333 афоризмов Александра Сергеевича Пушкина

Подборка из 333 цитаты Александра Сергеевича Пушкина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Презирать суд людей нетрудно, презирать суд собственный — невозможно.

   Презирать суд людей нетрудно, презирать суд собственный — невозможно.
2. «

   Обращаюсь к русскому стихосложению. Думаю, что со временем мы обратимся к белому стиху. Рифм в русском языке слишком мало. Одна вызывает другую. Пламень неминуемо тащит за собою камень. Из-за чувства выглядывает непременно искусство. Кому не надоели любовь и кровь, трудный и чудный, верный и лицемерный, и проч.

   Обращаюсь к русскому стихосложению. Думаю, что со временем мы обратимся к белому стиху. Рифм в русском языке слишком мало. Одна вызывает другую. Пламень неминуемо тащит за собою камень. Из-за чувства выглядывает непременно искусство. Кому не надоели любовь и кровь, трудный и чудный, верный и лицемерный, и проч.
3. «

   Я помню чудное мгновенье: Передо мной явилась ты, Как мимолетное виденье, Как гений чистой красоты.

   Я помню чудное мгновенье: Передо мной явилась ты, Как мимолетное виденье, Как гений чистой красоты.
4. «

   Ведь ревности припадки - Болезнь так точно, как чума, Как черный сплин, как лихорадка, Как повреждение ума.

   Ведь ревности припадки - Болезнь так точно, как чума, Как черный сплин, как лихорадка, Как повреждение ума.
5. «

   Никогда не делай долгов; лучше терпи нужду; поверь, она не так ужасна, как кажется, и, во всяком случае, она лучше неизбежности вдруг оказаться бесчестным или прослыть таковым.

   Никогда не делай долгов; лучше терпи нужду; поверь, она не так ужасна, как кажется, и, во всяком случае, она лучше неизбежности вдруг оказаться бесчестным или прослыть таковым.
6. «

   Румяной зарею Покрылся восток, В селе за рекою Потух огонек.

   Румяной зарею Покрылся восток, В селе за рекою Потух огонек.
7. «

   Печальны были наши встречи: Его улыбка, чудный взгляд, Его язвительные речи Вливали в душу хладный яд.

   Печальны были наши встречи: Его улыбка, чудный взгляд, Его язвительные речи Вливали в душу хладный яд.
8. «

   Сладостное внимание женщин, почти единственная цель наших усилий, не только не радовало его сердца, но даже исполняло горечью и негодованием.

   Сладостное внимание женщин, почти единственная цель наших усилий, не только не радовало его сердца, но даже исполняло горечью и негодованием.

   — Арап Петра Великого · книга
9. «

   Если эти бессвязные отрывки покажутся тебе достойными тиснения, то напечатай, да сделай милость, не уступай этой суке цензуре, отгрызывайся за каждый стих и загрызи ее, если возможно.

   Если эти бессвязные отрывки покажутся тебе достойными тиснения, то напечатай, да сделай милость, не уступай этой суке цензуре, отгрызывайся за каждый стих и загрызи ее, если возможно.
10. «

    Вот здесь лежит больной студент; Его судьба неумолима. Несите прочь медикамент: Болезнь любви неизлечима!

    Вот здесь лежит больной студент; Его судьба неумолима. Несите прочь медикамент: Болезнь любви неизлечима!
11. «

    И я слыхал, что божий свет Единой дружбою прекрасен, Что без нее отрады нет, Что жизни б путь нам был ужасен, Когда б не тихой дружбы свет.

    И я слыхал, что божий свет Единой дружбою прекрасен, Что без нее отрады нет, Что жизни б путь нам был ужасен, Когда б не тихой дружбы свет.
12. «

    Браните мужчин вообще, разбирайте все их пороки, ни один не подумает заступиться. Но дотроньтесь сатирически до прекрасного пола – все женщины восстанут на вас единодушно – они составляют один народ, одну секту.

    Браните мужчин вообще, разбирайте все их пороки, ни один не подумает заступиться. Но дотроньтесь сатирически до прекрасного пола – все женщины восстанут на вас единодушно – они составляют один народ, одну секту.
13. «

    Маша не обратила никакого внимания на молодого француза, воспитанная в аристократических предрассудках, учитель был для нее род слуги или мастерового, а слуга или мастеровой не казался ей мужчиною.

    Маша не обратила никакого внимания на молодого француза, воспитанная в аристократических предрассудках, учитель был для нее род слуги или мастерового, а слуга или мастеровой не казался ей мужчиною.

    — Дубровский · книга
14. «

    Но не хочу, о други, умирать; Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать.

    Но не хочу, о други, умирать; Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать.
15. «

    Пистолетов пара, Две пули — больше ничего - Вдруг разрешат судьбу его.

    Пистолетов пара, Две пули — больше ничего - Вдруг разрешат судьбу его.

    — Евгений Онегин · книга
16. «

    Нас пыл любовный рано мучит, Очаровательный обман, Любви нас не природа учит, А Сталь или Шатобриан.

    Нас пыл любовный рано мучит, Очаровательный обман, Любви нас не природа учит, А Сталь или Шатобриан.

    — Евгений Онегин · книга
17. «

    Покамест упивайтесь ею, Сей легкой жизнию, друзья! Её ничтожность разумею И мало к ней привязан я; Для призраков закрыл я вежды; Но отдаленные надежды Тревожат сердце иногда: Без неприметного следа Мне было б грустно мир оставить. Живу, пишу не для похвал; Но я бы, кажется, желал Печальный жребий свой прославить.

    Покамест упивайтесь ею, Сей легкой жизнию, друзья! Её ничтожность разумею И мало к ней привязан я; Для призраков закрыл я вежды; Но отдаленные надежды Тревожат сердце иногда: Без неприметного следа Мне было б грустно мир оставить. Живу, пишу не для похвал; Но я бы, кажется, желал Печальный жребий свой прославить.

    — Евгений Онегин · книга
18. «

    Это Россия, это ее необъятные пространства поглотили монгольское нашествие. Татары не посмели перейти наши западные границы и оставить нас в тылу. Они отошли к своим пустыням и христианская цивилизация была спасена. Нашим мученичеством энергичное развитие католической Европы было избавлено от всяких помех.

    Это Россия, это ее необъятные пространства поглотили монгольское нашествие. Татары не посмели перейти наши западные границы и оставить нас в тылу. Они отошли к своим пустыням и христианская цивилизация была спасена. Нашим мученичеством энергичное развитие католической Европы было избавлено от всяких помех.
19. «

    Бывало, но по счастью, что было, то прошло.

    Бывало, но по счастью, что было, то прошло.
20. «

    Тогда блажен, кто крепко словом правит И держит мысль на привязи свою.

    Тогда блажен, кто крепко словом правит И держит мысль на привязи свою.

    — Домик в Коломне · книга