18 цитат Александра Вертинского: от иронии до философии

Ниже 18 цитат Александра Вертинского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Время лечит людей, И от всех этих дней Остается тоска одна, И со мною всегда она.

   Время лечит людей, И от всех этих дней Остается тоска одна, И со мною всегда она.
2. «

   Обо мне не грустите, мой друг. Я озябшая хмурая птица. Мой хозяин — жестокий шарманщик — меня заставляет плясать. Вынимая билетики счастья, я смотрю в несчастливые лица, И под вечные стоны шарманки мне мучительно хочется спать.

   Обо мне не грустите, мой друг. Я озябшая хмурая птица. Мой хозяин — жестокий шарманщик — меня заставляет плясать. Вынимая билетики счастья, я смотрю в несчастливые лица, И под вечные стоны шарманки мне мучительно хочется спать.
3. «

   Чем больше живет человек, тем яснее становится ему, в какую ловушку он попал, имея неосторожность родиться.

   Чем больше живет человек, тем яснее становится ему, в какую ловушку он попал, имея неосторожность родиться.
4. «

   Идут, бегут, летят, спешат заботы, И вдаль туманную текут года. И так настойчиво и нежно кто-то От жизни нас уводит навсегда.

   Идут, бегут, летят, спешат заботы, И вдаль туманную текут года. И так настойчиво и нежно кто-то От жизни нас уводит навсегда.
5. «

   Однажды на Тверской я увидел совершенно ясно, как Пушкин сошёл с своего пьедестала и, тяжело шагая «по потрясённой мостовой», направился к остановке трамвая. А на пьедестале остался след его ног, как в грязи оставшийся след от калош человека. Пушкин встал на заднюю площадку трамвая и воздух вокруг него наполнился запахом резины, исходившим от плаща. Я ждал, улыбаясь, зная, что этого быть не может. А между тем это было! Пушкин вынул большой медный старинный пятак, которых уже не было в обращении. «Александр Сергеевич! — тихо сказал я, — кондуктор не возьмёт у вас этих денег! Они старинные!» Пушкин улыбнулся: «Ничего. У меня возьмёт!» Тогда я понял, что просто сошёл с ума.

   Однажды на Тверской я увидел совершенно ясно, как Пушкин сошёл с своего пьедестала и, тяжело шагая «по потрясённой мостовой», направился к остановке трамвая. А на пьедестале остался след его ног, как в грязи оставшийся след от калош человека. Пушкин встал на заднюю площадку трамвая и воздух вокруг него наполнился запахом резины, исходившим от плаща. Я ждал, улыбаясь, зная, что этого быть не может. А между тем это было! Пушкин вынул большой медный старинный пятак, которых уже не было в обращении. «Александр Сергеевич! — тихо сказал я, — кондуктор не возьмёт у вас этих денег! Они старинные!» Пушкин улыбнулся: «Ничего. У меня возьмёт!» Тогда я понял, что просто сошёл с ума.
6. «

   Скоро будет весна. Солнце высушит мерзкую слякоть, И в полях расцветут первоцветы, фиалки и сны... Только нам до весны не допеть, только нам до весны не доплакать: Мы с шарманкой измокли, устали и уже безнадежно больны.

   Скоро будет весна. Солнце высушит мерзкую слякоть, И в полях расцветут первоцветы, фиалки и сны... Только нам до весны не допеть, только нам до весны не доплакать: Мы с шарманкой измокли, устали и уже безнадежно больны.
7. «

   Мне не нужна женщина. Мне нужна лишь тема, Чтобы в сердце вспыхнувшем зазвучал напев. Я могу из падали создавать поэмы, Я люблю из горничных — делать королев.

   Мне не нужна женщина. Мне нужна лишь тема, Чтобы в сердце вспыхнувшем зазвучал напев. Я могу из падали создавать поэмы, Я люблю из горничных — делать королев.
8. «

   Жить! Жить очень трудно! Пока ты молод, ты не замечаешь этой трудности. Твоё внимание отвлекают тысячи мелочей, тебя очаровывают всевозможные земные развлечения и «недосягаемости», тебя манят к себе планы и мечты, «победы» — такие трудные и такие ненужные — отвлекают твоё внимание от главного — от того, что ты ЖИВЁШЬ! То есть ты тратишь положенное тебе весьма ограниченное время на эти второстепенные вещи. Сколько времени мы тратим на так называемую любовь, на борьбу за своё существование, на желание достигнуть каких-то успехов, чем-то выдвинуться, обратить на себя внимание и прочее! Тут нам не до «итогов», тут мы широко и безоглядно тратим себя, свои лучшие силы, свое Божие дарование, расточаем себя, как моты и кутилы. Незаметно в этих вечных хлопотах, исканиях, победах и поражениях проходит главный кусок времени. Проходит жизнь!

   Жить! Жить очень трудно! Пока ты молод, ты не замечаешь этой трудности. Твоё внимание отвлекают тысячи мелочей, тебя очаровывают всевозможные земные развлечения и «недосягаемости», тебя манят к себе планы и мечты, «победы» — такие трудные и такие ненужные — отвлекают твоё внимание от главного — от того, что ты ЖИВЁШЬ! То есть ты тратишь положенное тебе весьма ограниченное время на эти второстепенные вещи. Сколько времени мы тратим на так называемую любовь, на борьбу за своё существование, на желание достигнуть каких-то успехов, чем-то выдвинуться, обратить на себя внимание и прочее! Тут нам не до «итогов», тут мы широко и безоглядно тратим себя, свои лучшие силы, свое Божие дарование, расточаем себя, как моты и кутилы. Незаметно в этих вечных хлопотах, исканиях, победах и поражениях проходит главный кусок времени. Проходит жизнь!

   — Рассказы, зарисовки · книга
9. «

   Я пою, а значит, и живу только для русских. Петь на другом языке, значит, вовлекать иностранцев в невыгодную сделку. Весь смысл моего пения исчезнет и люди уйдут разочарованными.

   Я пою, а значит, и живу только для русских. Петь на другом языке, значит, вовлекать иностранцев в невыгодную сделку. Весь смысл моего пения исчезнет и люди уйдут разочарованными.
10. «

    Отлив лениво ткёт по дну Узоры пенных кружев... Мы пригласили тишину На наш прощальный ужин.

    Отлив лениво ткёт по дну Узоры пенных кружев... Мы пригласили тишину На наш прощальный ужин.
11. «

    Сравнение — великая движущая сила, которая побуждает нас к соревнованию и самосовершенствованию.

    Сравнение — великая движущая сила, которая побуждает нас к соревнованию и самосовершенствованию.
12. «

    Хороший город Ленинград! Удивительно он успокаивает как-то. В Москве живешь, как на вокзале. А здесь — как будто уже приехал и дома.

    Хороший город Ленинград! Удивительно он успокаивает как-то. В Москве живешь, как на вокзале. А здесь — как будто уже приехал и дома.
13. «

    Проплываем океаны, Бороздим материки И несем в чужие страны Чувство русское тоски.

    Проплываем океаны, Бороздим материки И несем в чужие страны Чувство русское тоски.
14. «

    Это все, что от Вас осталось. Ни обид, ни смешных угроз. Только сердце немного сжалось, Только в сердце немного слез.

    Это все, что от Вас осталось. Ни обид, ни смешных угроз. Только сердце немного сжалось, Только в сердце немного слез.
15. «

    «Мадам, уже падают листья, И осень в смертельном бреду! Уже виноградные кисти Желтеют в забытом саду!

    «Мадам, уже падают листья, И осень в смертельном бреду! Уже виноградные кисти Желтеют в забытом саду!
16. «

    Какое мне дело, что ты существуешь на свете, Страдаешь, играешь, о чем-то мечтаешь и лжешь, Какое мне дело, что ты увядаешь в рассвете, Что ты забываешь о свете и счастья не ждешь.

    Какое мне дело, что ты существуешь на свете, Страдаешь, играешь, о чем-то мечтаешь и лжешь, Какое мне дело, что ты увядаешь в рассвете, Что ты забываешь о свете и счастья не ждешь.
17. «

    Любовью болеют все на свете, Это вроде собачьей чумы. Её так легко переносят дети И совсем не выносим мы.

    Любовью болеют все на свете, Это вроде собачьей чумы. Её так легко переносят дети И совсем не выносим мы.
18. «

    ... Ваши пальцы пахнут ладаном И в ресницах спит печаль. Ничего теперь не надо вам, Ничего теперь не жаль.

    ... Ваши пальцы пахнут ладаном И в ресницах спит печаль. Ничего теперь не надо вам, Ничего теперь не жаль.