639 цитат Александра Сергеевича Пушкина для тех, кто любит думать

Подборка из 639 цитат Александра Сергеевича Пушкина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я знал красавиц недоступных, Холодных, чистых, как зима, Неумолимых, неподкупных, Непостижимых для ума; Дивился я их спеси модной, Их добродетели природной, И, признаюсь, от них бежал, И, мнится, с ужасом читал Над их бровями надпись ада: Оставь надежду навсегда. Внушать любовь для них беда, Пугать людей для них отрада.

   Я знал красавиц недоступных, Холодных, чистых, как зима, Неумолимых, неподкупных, Непостижимых для ума; Дивился я их спеси модной, Их добродетели природной, И, признаюсь, от них бежал, И, мнится, с ужасом читал Над их бровями надпись ада: Оставь надежду навсегда. Внушать любовь для них беда, Пугать людей для них отрада.

   — Евгений Онегин · книга
2. «

   Владыко дней моих! Дух праздности унылой, Любоначалия, змеи сокрытой сей, И празднословия не дай душе моей.

   Владыко дней моих! Дух праздности унылой, Любоначалия, змеи сокрытой сей, И празднословия не дай душе моей.
3. «

   И бога глас ко мне воззвал: «Восстань, пророк, и виждь, и внемли, Исполнись волею моей, И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей».

   И бога глас ко мне воззвал: «Восстань, пророк, и виждь, и внемли, Исполнись волею моей, И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей».
4. «

   Имея мало истинной веры, он имел множество предрассудков.

   Имея мало истинной веры, он имел множество предрассудков.

   — Германн · книга
5. «

   Разум неистощим в соображении понятий, как язык неистощим в соединении слов.

   Разум неистощим в соображении понятий, как язык неистощим в соединении слов.
6. «

   Будучи молод и вспыльчив, я негодовал на низость и малодушие смотрителя, когда сей последний отдавал приготовленную мне тройку под коляску чиновного барина. Столь же долго не мог я привыкнуть и к тому, чтоб разборчивый холоп обносил меня блюдом на губернаторском обеде. Ныне то и другое кажется мне в порядке вещей. В самом деле, что было бы с нами, если бы вместо общеудобного правила: чин чина почитай, ввелось в употребление другое, например: ум ума почитай? Какие возникли бы споры! И слуги с кого бы начинали кушанье подавать?

   Будучи молод и вспыльчив, я негодовал на низость и малодушие смотрителя, когда сей последний отдавал приготовленную мне тройку под коляску чиновного барина. Столь же долго не мог я привыкнуть и к тому, чтоб разборчивый холоп обносил меня блюдом на губернаторском обеде. Ныне то и другое кажется мне в порядке вещей. В самом деле, что было бы с нами, если бы вместо общеудобного правила: чин чина почитай, ввелось в употребление другое, например: ум ума почитай? Какие возникли бы споры! И слуги с кого бы начинали кушанье подавать?

   — Повести покойного Ивана Петровича Белкина · книга
7. «

   Когда ж, и где, в какой пустыне, Безумец, из забудешь ты? Ах, ножки, ножки! где вы ныне? Где мнете вешние цветы? Взлелеяны в восточной неге, На северном, печальном снеге Вы не оставили следов: Любили мягких вы ковров Роскошное прикосновенье. Давно ль для вас я забывал И жажду славы и похвал, И край отцов, и заточенье? Исчезло счастье юных лет - Как на лугах ваш легкий след.

   Когда ж, и где, в какой пустыне, Безумец, из забудешь ты? Ах, ножки, ножки! где вы ныне? Где мнете вешние цветы? Взлелеяны в восточной неге, На северном, печальном снеге Вы не оставили следов: Любили мягких вы ковров Роскошное прикосновенье. Давно ль для вас я забывал И жажду славы и похвал, И край отцов, и заточенье? Исчезло счастье юных лет - Как на лугах ваш легкий след.

   — Евгений Онегин · книга
8. «

   Но кто же более всего С Натальей Павловной смеялся? Смеялся Лидин, их сосед, Помещик двадцати трех лет.

   Но кто же более всего С Натальей Павловной смеялся? Смеялся Лидин, их сосед, Помещик двадцати трех лет.

   — Граф Нулин · книга
9. «

   В первое представление «Дон Жуана», в то время, когда весь театр, полный изумленных знатоков, безмолвно упивался гармонией Моцарта, раздался свист — все обратились с негодованием, и знаменитый Сальери вышел из залы — в бешенстве, снедаемый завистию. Сальери умер лет 8 тому назад. Некоторые немецкие журналы говорили, что на одре смерти признался он будто бы в ужасном преступлении — в отравлении великого Моцарта. Завистник, который мог освистать «Дон Жуана», мог отравить его творца.

   В первое представление «Дон Жуана», в то время, когда весь театр, полный изумленных знатоков, безмолвно упивался гармонией Моцарта, раздался свист — все обратились с негодованием, и знаменитый Сальери вышел из залы — в бешенстве, снедаемый завистию. Сальери умер лет 8 тому назад. Некоторые немецкие журналы говорили, что на одре смерти признался он будто бы в ужасном преступлении — в отравлении великого Моцарта. Завистник, который мог освистать «Дон Жуана», мог отравить его творца.

   — О Сальери · книга
10. «

    Еще бокалов жажда просит Залить горячий жир котлет, Но звон брегета им доносит, Что новый начался балет. Театра злой законодатель, Непостоянный обожатель Очаровательных актрис, Почетный гражданин кулис, Онегин полетел к театру, Где каждый, вольностью дыша, Готов охлоавть entrechat, Обшикать Федру, Клеопатру, Моину вызвать (для того, Чтоб только слышали его).

    Еще бокалов жажда просит Залить горячий жир котлет, Но звон брегета им доносит, Что новый начался балет. Театра злой законодатель, Непостоянный обожатель Очаровательных актрис, Почетный гражданин кулис, Онегин полетел к театру, Где каждый, вольностью дыша, Готов охлоавть entrechat, Обшикать Федру, Клеопатру, Моину вызвать (для того, Чтоб только слышали его).

    — Евгений Онегин · книга
11. «

    Пожалуйста, не требуй от меня нежных, любовных писем. Мысль, что мои распечатываются и прочитываются на почте, в полиции, и так далее — охлаждает меня, и я поневоле сух и скучен.

    Пожалуйста, не требуй от меня нежных, любовных писем. Мысль, что мои распечатываются и прочитываются на почте, в полиции, и так далее — охлаждает меня, и я поневоле сух и скучен.

    — Александр Пушкин · книга
12. «

    И он мне грудь рассек мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнем, Во грудь отверстую водвинул.

    И он мне грудь рассек мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнем, Во грудь отверстую водвинул.
13. «

    Напрасно вы в тени таились Для мирных, счастливых друзей, Стихи мои! Вы не сокрылись От гневных зависти очей. Уж бледный критик, ей в услугу, Вопрос мне сделал роковой: Зачем Русланову подругу, Как бы на смех ее супругу, Зову я девой и княжной7 Ты видишь, добрый мой читатель. Тут злобы черную печать.

    Напрасно вы в тени таились Для мирных, счастливых друзей, Стихи мои! Вы не сокрылись От гневных зависти очей. Уж бледный критик, ей в услугу, Вопрос мне сделал роковой: Зачем Русланову подругу, Как бы на смех ее супругу, Зову я девой и княжной7 Ты видишь, добрый мой читатель. Тут злобы черную печать.

    — Руслан и Людмила · книга
14. «

    Настала осень золотая. Природа трепетна, бледна, Как жертва, пышно убрана...

    Настала осень золотая. Природа трепетна, бледна, Как жертва, пышно убрана...

    — Евгений Онегин · книга
15. «

    Блажен лишь тот, кто поутру имеет стул без принужденья, Тому и пища по нутру и все доступны наслажденья.

    Блажен лишь тот, кто поутру имеет стул без принужденья, Тому и пища по нутру и все доступны наслажденья.
16. «

    Марья Гавриловна была воспитана на французских романах и, следовательно, была влюблена.

    Марья Гавриловна была воспитана на французских романах и, следовательно, была влюблена.

    — Повести покойного Ивана Петровича Белкина · книга
17. «

    Алина! сжальтесь надо мною. Не смею требовать любви. Быть может, за грехи мои, Мой ангел, я любви не стою! Но притворитесь! Этот взгляд Все может выразить так чудно! Ах, обмануть меня не трудно!... Я сам обманываться рад!

    Алина! сжальтесь надо мною. Не смею требовать любви. Быть может, за грехи мои, Мой ангел, я любви не стою! Но притворитесь! Этот взгляд Все может выразить так чудно! Ах, обмануть меня не трудно!... Я сам обманываться рад!
18. «

    Всякий талант неизъясним.

    Всякий талант неизъясним.

    — Импровизатор · книга
19. «

    Мы дики; нет у нас законов. Мы не терзаем, не казним - Не нужно крови нам и стонов.

    Мы дики; нет у нас законов. Мы не терзаем, не казним - Не нужно крови нам и стонов.

    — Старик · книга
20. «

    Нельзя надеяться на женскую верность; счастлив, кто смотрит на это равнодушно.

    Нельзя надеяться на женскую верность; счастлив, кто смотрит на это равнодушно.

    — Корсаков · книга