51 афоризмов Александра Трифоновича Твардовского

Подборка из 51 цитата Александра Трифоновича Твардовского: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я убит подо Ржевом, В безымянном болоте, В пятой роте, На левом, При жестоком налете.

   Я убит подо Ржевом, В безымянном болоте, В пятой роте, На левом, При жестоком налете.
2. «

   Не знаю, как бы я любил Весь этот мир, бегущий мимо, Когда б не убыль прежних сил, Не счет годов необратимый.

   Не знаю, как бы я любил Весь этот мир, бегущий мимо, Когда б не убыль прежних сил, Не счет годов необратимый.
3. «

   – Нет, не чурка и не бочка — Просто глазу маета. – Не пловец ли одиночка? – Шутишь, брат. Вода не та! – Да, вода… Помыслить страшно. Даже рыбам холодна. – Не из наших ли вчерашних Поднялся какой со дна?.. Оба разом присмирели. И сказал один боец: – Нет, он выплыл бы в шинели, С полной выкладкой, мертвец. Оба здорово продрогли, Как бы ни было, – впервой.

   – Нет, не чурка и не бочка — Просто глазу маета. – Не пловец ли одиночка? – Шутишь, брат. Вода не та! – Да, вода… Помыслить страшно. Даже рыбам холодна. – Не из наших ли вчерашних Поднялся какой со дна?.. Оба разом присмирели. И сказал один боец: – Нет, он выплыл бы в шинели, С полной выкладкой, мертвец. Оба здорово продрогли, Как бы ни было, – впервой.

   — Василий Тёркин · книга
4. «

   И увиделось впервые, Не забудется оно: Люди тёплые, живые Шли на дно, на дно, на дно… Под огнём неразбериха — Где свои, где кто, где связь? Только вскоре стало тихо, — Переправа сорвалась.

   И увиделось впервые, Не забудется оно: Люди тёплые, живые Шли на дно, на дно, на дно… Под огнём неразбериха — Где свои, где кто, где связь? Только вскоре стало тихо, — Переправа сорвалась.

   — Василий Тёркин · книга
5. «

   Который год мне снится, повторяясь Почти без изменений, этот сон. Как будто я, уже с войны вернувшись, Опять учиться должен в институте И полон вновь школярскою тревогой, Как зазубрить лежалые науки. И страшно мне и горько осрамиться В той юности моей второй иль третьей. И я, проснувшись, рад чистосердечно, - Что в яви нету мне такой мороки, Но всякий раз потом бывает грустно.

   Который год мне снится, повторяясь Почти без изменений, этот сон. Как будто я, уже с войны вернувшись, Опять учиться должен в институте И полон вновь школярскою тревогой, Как зазубрить лежалые науки. И страшно мне и горько осрамиться В той юности моей второй иль третьей. И я, проснувшись, рад чистосердечно, - Что в яви нету мне такой мороки, Но всякий раз потом бывает грустно.
6. «

   Вот он полы подтянул, Укрывая спину, Чью-то тёщу помянул, Печку и перину. И приник к земле сырой, Одолен истомой, И лежит он, мой герой, Спит себе, как дома. Спит – хоть голоден, хоть сыт, Хоть один, хоть в куче. Спать за прежний недосып, Спать в запас научен.

   Вот он полы подтянул, Укрывая спину, Чью-то тёщу помянул, Печку и перину. И приник к земле сырой, Одолен истомой, И лежит он, мой герой, Спит себе, как дома. Спит – хоть голоден, хоть сыт, Хоть один, хоть в куче. Спать за прежний недосып, Спать в запас научен.

   — Василий Тёркин · книга
7. «

   Погляжу, какой ты милый, Замечательный какой. Нет, недаром полюбила, Потеряла я покой.

   Погляжу, какой ты милый, Замечательный какой. Нет, недаром полюбила, Потеряла я покой.
8. «

   Но печник — душа живая, - Знай меня, не лыком шит! - Припугнуть ещё желая: — Как фамилия? — кричит.

   Но печник — душа живая, - Знай меня, не лыком шит! - Припугнуть ещё желая: — Как фамилия? — кричит.
9. «

   На войне, в быту суровом, В трудной жизни боевой, На снегу, под хвойным кровом, На стоянке полевой, — Лучше нет простой, здоровой, Доброй пищи фронтовой.

   На войне, в быту суровом, В трудной жизни боевой, На снегу, под хвойным кровом, На стоянке полевой, — Лучше нет простой, здоровой, Доброй пищи фронтовой.

   — Василий Тёркин · книга
10. «

    На войне, в пыли походной, В летний зной и в холода, Лучше нет простой, природной — Из колодца, из пруда, Из трубы водопроводной, Из копытного следа, Из реки, какой угодно, Из ручья, из-подо льда, — Лучше нет воды холодной, Лишь вода была б – вода.

    На войне, в пыли походной, В летний зной и в холода, Лучше нет простой, природной — Из колодца, из пруда, Из трубы водопроводной, Из копытного следа, Из реки, какой угодно, Из ручья, из-подо льда, — Лучше нет воды холодной, Лишь вода была б – вода.

    — Василий Тёркин · книга
11. «

    Бомба — дура. Попадет Сдуру прямо в точку.

    Бомба — дура. Попадет Сдуру прямо в точку.

    — Василий Тёркин · книга
12. «

    Вечный сон. Закон природы. Видя это все вокруг, Своего экскурсовода Теркин спрашивает вдруг:

    Вечный сон. Закон природы. Видя это все вокруг, Своего экскурсовода Теркин спрашивает вдруг:

    — Василий Тёркин · книга
13. «

    Потерять семью не стыдно - Не твоя была вина. Потерять башку — обидно, Только что ж, на то война.

    Потерять семью не стыдно - Не твоя была вина. Потерять башку — обидно, Только что ж, на то война.
14. «

    Все есть слова — для каждой сути, Все, что ведут на бой и труд, Но, повторяемые всуе, Теряют вес, как мухи мрут.

    Все есть слова — для каждой сути, Все, что ведут на бой и труд, Но, повторяемые всуе, Теряют вес, как мухи мрут.
15. «

    С первых дней годины горькой, В тяжкий час земли родной Не шутя, Василий Тёркин, Подружились мы с тобой, Я забыть того не вправе, Чем твоей обязан славе, Чем и где помог ты мне. Делу время, час забаве, Дорог Тёркин на войне. Как же вдруг тебя покину? Старой дружбы верен счёт. Словом, книгу с середины И начнём. А там пойдёт.

    С первых дней годины горькой, В тяжкий час земли родной Не шутя, Василий Тёркин, Подружились мы с тобой, Я забыть того не вправе, Чем твоей обязан славе, Чем и где помог ты мне. Делу время, час забаве, Дорог Тёркин на войне. Как же вдруг тебя покину? Старой дружбы верен счёт. Словом, книгу с середины И начнём. А там пойдёт.

    — Василий Тёркин · книга
16. «

    Как прошёл он, Вася Тёркин, Из запаса рядовой, В просолённой гимнастёрке Сотни вёрст земли родной. До чего земля большая, Величайшая земля. И была б она чужая, Чья-нибудь, а то – своя.

    Как прошёл он, Вася Тёркин, Из запаса рядовой, В просолённой гимнастёрке Сотни вёрст земли родной. До чего земля большая, Величайшая земля. И была б она чужая, Чья-нибудь, а то – своя.

    — Василий Тёркин · книга
17. «

    Если б залпы победные Нас, немых и глухих, Нас, что вечности преданы, Воскрешали на миг.

    Если б залпы победные Нас, немых и глухих, Нас, что вечности преданы, Воскрешали на миг.
18. «

    На войну ушел из дому, А война и в дом пришла.

    На войну ушел из дому, А война и в дом пришла.
19. «

    Доложил по форме, словно Тотчас плыть ему назад. – Молодец! – сказал полковник. Молодец! Спасибо, брат. И с улыбкою неробкой Говорит тогда боец: – А ещё нельзя ли стопку, Потому как молодец? Посмотрел полковник строго, Покосился на бойца. – Молодец, а будет много — Сразу две. – Так два ж конца…

    Доложил по форме, словно Тотчас плыть ему назад. – Молодец! – сказал полковник. Молодец! Спасибо, брат. И с улыбкою неробкой Говорит тогда боец: – А ещё нельзя ли стопку, Потому как молодец? Посмотрел полковник строго, Покосился на бойца. – Молодец, а будет много — Сразу две. – Так два ж конца…

    — Василий Тёркин · книга
20. «

    Отдышись, покушай плотно, Закури и в ус не дуй. Хуже, брат, как миномётный Вдруг начнётся сабантуй. Тот проймёт тебя поглубже, — Землю-матушку целуй. Но имей в виду, голубчик, Это – средний сабантуй.

    Отдышись, покушай плотно, Закури и в ус не дуй. Хуже, брат, как миномётный Вдруг начнётся сабантуй. Тот проймёт тебя поглубже, — Землю-матушку целуй. Но имей в виду, голубчик, Это – средний сабантуй.

    — Василий Тёркин · книга