Александр Покровский: 17 высказываний о главном

Подборка из 17 цитат Александра Покровского: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я сейчас соберу узкий круг ограниченных людей; опираясь на них, разберусь и накажу кого попало.

   Я сейчас соберу узкий круг ограниченных людей; опираясь на них, разберусь и накажу кого попало.

   — 72 метра · книга
2. «

   Боже мой, сколько не сделано... сколько не сделано... а сколько еще предстоит не сделать...

   Боже мой, сколько не сделано... сколько не сделано... а сколько еще предстоит не сделать...

   — Расстрелять · книга
3. «

   Просыпаешься утром, можно сказать даже — на подушке...

   Просыпаешься утром, можно сказать даже — на подушке...

   — 72 метра · книга
4. «

   Приподнимитесь над временем и пространством, и тогда вы увидите, как очень важный человек садится в «Мерседес», но перед тем, как сесть он подбирает полу длинного, тяжелого, дорогого пальто и отряхивает пыль с дивных туфель, отъезжает и через два квартала его взрывают из гранатомета. Спрашивается, зачем было отряхивать дивные туфли?

   Приподнимитесь над временем и пространством, и тогда вы увидите, как очень важный человек садится в «Мерседес», но перед тем, как сесть он подбирает полу длинного, тяжелого, дорогого пальто и отряхивает пыль с дивных туфель, отъезжает и через два квартала его взрывают из гранатомета. Спрашивается, зачем было отряхивать дивные туфли?

   — Коротко, но о жизни · книга
5. «

   — ...и осуществили ремонт методом выхода из дверей...

   — ...и осуществили ремонт методом выхода из дверей...

   — 72 метра · книга
6. «

   Ты мешаешь мне правильно реагировать на те порции света и тепла, которые исходят от солнца лично для меня...

   Ты мешаешь мне правильно реагировать на те порции света и тепла, которые исходят от солнца лично для меня...

   — 72 метра · книга
7. «

   Вот так всегда: только подумаешь о начальнике, а он тут как тут. Ну, теперь расслабьтесь. На лицо — страх и замученный взгляд девочки-полонянки. — Идите сюда!... Ближе!... Нечего трястись! Вы — кто?! Я вас спрашиваю: вы — кто? Я вам что? Я вам кто?! Кто! Кто?!!

   Вот так всегда: только подумаешь о начальнике, а он тут как тут. Ну, теперь расслабьтесь. На лицо — страх и замученный взгляд девочки-полонянки. — Идите сюда!... Ближе!... Нечего трястись! Вы — кто?! Я вас спрашиваю: вы — кто? Я вам что? Я вам кто?! Кто! Кто?!!

   — Расстрелять · книга
8. «

   Женщину нужно постоянно смешить, иначе она тебя бросит.

   Женщину нужно постоянно смешить, иначе она тебя бросит.

   — Расстрелять · книга
9. «

   Я вчера в первый раз в жизни подумал, осмотрелся, взглянул на жизнь трезво и ужаснулся.

   Я вчера в первый раз в жизни подумал, осмотрелся, взглянул на жизнь трезво и ужаснулся.

   — 72 метра · книга
10. «

    Что отличает военного от остальных двуногих? Многое отличает! Но, прежде всего, я думаю, — умение петь в любое время и в любом месте.

    Что отличает военного от остальных двуногих? Многое отличает! Но, прежде всего, я думаю, — умение петь в любое время и в любом месте.

    — Расстрелять · книга
11. «

    Службу на флоте нельзя воспринимать всерьез, иначе спятишь. И начальника нельзя воспринимать всерьез. И орет он на тебя не потому, что орет, а потому что начальник — ему по штату положено.

    Службу на флоте нельзя воспринимать всерьез, иначе спятишь. И начальника нельзя воспринимать всерьез. И орет он на тебя не потому, что орет, а потому что начальник — ему по штату положено.

    — Расстрелять · книга
12. «

    «Есть», «так точно», «никак нет» и «ура!» — четыре слова, отпущенных военнослужащему. Как из них сделать кандидатскую диссертацию? Не понимаю...

    «Есть», «так точно», «никак нет» и «ура!» — четыре слова, отпущенных военнослужащему. Как из них сделать кандидатскую диссертацию? Не понимаю...

    — Расстрелять · книга
13. «

    А что вы вообще можете, товарищ капитан третьего ранга, подводник флота Ее Величества России?... Я могу все: От тамады до дворника, От лопаты до космоса, От канавы до флота! Могу — носить, возить, копать, выливать, вставлять! Могу — протереть влажной ветошью! Могу — еще раз! А Родину защищать? А это и есть — «Родину защищать». Родина начинается с половой тряпки... для подводника флота Ее Величества России... и химика, извините за выражение...

    А что вы вообще можете, товарищ капитан третьего ранга, подводник флота Ее Величества России?... Я могу все: От тамады до дворника, От лопаты до космоса, От канавы до флота! Могу — носить, возить, копать, выливать, вставлять! Могу — протереть влажной ветошью! Могу — еще раз! А Родину защищать? А это и есть — «Родину защищать». Родина начинается с половой тряпки... для подводника флота Ее Величества России... и химика, извините за выражение...

    — Расстрелять · книга
14. «

    На флоте любое начинание всегда делится на четыре стадии: первая — запугивание; вторая — запутывание; третья — наказание невиновных; четвёртая — награждение непричастных.

    На флоте любое начинание всегда делится на четыре стадии: первая — запугивание; вторая — запутывание; третья — наказание невиновных; четвёртая — награждение непричастных.

    — Расстрелять · книга
15. «

    Что такое флотский смех? Это когда по тебе промахнулись.

    Что такое флотский смех? Это когда по тебе промахнулись.

    — Расстрелять · книга
16. «

    — Где ваш конспект? — Сильные не конспектируют...

    — Где ваш конспект? — Сильные не конспектируют...

    — Расстрелять · книга
17. «

    Лейтенант пошел и повесился. Его успели снять и привести в чувство. Командира вызвали и вставили ему стержень от земли до неба. А-а-а, — заорал командир, — х-ху-ли так!!! — и помчался доставать лейтенанта. — Почему вы не повесились, лейтенант? Я спрашиваю, почему? Вы же должны были повеситься? Я должен был прийти, а вы должны были уже висеть! Ах, мы не умеем, нас не научили, бабушки-академики, сифилитики с кибернетиками. Не умеете вешаться — не мусольте шею! А уж если приспичило, то это надо делать не на моем экипаже, чтоб не портить мне показатели соцсоревнования и атмосферу охватившего нас внезапно всеобщего подъема! ВОН ОТСЮДА!

    Лейтенант пошел и повесился. Его успели снять и привести в чувство. Командира вызвали и вставили ему стержень от земли до неба. А-а-а, — заорал командир, — х-ху-ли так!!! — и помчался доставать лейтенанта. — Почему вы не повесились, лейтенант? Я спрашиваю, почему? Вы же должны были повеситься? Я должен был прийти, а вы должны были уже висеть! Ах, мы не умеем, нас не научили, бабушки-академики, сифилитики с кибернетиками. Не умеете вешаться — не мусольте шею! А уж если приспичило, то это надо делать не на моем экипаже, чтоб не портить мне показатели соцсоревнования и атмосферу охватившего нас внезапно всеобщего подъема! ВОН ОТСЮДА!

    — Расстрелять · книга