в воде.

   Мне дед рассказал, что железо – это кровь земли. Зачем его перековывают? Чтобы из него негодь и труха вышла. Так же и воины ещё с отрочества перековывают себя, чтобы из тела и духа вся слабость вышла. В ком останется – тот в первом же бою сломается. Каждый, если хватит духу, может захотеть стать воином. Но руда, как и кровь, бывает разная. Чем чище она, тем легче кузнецу из неё выковать клинок. Чем крепче кровь и лучше род, из которого вышел отрок, тем легче ему избавиться от своей гнили и стать настоящим воином. Только клинок один раз выковать нужно, а человек каждый день сам себя ковать должен, иначе растеряет всю крепость свою и силу и проржавеет, что железяка в воде.

   — Павел Мамонтов · книга
6. «

   Я с огромным удовольствием показал народу чистый клинок Вдоводела, в котором, как здесь поэтично выражаются, снизу отражалась земля, сверху небо, а вдоль него лежала дорога на ту сторону вечности.

   Я с огромным удовольствием показал народу чистый клинок Вдоводела, в котором, как здесь поэтично выражаются, снизу отражалась земля, сверху небо, а вдоль него лежала дорога на ту сторону вечности.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
7. «

   Живи так, будто этот день – последний. Но позаботиться о будущих дивидендах тоже не забывай.

   Живи так, будто этот день – последний. Но позаботиться о будущих дивидендах тоже не забывай.

   — Григорий Николаевич Переляк · книга
8. «

   — Это золото, да, Серегей? — Золото. И серебро. И утварь. — Больно много. <...> — В том-то и дело, — хмуро бросил Серега. — Это ничего! — Машег блеснул зубами. — Много золота не бывает! — Зато бывает, что вокруг этого золота много трупов, — заметил Духарев. — Не хотелось бы к ним присоединиться.

   — Это золото, да, Серегей? — Золото. И серебро. И утварь. — Больно много. <...> — В том-то и дело, — хмуро бросил Серега. — Это ничего! — Машег блеснул зубами. — Много золота не бывает! — Зато бывает, что вокруг этого золота много трупов, — заметил Духарев. — Не хотелось бы к ним присоединиться.

   — Сергей Духарев · книга
9. «

   — Кто напал? Много? — Побьём — посчитаем, — пообещал Духарев.

   — Кто напал? Много? — Побьём — посчитаем, — пообещал Духарев.

   — Сергей Духарев · книга
10. «

    Но кто не рискует, тот не пьёт пива из серебряной чаши, «закусывая» поцелуем красавицы.

    Но кто не рискует, тот не пьёт пива из серебряной чаши, «закусывая» поцелуем красавицы.

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
11. «

    Свойство человеческого ума таково, что он уверенно собирает из фактов-кубиков именно тот игрушечный домик, который ему привычен.

    Свойство человеческого ума таково, что он уверенно собирает из фактов-кубиков именно тот игрушечный домик, который ему привычен.

    — Государь · книга
12. «

    Хоть глечиком кличь, только в печь не тычь.

    Хоть глечиком кличь, только в печь не тычь.

    — Мышата · книга
13. «

    Ах как я корил себя потом за эту ошибку! За день, прошедший быстро и интересно… За упущенное время. Но мне было в тот день так славно, жизнь казалась такой яркой…

    Ах как я корил себя потом за эту ошибку! За день, прошедший быстро и интересно… За упущенное время. Но мне было в тот день так славно, жизнь казалась такой яркой…

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
14. «

    И именно из-за Одина нить моей судьбы больше похожа на собачий колтун. <...> Это, не исключено, – тоже интрига Одина. Отец воинов любит создавать для своих адептов ситуации, благоприятные с точки зрения добычи славы. Иными словами, настоящий любимец Одина — это двуногая провокация к смертоубийству.

    И именно из-за Одина нить моей судьбы больше похожа на собачий колтун. <...> Это, не исключено, – тоже интрига Одина. Отец воинов любит создавать для своих адептов ситуации, благоприятные с точки зрения добычи славы. Иными словами, настоящий любимец Одина — это двуногая провокация к смертоубийству.

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
15. «

    Правду говорят: дарить иной раз слаще, чем быть одаренным.

    Правду говорят: дарить иной раз слаще, чем быть одаренным.

    — Славка · книга
16. «

    Уже шея Дагмарова от золота к земле гнётся, а ему всё мало. С нурманами, брат, хорошо дерьмо вперегонки жрать: схарчат — никому не оставят.

    Уже шея Дагмарова от золота к земле гнётся, а ему всё мало. С нурманами, брат, хорошо дерьмо вперегонки жрать: схарчат — никому не оставят.

    — Пежич · книга
17. «

    — Что же делать будем, княже? И почти физически почувствовал напряженную тишину, повисшую над отрядом русов после этих слов. — Стоять, — сказал Святослав. — Стоять крепко. — И добавил, как тогда, в Доростоле, перед решающей битвой: — Мертвые сраму не имут. Удивительно, но даже в эту минуту Сергей не пожалел о том, что выбрал бой, а не бегство.

    — Что же делать будем, княже? И почти физически почувствовал напряженную тишину, повисшую над отрядом русов после этих слов. — Стоять, — сказал Святослав. — Стоять крепко. — И добавил, как тогда, в Доростоле, перед решающей битвой: — Мертвые сраму не имут. Удивительно, но даже в эту минуту Сергей не пожалел о том, что выбрал бой, а не бегство.

    — Сергей Духарев · книга
18. «

    В том времени, в котором родился Сергей Иванович Духарев, генералы не бегали. «Генералы не бегают, — гласила тогдашняя армейская мудрость, — ибо в мирное время зрелище бегущего генерала вызывает смех, а в военное — панику». Здесь же воевода — это воевода. Тот, кто ведет, а не тот, кто подает команды из-за чужих спин. В здешней Европе короли лично возглавляли собственные армии.

    В том времени, в котором родился Сергей Иванович Духарев, генералы не бегали. «Генералы не бегают, — гласила тогдашняя армейская мудрость, — ибо в мирное время зрелище бегущего генерала вызывает смех, а в военное — панику». Здесь же воевода — это воевода. Тот, кто ведет, а не тот, кто подает команды из-за чужих спин. В здешней Европе короли лично возглавляли собственные армии.

    — Герой · книга
19. «

    В бою никто не любуется твоей мощью. Вокруг не толпятся зрители, которые жаждут поглядеть, какой ты герой. В бою тебя просто хотят убить. И будь ты хоть какой ловкач помахать мечом, когда ты устанешь, то утратишь и мощь, и быстроту. И тогда тебя прикончит любой, кому хватило ума поберечь силы.

    В бою никто не любуется твоей мощью. Вокруг не толпятся зрители, которые жаждут поглядеть, какой ты герой. В бою тебя просто хотят убить. И будь ты хоть какой ловкач помахать мечом, когда ты устанешь, то утратишь и мощь, и быстроту. И тогда тебя прикончит любой, кому хватило ума поберечь силы.

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
20. «

    Кто знает, для чего нам Бог беды шлёт: для того, чтоб от больших бед удержать, или — для нашей крепости испытания?

    Кто знает, для чего нам Бог беды шлёт: для того, чтоб от больших бед удержать, или — для нашей крепости испытания?

    — Сергей Духарев · книга